Хродир Две Секиры - Егор Большаков

И Востена у них нет, а у нас – есть. Я правильно понимаю, что ради наказания одного хундрарикса ни Серпул, ни ферранский император не пошлет сюда целый легион?

Ремул улыбнулся:

– Не пошлет, – сказал он, – не настолько уж я для них ценен, чтобы целый легион сюда вести. К тому же нет сейчас полновесных легионов на северных границах Ферры – война с хаттушами на носу, да и ни таветы, ни кулхены не собираются вторгаться в Ферру – по крайней мере, насколько я понял по поведению и вопросам Серпула, когда он в Вопернхусен приезжал.

Уже к вечеру делегация южан стояла у ворот Сарпесхусена. Судя по усталости коней и людей, ехали они, долго не останавливаясь. Послов встретил Гронтар, по такому случаю надевший кольчугу-переплетенку из золоченых колец, перевитых кожаными ремешками с золоченой же каймой, и проводил в Гротхус, где уже сидел на троне рикс со своей свитой. Как обычно, по правую руку от него сидели Востен и Ремул, по левую – Фертейя и Хелена. На скамье недалеко от трона сидели Хадмир и худрариксы старшей дружины, внимательно следя за происходящим.

Фламмул приблизился к трону, сопровождаемый шестью воинами. Поверх лорики на центурионе преторианцев был, несмотря на теплую погоду, накинут теплый легионерский плащ. Лицо феррана лучилось дружелюбной улыбкой, хотя Фламмул уже своим ростом и шириной плеч производил скорее пугающее впечатление.

Сопровождающие Фламмула воины явно были преторианцами, причем не простыми, а из кавалерийского подразделения: за их спины, покрытые темно-пурпурными плащами с золотой каймой, были заброшены круглые кавалерийские щиты-пармулы, а на поясах висели спаты в обильно украшенных золотой проволокой и самоцветами ножнах.

Подойдя к трону на пять шагов – точно по таветскому обычаю – Фламмул снял шлем с пурпурным перьевым султаном, делавшим его рост совсем уж гигантским, передав его ближайшему воину.

– Приветствую тебя, славный рикс Хродир, владыка земель сарпесков, марегов и рафаров! – вздернул руку в ферранском приветствии преторианец, – да блистает слава твоя, да взрастают победы твои, да бегут враги от твоего имени!

– И я приветствую тебя, славный Прим Фламмул, – откликнулся Хродир по-феррански, – да будут верными мечи твои, да множится слава твоя, да помнят потомки virtus твой, да одарят тебя Боги безмерно!

Фламмул снова улыбнулся и начал традиционный обмен вопросами о здоровье Хродира и его близких – то есть проигнорировал присутствие Ремула, не поздоровавшись с ним отдельно. Не то, чтобы Ремула это беспокоило, но знак был не самый хороший.

Далее произошел традиционный для таких визитов обмен дарами – Фламмул передал Хродиру искусно выкованный хаттушский клинок-спату, чья рукоять была украшена золотой насечкой и крупным изумрудом, а Хродир преподнес в ответ связку собольих шкурок. Подарки были равноценны – за такую связку в Ферре можно было достать клинок, подобный подаренному. Затем гость перешел к делу, начав излагать цель визита:

– Славный рикс Хродир, – сказал он, – приславший меня наместник Северной Цислимесной Таветики Кес Серпул Унула передает тебе привет и поздравляет со славной победой над Таргстеном Бешеным Кабаном – врагом ферранов, – Фламмул слегка наклонил голову, не отрывая взгляда от собеседника, – и хочет предложить тебе свою дружбу и дружбу народа Ферры.

– Угадал, – улыбнулся Хродир Ремулу, – или знал?

– Угадать было несложно, – сказал Ремул.

Хродир повернулся к Фламмулу.

– И что именно хочет славный Серпул? – спросил рикс, – такой же договор, какой был между Императором и вопернами?

– Да, – сказал Фламмул, – такой же договор. Пойми, что безопасность Лимеса, а, следовательно, Империи в целом, сильно возрастет, если такой могучий рикс – рикс сразу трех племен – будет нашим другом.

– Несомненно, возрастет, – сказал Хродир, – и несомненно, Империя от этого получит выгоду. А я и мои люди что от этого получат?

Фламмул развел руками:

– Военный союз с Империей означает, что наши легионы всегда могут прийти на помощь тебе, Хродир.

– Как и мои воины – на помощь Империи, я правильно понимаю? – спросил рикс.

– Правильно, – подтвердил преторианец, – и лично я вижу в этом взаимовыгодный союз.

– Это потому, что ты – воин, – сказал Хродир, – и смотришь на вещи, как воин. А я – рикс, и должен смотреть на мир, как рикс. Если я пошлю своих воинов на помощь Империи, мне нечем будет защищать свои земли – а земель, как и врагов, у меня теперь много. И я тебе скажу, я обеспокоен тем, что у меня воинов не так и много. Так что я не готов прямо сейчас принять щедрое и лестное предложение военного союза с Империей.

– Но мы же всегда готовы помочь тебе военной силой, – сказал Фламмул, – для этого и заключается военный союз.

– Передать мне ферранских воинов или прислать их сюда под командованием ферранских хундрариксов и… как они у вас называются… префектулов милитара? – спросил Хродир.

Фламмул усмехнулся и сказал:

– Сила ферранов – в дисциплине и управлении, – преторианец встал ровнее, – и наши воины могут сражаться только под командованием наших офицеров.

– А где тогда гарантии, что легионеры уйдут с моей земли после того, как помогут мне против моих врагов? – спросил Хродир, – прости меня, славный Фламмул, но я не готов к такому союзу.

– Но дружить с нами готов? – спросил Фламмул.

– Если ты имеешь в виду мою клятву в том, что я не питаю к ферранам вражды – то да, – пожал плечами рикс.

– В знак нашей дружбы, – сказал Фламмул, – мы просим тебя, славный рикс Хродир, выдать нам центуриона Leg Specicul XVIII Taveta Limesarul Квента Ремула Ареога, нарушившего приказ и подлежащего наказанию.

– И какое наказание ему уготовано? – поднял брови Хродир.

– Изгнание из Leg Specicul XVIII Taveta Limesarul, перевод в действующую армию – в один из легионов на границе с Хаттушатой – простым декурионом, и пять ударов центурионским жезлом по спине, – отчеканил Фламмул.

Хродир задумался.

– Видишь ли, славный Фламмул, – сказал, наконец, он, – я не могу выдать тебе Ремула. Я – рикс сарпесков, рафаров и марегов, а Ремул – ферран, и я не рикс ему. Как я могу распоряжаться тем, кому я не рикс?

– Ты верно сказал, – обрадовался Фламмул, – Ремул – ферран, а это значит, что я, как посланник наместника Императора