Минус на минус дает плюс - Хлоя Лиезе

— БиБи? — спрашивает Джулс. — Ты в порядке?

Я сжимаю её руку в своей.

— Ничего такого, что не исправит немного шнапса и свежего воздуха.

Она кивает, и мы пробираемся сквозь толпу к бару. В своей обычной манере Джулс улыбается и делает заказ ещё до того, как я успеваю выпить стакан воды со льдом, который она взяла для меня первым делом.

— Лучше? — спрашивает она.

— Немного, — я ставлю рюмку от шнапса на стол и медленно выдыхаю. — Я собираюсь улизнуть на минутку. Хочешь пойти со мной?

Я знаю её ответ ещё до того, как она скажет его мне. Она смотрит на него поверх моего плеча и краснеет.

— Нет, — моргнув, она встречается со мной взглядом. — Я имею в виду, если с тобой всё в порядке, конечно, я собираюсь присоединиться...

— Я в порядке, — я не могу слышать имени этого засранца. Не могу поверить, что она всё ещё без ума от него. Я пытаюсь напомнить себе, что именно такой я и была, что только после того, как Тод показал свою худшую сторону, я смогла по-настоящему увидеть его таким, какой он был, понять, как сильно мне нужно было разорвать наши отношения. И снова меня охватывает чувство вины. Жаль, что я не рассказала ей всё. Жаль, что я не могла предупредить её. Может быть, у неё не было бы таких сложных отношений. Может быть, я смогла бы защитить её.

— Хорошо, — тихо говорит она, целуя меня в щёку. — Напиши мне, если я тебе понадоблюсь, хорошо? Я рядом.

Я киваю, затем смотрю, как она направляется к нему. «После этого, — обещаю я себе, направляясь к двустворчатым дверям, которые обещают выход в прохладную октябрьскую ночь. — После этого я ей всё расскажу».

* * *

Когда я возвращаюсь в бальный зал, то сразу замечаю Джейми в полукруге мужчин средних лет — он выше большинства, его голова опущена, словно он смотрит в свой коктейль и мечтает в нём утонуть.

«Я иду!» — хочется закричать мне, и я жалею, что у меня такой низкий порог для подобных выходов в свет, что мне пришлось скрыться и подзарядить аккумулятор после того, как я сбежала от него в уборную.

И тут происходит нечто странное. Он как будто услышал мои мысли. Джейми поднимает взгляд и встречается со мной взглядом. Затем он улыбается, медленно, мягко и немного кривовато. Это заставляет моё сердце бешено колотиться о рёбра, заставляет каждый шаг к нему биться в такт с моим сердцебиением.

И когда я рядом с ним, всё кажется правильным.

— Привет, — говорю я ему.

Он судорожно сглатывает, затем обнимает меня за талию, оставляя долгий нежный поцелуй на моих волосах.

— Скучал по тебе, — шепчет он. — Всё в порядке?

Я тоже обнимаю его.

— Да. Теперь я в порядке.

Он кивает.

— Скажи ему, Хоторн, — говорит мужчина, и я сразу понимаю, что это его отец. Не только из-за пафосного британского акцента, но и потому, что, боже, Джейми очень похож на него — высокий, худощавый, с аккуратными кудряшками; тот же длинный, гордый нос. И всё же он не похож. Когда взгляд Артура Вестенберга падает на меня, я вздрагиваю. В нём чувствуется холодок, который заставляет меня прижаться к Джейми. В то время как глаза Джейми полны тепла и доброты, взгляд этого человека расчётлив и холоден как лёд. Его голос затихает. Он склоняет голову набок. — Кто это, Джеймс?

Джейми мягко отпускает мою талию и успокаивающе кладёт руку мне на спину.

— Это Би Уилмот, моя девушка. Би, это мой отец, Артур Вестенберг.

— Приятно познакомиться, — вру я.

Артур фыркает и ничего не говорит, просто склоняет голову в другую сторону, изучая меня. Джейми крепче сжимает мою спину, когда представляет меня остальным.

— Би, это старый друг моего отца и его коллега, доктор Лоуренс Хоторн, — пожилой мужчина вежливо кивает. — И мои братья, Генри, Эдвард и Сэм.

Первые двое, которые больше схожи с родителями Джейми, бросают на меня откровенно критические взгляды, но именно Сэм, который больше похож на Джейми, с такими же тёплыми глазами и гораздо более короткой стрижкой, протягивает руку и улыбается.

— Рад наконец-то познакомиться с тобой. Я слышал много хорошего.

— Веди себя прилично, — предостерегает Джейми, но при этом мягко улыбается.

— Приятно познакомиться со всеми вами, — говорю я им. «Кроме тебя, тебя и ещё тебя», — думаю я про себя, обращаясь к его колючему, холодному отцу и другим чванливым братьям. — Извините, что помешала разговору.

— Всё в порядке, — говорит доктор Хоторн.

Взбалтывая свой коктейль, а затем осушая его, отец Джейми бросает на меня ещё один критический взгляд, затем ставит свой бокал на поднос официанта, который проходит мимо.

— Я как раз просил Хоторна вразумить Джеймса.

Сэм вздыхает и отпивает свой коктейль. Джейми стоит рядом со мной напряжённый как кол.

Артур слегка наклоняется ко мне.

— Ну, так вы не собираетесь спросить, о чём я говорю?

— Я думаю, вы скажете мне вне зависимости от того, хочу я этого или нет.

Джейми крепче сжимает мою талию. Он прячет улыбку за кашлем.

Его отец прищуривается, глядя на меня.

— Я говорю о том, чтобы Джеймс пошёл в детскую хирургию. Если уж ему надо работать с детьми, то, по крайней мере, он мог бы специализироваться на семейном наследии.

Джейми напрягается рядом со мной.

— Хоторн — лидер в своей области, — продолжает Артур. — Поработать с ним — это шанс, который выпадает раз в жизни.

Доктор Хоторн говорит Джейми:

— Я уверен, что с вашим опытом вы станете отличным дополнением к нашей команде. Конечно, хирургия — это призвание не каждого…

— Ерунда, — говорит Артур. Он берёт бокал шампанского, предложенный проходящим мимо официантом, и пристально смотрит на Джейми. — Это то, чем занимаются Вестенберги, не так ли, ребята?

Один из братьев, который холодно оглядел меня, когда я присоединилась к их кругу — Генри, старший из них — поднимает свой коктейль.

— Выпьем за это.

Младший, Эдвард, чокается своим бокалом с Генри и улыбается, но это больше похоже на насмешку.

— Чертовски верно.

Сэм демонстративно не присоединяется к разговору. Его обеспокоенный взгляд скользит в нашу сторону.

Но выражение лица Джейми не меняется, он, как всегда, спокоен и собран, как будто то, что только что произошло, такое же обыденное, как облака на небе и земля у него под ногами. У меня щемит сердце.

Прочистив горло, он поворачивается к доктору Хоторну.

— Я глубоко ценю ваше предложение и польщён, что вы считаете