Без обмана 10 - Seva Soth

— Кен, ты такой милый. Может быть, хотя бы полапать меня хочешь?

— Не раньше, чем вы решите головоломку! Меня интересует в первую очередь интеллектуальная близость, а не плотская.

— Ну и ладно! — Рика-Мика закусила карандаш максимально эротичным способом и зыркнула на меня с вызовом. Письменный прибор так и замелькал в ее тонких пальчиках, а я прямо-таки физически ощутил, как из кошелька начинают утекать денежки. Ну кто вообще мог ожидать, что путанами в Нагано работают киборги с компьютерным имплантом в голове. Образно выражаясь. Но слишком уж быстро девица взялась за решение. И, насколько я видел, правильное.

Параллельно моим «развлечениям» происходило основное действие, за которым я следил на слух. Кикучи постучался в домик Тогаши и включил заранее озвученную фразу. Ну кто же так стучит⁈ Это был требовательный ритм «откройте, полиция», а не подходящий под записанное игривое «Привет, я Рика, это ведь седьмой номер, я не ошиблась? Пошалим?». Вот что бывает, когда доверяешь исполнение дилетантам.

Тогаши, однако, хватило и этого. Я услышал его нервное, участившееся дыхание и шаркающие шаги. Половица скрипнула где-то совсем рядом с дверью.

— Открывай, котик, — продолжила запись, но тут интонация резко изменилась. Голос стал холодным, насмешливым и пропитанным ядом, на сайте с компьютерными дикторами он значился как «злобная цундере». — Хотя какой ты котик? Ты тот еще говнокодер. Я читала твой код. Как ты умудрился устроить Callback Hell в двадцать первом веке? Ты слышал про асинхронность и промисы или так и застрял в девяностых? Твоя архитектура — это настоящая головная боль для тестировщика. Ты что, специально старался осложнить коллегам жизнь?

Эффект превзошел ожидания. По ту сторону двери раздался нечеловеческий рык. Будто Тогаши тоже оборотень, вервольф из фильма ужасов. Скрипнули петли. Заскрежетала задвижка.

— Полиция! — гаркнул инспектор. — Положи нож на землю!

Звук удара. Хруст профессионально выкручиваемого сустава. Вот всё и закончилось, не считая того, что нам нужно признание.

— Чисто, — выдохнул Кикучи, поднимаясь и отряхивая брюки.

«Отличная работа, сладенький», — набрал я сообщение ему в наушник. — «А теперь слушай внимательно. Прямо сейчас звони своему суперинтенданту. Скажи, что получил оперативную наводку и, не теряя времени, рванул на задержание. Пусть оформляет тебе срочную командировку задним числом и разделит с тобой славу. И передай Тогаши, что код-ревью закончится только тогда, когда он скажет правду.»

Юто-кун передал и получил вал оскорблений от совсем уже утратившего адекватность программиста.

— Я снова ее убью! Снова! — выкрикнул маньяк. Уверен, Амано заснял его признание. Правда, могут быть проблемы с законностью его получения, но это уже забота судей и прокуроров. Уверен, никто не будет особенно стараться ради нестабильного убийцы женщин.

Моя «сокамерница» переполоха даже не расслышала, вся погрузившись в головоломку.

— Смотри, Кен, вот здесь в задаче ошибка. Видишь этот квадрат? В этих четырех клетках могут стоять только тройка и восьмерка. Если я поставлю сюда три, а сюда восемь — всё сходится. А если наоборот, то тоже всё сходится. Остальные цифры на поле от этого не зависят. У правильного судоку должно быть только одно решение. Уникальное. А здесь тот, кто составлял этот сборник, просто скопировал шаблон и забыл прогнать проверку на уникальность.

Ни в коем случае не признаю этого вслух и даже в мыслях с опаской, но этот ее азарт в разгадывании головоломок показался мне без обмана привлекательным. Надо бы подобрать ей другую работу, использующую сильные стороны. Хотя, внешность, пожалуй, тоже преимущество гостьи.

Спустя десять минут тишину разорвал вой сирен. К домикам «Сада тысячи наслаждений» подлетали патрульные машины с включенными мигалками.

У меня в розовом номере тоже было по-своему жарко. Мика, едва услышав сирены, заметалась от окна к двери, бледная, как полотно. Карандаш выпал из тонких пальчиков. Очередная логическая задача осталась брошенной на половине. Посыпались приглушенные ругательства на вьетнамском.

— Ду мэ! Ду мэ! Чет мэ рой! (Твою мать! Твою мать! Я обречена!).

— У вас проблемы? — спокойным, вызывающим доверие тоном спросил я, наблюдая за суетой на улице через щель в жалюзи. Донельзя довольный Кикучи проверял надежность наручников, как будто Тогаши супергерой, способный разорвать браслеты.

— Это полиция! Миграционная служба! — принялась шептать она уже на японском, истерично заламывая руки. — Они будут проверять всех! Документы, визы. Мне конец! — в эту минуту ее акцент проявился особенно отчетливо.

— У вас проблемы со статусом в Японии? Вы тут нелегально?

— Легально, но у меня нет разрешения на работу! Особенно на такую! Можно только подрабатывать по мелочам. Я здесь по учебной визе языковой школы. Если они меня найдут в лав-отеле и поймут, что я тут именно работаю — депортация, черный список, конец всему! Я не смогу больше вернуться, а у меня маленькая дочка. Я хочу, чтобы она выросла в этой стране.

Не обманывает, самая искренняя паника. Жалко стало и саму девушку, и ее ребенка. У нее и так жизнь тяжелая. И желание дать дочери самое лучшее мне тоже понятно.

— Вам нужно успокоиться. Спрячьтесь в ванной, — скомандовал я, указывая на дверь. Сказал уверенным командным тоном, которому хочется подчиняться. Нечасто я его использую. — Залезьте внутрь душевой, закройте шторку и сидите тихо, как мышка под снегом. Воду включать не надо.

Не уверен, что метафора про мышку ей оказалась понятна. Во Вьетнаме вроде бы не бывает зимы. Не знаю точно. Женщина скрылась в укрытии как раз вовремя. Через минуту в мою дверь настойчиво постучали. Я как раз успел переодеться в белый махровый халат. Открыл, изображая заспанного постояльца, которого грубо выдернули из отдыха. На пороге стоял молодой офицер местной полиции.

— Добрый вечер. Полиция префектуры Нагано. Вы один в номере?

— Один, господин полицейский, — я зевнул, потирая шею. — А что-то случилось? Какой-то шум на улице, вроде бы сирены были. Что-то горело?

— Проводится спецоперация. Вы ничего подозрительного не слышали? Крики, борьба в соседних домиках?

— Нет, — я честно посмотрел ему в глаза. — Только ваши сирены. На улице опасно? Мне стоит беспокоиться? Запереть дверь?

— Нет, преступник задержан. Извините за беспокойство, — офицер козырнул, бросил быстрый взгляд внутрь номера, где кроме смятой постели ничего увидеть не мог. Ванную проверять, к счастью, не стал.

Воспользовался отсутствием посторонних