Хродир Две Секиры - Егор Большаков

слышал слова фе… то есть Ремула? Так вот, я говорю тебе: убей врага, залей его кровью площадку. Покажем южным неженкам, каковы наши правила этой игры.

Урфо, уже надевший шлем, расхохотался – этот хохот звучал из-за сплошной железной маски глухо, жутко – будто замогильно.

Зрители расселись по местам, и оба воина вышли, наконец, на площадку Арены.

– Мне аж интересно, – громко сказал Хартан, – среди нас есть хоть кто-то, кого сегодня не оскорбил Стригульд? Кого наш славный теронгарикс обошел своим вниманием?

Негромкие смешки были ему ответом. Стригульд смолчал, глядя на Арену.

Хродир внезапно встал с места:

– Я готов сделать ставку на победителя этого боя, – сказал он.

– Ставку? – поднял брови Стригульд, – что ты имеешь в виду?

Другие риксы, за исключением Агнаваль, также с интересом воззрились на Хродира.

– Мой заклад на победителя, – пояснил Хродир, и видя, что никому не стало понятнее, продолжил, – я попытаюсь угадать, кто победит, и даю что-нибудь в заклад. Если кто-то считает, что победит другой боец, он тоже может сделать свой заклад. Кто угадает победителя – забирает оба заклада. Мне об этом обычае Ремул рассказал.

Ремул кивнул.

– Интересно, – протянул Стригульд, – но я свой заклад сделал, второго делать не буду.

– А я, наверное, сыграю, – сказал хундрарикс Альтмар, – это же верный способ забрать чужой заклад. Тут же очевидно, кто выиграет – Урфо явно сильнее.

Хродир усмехнулся:

– Урфо? Очень хорошо. Что ж, а я считаю, что победит Дитмар. В заклад кладу... вот этот браслет.

Рикс поднял левую руку, показывая всем золотой браслет, охватывающий спиральными витками его запястье поверх рукава блузы. Браслет был выполнен в виде змеи – он имел и хвост, и голову, а по всей его длине была нанесена чеканка в виде чешуи. Сняв браслет с руки, Хродир положил его рядом с собой на скамью.

– Хорошая вещь, – Альтмар почесал бороду, – мне нравится. Что ж, мой заклад... – хундрарикс задумался.

– Уважаемый Хродир, – пробасил Туро Думаренарикс, – скажи, в эту игру могут играть больше двоих?

– Могут, – сказал Хродир, – главное – чтоб победители потом заклад поделили. А ты, уважаемый Туро, тоже хочешь сделать ставку?

– Да, – сказал Туро, – я считаю, победит Дитмар. Мой заклад – вот эта цепь.

С этими словами Туро полез пальцами под ворот блузы, пошевелил ими там и извлек на свет толстую, в два пальца шириной, цепь из плоских золотых звеньев.

На эту цепь немедленно упало несколько жадных взглядов. Украшение было действительно достойно рикса – на вид цепь стоила не меньше хорошего коня. Ставка была даже более ценной, чем Хродиров браслет.

– Ладно, – протянул Альтмар, – есть у меня, чем ответить даже на такой заклад.

Хундрарикс полез в свою поясную суму и извлек оттуда небольшой мешочек. Раскрыв его, он показал содержимое Туро и Хродиру. Мешочек был полон крупными, с ноготь большого пальца, кругляками янтаря.

Эта ставка была даже выше, чем у Туро.

– Я тоже сделаю ставку, – неожиданно сказал хундрарикс Фриддир, – очень уж мне цепь Туро Думаренарикса понравилась. Да и дело верное – Альтмар прав, Урфо точно победит.

Посланец ратарвонов отстегнул от герулки фибулу – большую, в ладонь размером, явно золотую, инкрустированную небольшими рубинами и изумрудами. Судя по характерным плавным узорам, искусно нанесенным на поверхность, фибула имела кулхенское происхождение. Игла-застёжка этой фибулы, правда, была не золотой – она тускло поблескивала голубоватым металлом.

– Эта игла, – пояснил Фриддир, – сделана из голубого булата. Второй такой нет, от Аре до Тарара – точно.

Риксы с удивлением рассматривали необычную вещь, которую ратарвон положил на скамью рядом с собой.

– Очень дорогая ставка, – покачал головой Хродир, – уважаемый Фриддир, ты точно уверен, что готов рискнуть такой роскошной вещью?

– А я разве рискую? – пожал плечами Фриддир, – Урфо же явно победит, это и младенцу понятно. Я даже не понимаю, зачем ты, уважаемый Хродир, просто так отдаешь свой браслет...

Глава 15. Поединщики

Бойцы разминались перед схваткой, разогревая связки и суставы, разгоняя кровь и приходя в боевой настрой. При этом они не забывали обмениваться оскорблениями – распаляя и себя, и врага. Дитмар пускал ядовитые, колкие стрелы слов: сравнивал соперника с откормленным боровом, громко жалел, что получит мало славы от победы над столь неумелым врагом. Урфо же отвечал просто, злобно и грубо, понося врага той бранью, что считалась среди таветов недостойной уст благородного человека.

Воины на площадке встали в стойку. Урфо взял копье обеими руками, подвесив щит на плечо за ремень так, чтобы иметь возможность взять его в руку в любой момент; Дитмар же принял классическую защитную стойку – щит и левую ногу вперед, правая рука с мечом на уровне бедра, острие меча смотрит врагу в лицо. Стригульд и Хартан вопросительно посмотрели на Хродира – мол, ты хозяин Арены, ты и сигнал давай. Хродир громко хлопнул в ладоши.

Несколько мгновений оба бойца переминались в стойках, делая ложные выпады и короткие обманные шаги, прикидывая, как лучше атаковать соперника. Могло показаться, что оба бойца не спешат нанести первый удар, опасаясь контратаки противника – опытный поединщик опасен именно на контратаке, когда соперник уже нанес удар и нуждается в мгновении для удара нового.

Первым атаковал Урфо – грубо, прямо, страшно – послал копье в живот соперника быстрым, без замаха, ударом. Нанося такой удар, теронг даже не переставлял ноги, оставшись в исходной стойке, и лишь слегка наклонил вперед корпус, перебросив вес на переднюю, опорную ногу. Силы великана явно хватало на то, чтобы не нуждаться в замахе, дабы таким простым и быстрым ударом смертельно ранить врага. Тактика Урфо была понятна – огромный и тяжелый боец хотел победить как можно скорее, чтобы не рисковать, расходуя силы в затяжном поединке, оттого и делал ставку на преимущество в силе и первый сокрушающий удар. Урфо явно знал свои сильные и слабые стороны и не был ни неумелым, ни неуклюжим, несмотря на грузное тело, бойцом.

Дитмар, однако, тоже новичком не был – причем, похоже, уже пару десятков лет. Будто заранее понимая, как будет действовать враг, тарутен держал щит, прикрывая живот, а его стойка, позволяющая быстро отклоняться в сторону с минимальным шагом, сейчас спасла его. Наконечник копья теронга лишь чиркнул вдоль досок щита,