Дача для Забавы - Дирижабль с. чудесами
— Тася, мне кажется…
Большая красная пожарная машина въехала на улицу, заставив людей схлынуть с дороги.
— Не думала, что так скоро она получит возмездие, — проговорил знакомый голос, заглушаемый воем сирен.
Тася с Забавой обернулись. Позади них стояла Наталья, наблюдая, как молодые парни в форме выскакивают из кабины.
Глава 32. Если б на тебе такая раскормленная лярва сидела, ты бы тоже со всеми подряд лаялась
Анфиса металась на передовой этого хаоса, дергая за поводок испуганную собаку.
— Ой, батюшки, совсем погорим! Ой, хоть бы к дому не подступил! — её причитания резали слух, вплетаясь треск огня и галдёж зевак.
Пожарные действовали с выверенной точностью. Один раскатывал по асфальту толстенный, как удав, рукав. Второй открыл напорную задвижку, подал воду на ствол. Шланг налился упругостью, дернулся, словно живой. Вода ударила по почерневшим доскам сарая. Пар и пепел взметнулись к небу едким облаком.
— Женщина, отойдите! — рявкнул пожарный, взъерошенной хозяйке, не отрываясь от дела. — Мешаете работать!
— Да как же отойду?! Мой сарай горит! — взвизгнула она в ответ.
Соседи уже приготовились слушать новую порцию ругани между пожарным и Анфисой, когда её дикий взгляд вдруг наткнулся на стоявших поодаль Забаву и Тасю. Её лицо исказилось новой, ещё более страшной гримасой.
— Это они! — пронзительный крик перекрыл все звуки. Она ткнула в них дрожащим пальцем. — Это они подожгли! Вон ведьмы проклятые!
Тася, не моргнув глазом, уперла руки в бока. Голос её прозвучал резко и властно:
— У тебя совсем крыша поехала, соседка? Мы только что подошли, все видели!
Толпа, предвкушая новый виток скандала, тут же загудела, как потревоженный улей:
— Они вот только подошли! Я сам видел, — выкрикнул мужик позади них.
— Приди в себя, Анфиса! — возмутилась какая-то женщина.
Но соседка уже никого не слушала. Истерика, копившаяся в ней, нашла выход. Её трясло, слюна брызгала с губ.
— Ведьмы! — завыла она, и в голосе этом был древний, суеверный ужас. — Они морок навели! Они мужа моего приворожили! А теперь решили и дом спалить!
— Если б я хотела спалить твой дом, — возразила Тася, — То с чего бы стала поджигать сарай?
— Вот! Вот! Слышите! Она призналась, что сарай подожгла!
Спокойный и ровный голос Натальи прозвучал у Таси за спиной.
— Не спорьте с ней. Уходите, — сказала она.
Но Анфиса уже вцепилась в зрителей бульдожьей хваткой и не могла остановиться.
— Давайте, давайте! Защищайте их! Когда будут гореть ваши дома, я посмотрю, как вы запоете! — выкрикнула она, обращаясь уже ко всем соседям. Её палец, дрожащий и обвиняющий, ткнул в сторону Таси. — У этой коней в расход пустить — она сама съедет! А за ней и эта сбежит! — она перевела взгляд на Забаву, полный такой лютой ненависти, что у той внутри всё будто инеем покрылось.
Из толпы протиснулся муж Анфисы. Он робко потянул жену за рукав.
— Фиса, ну хватит, успокойся… Пожарные тут, всё…
— Отстань! — она рванула руку, выдернув её из его пальцев. — Все против меня!
Она подтянула пса поближе. Забаве показалось, что ещё чуть-чуть и собаку спустят с поводка.
— Анфиса, угомонись, — прогремел тихий голос Натальи. — Получила своё, не кликай новых бед.
И злобная соседка вдруг послушно отступила. Ноздри Анфисы всё ещё раздувались, но решимость оставила её.
В этот момент пожарные добили последние язычки пламени. Сарай представлял собой теперь лишь чёрный, дымящийся остов, обильно политый водой.
Наталья развернулась и пошла в обратную сторону, прочь от чадящего остова сарая.
Ждать, когда Анфиса снова распалится, Тася с Забавой тоже не стали.
Тася качнула пустые вёдра.
— Не пригодились, — расстроилась она.
— Получила своё — переспросила Забава у Таси. — Что она имела в виду? Это за подклад?
Женщины переглянулись и поспешили догнать Наталью.
— За что она так взъелась на нас? Она что, сумасшедшая? — спросила Забава, едва поравнялась с гадалкой.
— Если б на тебе такая раскормленная лярва сидела, ты бы тоже со всеми подряд лаялась. — бросила, не оборачиваясь, Наталья.
— Лярва? — переспросила Забава.
Она слышала это слово, но вспомнить, что оно означало — не смогла.
— Паразит, — объяснила Наталья. — Сидит на шее, силы пьёт. А будете цапаться с ней — подхватите таких же.
Тася, нахмурившись, переваривала услышанное.
— И откуда у неё такой паразит?
— Всё просто, — Наталья говорила спокойно, будто объясняла простые истины. — Мелкие сущности только и ждут, от кого бы низкими вибрациями подпитаться. А склочный, вечно недовольный человек для них как фонарь для мотыльков в ночи. Вот Анфиса со своим характером и подцепила себе пассажира. И кормит его теперь ежедневно — злобой своей, обидами, криком. А лярвы, хоть и не разумные, умеют влиять. Толкают её на новые ссоры, чтобы корм был сытнее. Так и растёт.
— А вас она почему послушалась? — спросила Забава. — В прошлый раз, когда ее собака на лошадей бросалась, тоже только вы её и смогли заставить пристегнуть поводок.
Наталья повернулась и посмотрела на неё.
— Лярва, хоть и не разумна, опасность чувствует. Понимает, что я могу от нее избавиться в два счета.
Впереди показался дом Натальи.
— Тогда почему вы не снимете с неё эту… пакость? — задала Забава вопрос, который так и вертелся у нее на языке.
Наталья остановилась у калитки и повернулась к ним. Её лицо было серьёзным, а взгляд тяжёлым и усталым.
— Нет у меня такого права — без спроса людям помогать, — ответила она. — Пока сама Анфиса не увидит в этом проблемы, пока сама не начнет помощи искать, — делать с этим я ничего не буду.
— А если мы попросим? — не унималась Забава. — Вместе? Всей улицей скинемся? Я же правильно понимаю, что она не только нас с Тасей достаёт?
— Свято место пусто не бывает. Если этого паразита сниму, а Анфиса так и не научится за языком следить, не начнёт держать в узде свои чёрные мысли, то так и станет на горбу что-то другое носить, — объяснила Наталья, — Я же говорила, что злоба притягивает низких сущностей. На место паразита может и что похуже явиться…
Наталья открыла калитку.
— Пока сама измениться не захочет, любое вмешательство — игра в рулетку. И ставка в этой игре — её рассудок. Я за такое не возьмусь.
Гадалка наконец зашла к себе во двор.
— Ну, будьте здоровы, — коротко кивнула она.
Тася и Забава побрели дальше. По обочинам лежали охапки гниющих листьев, распространяя легкий,
