Бесит в тебе - Ана Сакру

Эпилог

Ваня. Конец июня.

"Все, мы дома."

Отписываюсь своей монашечке во втором часу ночи, упав, не раздеваясь, на нашу кровать и пихнув в бок уже успевшего захрапеть Гордея.

Потолок немного качается от пары лишних стопок текилы, но тяжести нет. Я слишком взбудоражен для этого. Ведь завтра моя "последняя свадьба", как в шутку называет нашу выездную церемонию Лиза.

И я, честно сказать, волнуюсь гораздо больше, чем в первый раз.

Так как тогда я, по правде говоря, вообще мало что осознавал.

Сплошь незнакомые люди вокруг, странная обстановочка будто в историческом фильме, традиции и обряды, для меня лишь укрепляющие ощущение, что это все не совсем реально. Почти игра.

Нет, в моменте, когда Лиза шла ко мне в церкви, меня пробрало до самого нутра, да. Но в общем это было настолько скоропалительным решением, что его тяжести я не особо почувствовал.

А вот если весь последний месяц мотаться с матерью и Лизой в поисках подходящей площадки, а между делом еще и заказывать кучу всякого дерьма от цветов до фотографа, то тогда, хочешь не хочешь, а поверишь в происходящее.

Мы планировали камерную церемонию, просто, чтобы мои родители не обижались, но в итоге у нас восемьдесят гостей. Мы хотели не тратиться, но теперь у меня кредит на полмиллиона. Мы думали, что нам вообще ничего не надо, но даже гребаный торт выбирали часа полтора.

Я не знаю почему.

Это все мама с Лизой — скооперировались против меня и решили отгулять по полной, ведь это, цитирую, "самый главный день в жизни любой девушки". И то, что по сути он уже был, вообще мало кого здесь волнует!

Честно, у меня от этой фразы уже дергается глаз.

Но как монашечке отказать? Она внезапно в таком предвкушении, что мне на все ее хотелки оставалось только кивать.

Ну и молиться, чтобы обошлось без второго кредита.

Мальчишник я тоже до последнего вообще не планировал. Какой в нем смысл, если штамп в моем паспорте уже стоит с февраля, и даже перед Богом я за Лизу вписался.

Но парни решили по-другому, вытащив меня в один из клубов Макса Колобова прямо накануне регистрации. В итоге было очень весело, не спорю, но практически все напились, а нам ехать на выкуп в семь утра.

Да, у нас еще и внезапно выкуп!

Лиза думала, что из ее деревни никто не приедет, а приехала вся ее семья с еще дюжиной родственников. И все они забились в квартиру Домны Маркеловны как селедки в банку, расстелив матрасы за отсутствием спальных мест прямо на полу, и забрали Лизу ночевать перед свадьбой к себе, чтобы утром я приехал и попытался ее забрать. "Как положено".

Телефон в руке мигает принятым сообщением. От Лизы.

"Мы тоже только ложимся. Гадали)))" — пишет.

"О, а это разве не грешно?" — подкалываю ее.

Шуточки по поводу ее “грехопадений” — мои самые любимые. И то, как она при этом выразительно закатывает глаза, улыбаясь, я тоже очень люблю.

"Папа уже дрыхнет, а мы с Тоней и Снежаной, так и быть, готовы взять грех на душу:-)))" — прилетает ответ от моей "очень плохой" монашечки.

"Ясно, кот из дома — мыши в пляс) И что выпало?" — улыбаясь, спрашиваю.

"В зеркале кто-то был. Мне показалось, что бесенок с рогами, но Снежана сказала, что кучерявый, значит ты, и бояться нечего))" — отвечает. И вот не поймешь шутит или нет.

"Так, давай-ка без рогов" — напрягаюсь я и почти слышу, как она по ту сторону экрана смеется.

Не пишет больше ничего. Решаю прощаться.

"Я тебя люблю, монашечка. До завтра…"

Печатает в ответ, но не приходит. Потом опять печатает.

"Вань, а мы после этой свадьбы предохраняться будем?" — после паузы прилетает мне от нее.

Э-э-э… Внезапно!

Читаю и на коже моментально выступает испарина. В душный жар бросает с разбегу.

Этот вопрос вообще к чему?

Мы вроде обсудили же все, что пока рано прямо вот планировать, а предохраняться… Да мы и так "на отвали" предохраняемся. Точнее "на успей достать". Как говорится — на Бога надейся, а сам не плошай, так что…

Сглотнув, печатаю предательски задрожавшими пальцами.

"Думаешь, надо уже целенаправленно детей?"

"Я не думаю, я тебя спрашиваю, Вань" — отвечает.

Кусаю нижнюю губу, обмозговывая что написать на это. Шестым чувством улавливаю, что сейчас ступаю по тонкому льду и могу в любой момент провалиться, но не совсем понимаю толком, откуда именно грозит опасность.

"Я думаю, что пусть все будет как было" — медленно пишу в итоге, взвешивая каждую букву.

"ОК" — коротко отбивает.

И все. И больше ничего.

Даже ни одной улыбочки, а Лиза — большая любительница их ставить.

Чувство, что наорала и в другую комнату, психанув, ушла.

Или я накручиваю? Черт, ничего не понимаю!

Лежу на спине, уставившись в потолок и прижав к груди телефон. Рядом храпит Гордей, мешая думать. Слышно, как в гостиной тихо ржут Эмиль и Богдан, не желающие засыпать. У меня тоже дома половина парней с мальчишника, чтобы утром на выкуп сразу вместе поехать.

И вроде бы отлично все, но меня липким неприятным осадочком теперь скребет. Прикрываю глаза и представляю Лизу мамой.

Это просто — она легко и с удовольствием нянчится с детьми, куда бы мы пришли. Недаром фактически заменяла маму младшим, когда их мать умерла, а Снежана у отца еще не появилась.

В своем воображении я вижу, как Лиза мягко улыбается, как качает, напевая тихо, какой свет от нее идет и… И думаю, вот я дурак!

Ну конечно я хочу, и все мы сможем. Жилье, работа, машина, да у нас вообще все есть!

У меня хороший оклад сейчас в фонде отца Гордея, помимо этого есть вложенные деньги, которые я просто не захотел вынимать с биржи, решив, что кредит мне выгодней. Лизу взяли в НИИ по протекции Пал Палыча практически на самой сдаче диплома. Там конечно слезы пока, зато полная социалка.

И главное — у нас есть любовь.

А все остальное — оно само как-то складывается по кирпичику. И это самый естественный следующий шаг.

Смахиваю блокировку с потухшего экрана и набираю своей монашечке.

"Я тут подумал… Если мне решать, то я хочу ребенка. От тебя" — строчу, ощущая мощные адреналиновые приливы, прокатывающиеся по телу.

Черт, руки дрожат. В горле сухо. Если она сейчас напишет, что она как раз думает подождать и я ее не