Малышка от отца жениха - Анна Лапина

— Смешно, признаю.

— И Машу береги! — переходит на серьёзный тон. — Она для меня не чужой человек, — произносит и замолкает. — То, что я скажу дальше, может быть обидно, но я должен сказать. Я был с Машей рядом и помогал справляться с тем, что ты натворил. Не заставляй её вновь страдать. Я заступлюсь за неё, если ты будешь не прав.

— Я её больше не обижу, — обещаю ему, и он кивает.

Сын меня отчитывает. Впервые такое.

— Надеюсь на это! — хмыкает. — И малышку мою тоже обижать нельзя! За неё всех порву! Лишу вас с Машей родительских прав и себе её заберу! — прижимает мелкую к себе и расцеловывает.

— О нет! Это моё чудо! — восклицаю, но Элю не забираю. Та прижалась к Олегу и слушает его сердце.

Между ними точно есть какая-то непонятная мне связь. Как эти двое за такой короткий промежуток времени полюбили друг друга настолько? Просто как?

— Наше чудо, пап! Наше! — поправляет он меня.

— Наше, — подтверждаю и вспоминаю о своём небольшом плане. — Я тебе с утра не говорил? Мы на природу едем на выходных. Ты с нами! Я Надю со Стефани тоже позову!

— Я подумаю!

— Ты поедешь! — хлопаю его по плечу. — И это не обсуждается!

Глава 20

Матвей

Моё приглашение провести выходные на даче принимают все. Маша приезжает с родителями и Элей. Олег привозит Надю и Стефани.

Я бы мог сказать, что каждый приехал со своей семьёй, но Олег отрицает, что у него что-то со Стефани может быть. Шутит, но признаётся, что она его как женщина не интересует. Они друзья. Но, думаю, ненадолго. Маленькая кнопочка уже наметила цель и своего будущего папочку и уверенно идёт к ней.

С Каримом мне сразу удалось поладить. Избежать разговора “Обидишь мою дочь — прибью” не получилось, но стоило ему понять, что до меня дошёл смысл его слов, мы даже сблизились. А сегодня вместе жарим шашлык под разговоры о том, как его готовят другие народы, и вспоминаем, где нам больше всего понравилось мясо. Темы переходят на машины и даже на то, где мы планируем жить после свадьбы. И мои ответы его устраивают.

Екатерина, Раида и Маша занимаются столом, искоса подглядывая за детьми. Моя малышка носит Антону игрушки, затем убегает. Прибегает, забирает игрушку и вновь повторяет.

В общем, у неё своя игра, в которой Антон тоже участвует. Сын даже мизинцем шевелит, пытаясь показать свою вовлечённость. Улыбается и издаёт что-то похожее на смех каждый раз, когда она забирает игрушку и убегает. И непонятно, кто кого развлекает.

Когда Олег привозит Стефи с Надю, Маша с Екатериной и Элей выходят их встречать. Но почему-то возвращаются они двумя группами. В первой не хватает Маши и Стефани.

И отчего-то мне кажется, что Мария специально задержала девушку. Задержала, чтобы поведать о том, что я рассказал ей той ночью в стеклянном домике.

И хоть я против того, чтобы всё вскрывалось так рано, Маше я говорить ничего не буду. Это её решение. Последствия тоже будут принадлежать ей.

Только разбираться с ними придётся всем нам. Ну и чёрт с ним!

Сказала и сказала!

Хоть у кого-то есть яйца! Я ведь тоже собирался сказать и Олегу, и даже Стефани, но смелости не хватило.

Будь что будет.

Это Саша дел наворотил, а теперь все страдают. По своему опыту знаю, что тайны до добра не доводят.

— И мы тогда в горах… — продолжает рассказывать Карим историю о том, как он недавно с друзьями ездил в поход.

Мужчина рассказывает интересно и увлекательно, только звонящий абонент мне сейчас гораздо важнее.

— Я на минуту, — объявляю и выхожу из-за стола, стараясь отойти как можно дальше. Чтобы никто не слышал. — Да, Саш!

— Я быстро, — объявляет он. — В общем, всё шикарно! Я всё разузнал и изучил! Способ нам подходит!

— Ты уверен?

— На все сто! — радостно выкрикивает в трубку. — То, что мы сейчас делаем, поддерживает его и даёт толчок, а это лечение станет настоящим мотором на пути к выздоровлению! Матвей, этот способ… он невероятный! Он гениальный!

— О боже! — восклицаю, не веря.

— Но завтра вы летите в Швейцарию, — предупреждает меня. — Профессор, который проводит это экспериментальное лечение, получил отказ от своего начальства. И, скажем так, ему наступили на горло, сказав, что в России такое он больше не проведёт сам. Только за процент кое-кому. Я предложил ему место у себя в клинике и полный карт-бланш. Но нужно время, пока я всё смогу уладить. У Антона этого времени может не быть.

— И что делать?

— Тебе — ничего, — бросает в трубку со вздохом. — Это мои проблемы с профессором. Я связался со своим коллегой в Швейцарии. Он вчера всё изучал, и мы многое обсуждали. Но он согласен! Он примет вас с Антоном, — озвучивает то, что заставляет меня нервничать. Долгие годы у нас не было надежды, а теперь есть шанс! Шанс на то, что мой сын станет таким, как все. — Но ты должен понимать, что это будет совсем не дёшево!

— Плевать на деньги! — рычу, понимая, что он чушь сейчас несёт. — Надо будет, все рестораны продам!

— Я знал, что ты так скажешь, — бросает, хохоча. — В общем, завтра вас ждут!

— Спасибо, Саш! Я твой должник!

— Надо исправлять ошибки, — вздыхает он. — Я натворил их слишком много.

— Ты про Олега и Стефани? — уточняю у него. — Они сближаются.

— Дай бог, чтобы не просто сблизились. Иначе я себе не прощу! Я всех предал! Я думал, что подсадка не удастся. Что как у всех… А оно получилось. Прижился.

Ещё бы не прижился. Надя ужасно целеустремлённая и сильная. Такая не могла не выжить.

Кидаю взгляд назад и не могу сдержать улыбки от сцены перед глазами. Надя, сев на колено к Олегу, кормит его. Вилку засовывает ему чуть ли не в горло. Не успевает он одно прожевать, она ему ещё суёт.

С такой дочерью Олег точно никогда голодным не останется.

— Мы должны им сказать, Саша, — глухо произношу в трубку. — Они заслуживают знать правду.

— Я приеду и скажу, — обещает он. — Вначале Стефани, а затем Олегу. Просто последний меня придушит, а перед племянницей покаяться нужно.

Как бы тебя и Стефани не придушила…

Мария

— Знаешь, так жалко бедного мальчика, — чуть не плача говорит мама об Антоне. — Красивый, славный мальчик! И болен… Почему жизнь так