Замена - Елена Син

Она уводит меня в заднюю часть дома, и я улыбаюсь, стараясь не подать виду, как мне грустно от вида старого друга. Откуда у него морщины в двадцать пять? И почему он пьет посреди белого дня? Его отец умер от рака печени, поэтому Алекс еще в пятнадцать поклялся, что не притронется к спиртному.

Катя все-таки замечает мою фальшь.

— Не обращай внимания, Мил, — говорит тихо. — Честно говоря, раньше такого не было. Он, конечно, выпивал иногда по вечерам, но чтобы прям напиться… Вчера начал и вот до сих пор не может остановиться. Даже спать не ложился. Думаю, у него проблемы на работе, но мне он об этом ничего не рассказывает. Только тсс, я тебе ничего не говорила.

Алекс никогда не был человеком, который стал бы спиваться из-за проблем на работе. Но я молчу. Возможно, это изменилось тоже.

После экскурсии по дому, она ведет меня в спальню на третьем этаже. Я знатно напрягаюсь, когда у нее начинается одышка.

— Ты в порядке?

— Да-да, — отмахивается Катька. — Просто я быстро сейчас устаю. Во мне, кажется, растет кто-то размером с викинга. Я потому и перебралась в гостевую спальню на первом этаже, больше не надо бегать по лестнице. Леша все еще спит здесь, твоя комната будет напротив, поэтому разрешаю дергать его, если что-то понадобится.

— Круто. Кстати, а где Костик?

— Я отдала его родителям, чтобы он тут тебе не мешался.

— Да кому помешает четырехлетний ребенок? — усмехаюсь. — Ему же не годик. Я не против, если он побудет здесь.

— Можешь сама к нему ездить, если хочешь, Мил. Мне надо отдохнуть от этого бунтаря, забыла? Полный релакс.

— Ладно…

— Да, еще кое-что. Врач мне посоветовала легкую физкультуру. Я буду по несколько часов в день заниматься с тренером в зале и дом будет в полном твоем распоряжении.

— Отлично. Все-таки мне не помешает пространство.

— Работа? — понимает Катя.

— Ага. Я уломала начальника на удаленку, но продолжать работать все равно придется.

— А ты просто оставляй включенным компьютер.

— Это так не работает, — улыбаюсь, проходя за ней в спальню. — В системе отображается каждый мой щелчок мышью и, если я не буду работать, в компании заметят.

— Отстой. Ну хотя бы мы с Лешкой не будем тебе мешать.

Я осматриваюсь и отмечаю, что спальня идеально чистая. Довольно просторная и красивая. У Кати всегда был бунтарский характер, но она также отличается от многих отличным вкусом.

На прикроватной тумбочке стоит ваза с белыми розами — мои любимые цветы. Постельное белье с космическим принтом — тоже то, что я люблю. И пахнет тут костром и кокосом. На подоконнике стоит диффузор с несколькими палочками.

Катя мне ласково улыбается, видя, что я подметила каждую деталь. На этот раз я обнимаю ее изо всех сил, и на секунду чувствую себя, как в далеком прошлом… как дома.

Глава 3

Алекс

— Это не лучшая идея.

Я сижу в гостиной перед большим электрическим камином, в руке пустой стакан, в котором перекатываются несколько капель золотистой жидкости.

Я и не думал, что в нашем доме такое количество алкоголя. Сколько я выпил? Кажется, я пью со вчерашнего вечера и вот уже настал сегодняшний. За окном закат, мое тело еле шевелится, но разум, сука, не дремлет. И каждая гребаная мысль о девушке, что сейчас наверху. Здесь. В моем доме.

— Что именно? — уточняет Катя, сидя на диване. Она подпиливает и так безупречные ногти. — Что сестра приехала мне помочь или то, что она остановилась именно у нас?

Даже с безмерным количеством выпивки внутри я напрягаюсь.

— На что ты намекаешь?

Катя даже не поднимает на меня глаза. Эта женщина, которую я в детстве считал младшей сестренкой, видит меня насквозь. И это жутко. Так жутко, что я впервые за сутки попойки чувствую тошноту.

— Ой, да перестань, — отмахивается жена. — Не так уж много времени прошло, Леш. Я прекрасно помню, что в юности ты был влюблен в нее, так чего сейчас притворяться? Я не ревную и не виню тебя.

— Тогда к чему такие вопросы?

— Лично меня не смущает, что она погостит у нас, но если это смущает тебя…

— Не смущает, — вырывается прежде, чем я успеваю подумать.

Замечаю ухмылку на лице Кати и понимаю, что она все прекрасно знает. Блять. Она наверняка понимает мои чувства к Миле лучше меня самого. Я-то давно заплутал где-то между разочарованием и ненавистью.

— Ты, видать, думаешь, что я все еще влюблен? — фыркаю саркастично.

— Твоя реакция говорит сама за себя.

Ее безразличный тон вызывает во мне тупое недоумение. Это из-за алкоголя? Или я действительно за все эти годы так и не узнал по-настоящему свою жену? Может, я не знал и девочку, что росла со мной?

— И тебя это не колышет? Что я могу быть влюблен в другую девушку, да еще и твою сестру?

Катя неоднозначно встряхивает плечами.

— Она слишком добросовестная, чтобы ответить на чувства зятя, даже если они существуют, так что я не беспокоюсь.

Ну да. Мила такая. Всегда такой была. Умница, красавица, с добрым и открытым сердцем. Все ее любили и уважали. Даже если она где-то спотыкалась, это быстро забывалось после тех хороших слов, что она говорила и заботливых вещей, которые она делала.

Я был первым в числе многих слепцов, поддавшихся ее чарам. А потом она меня бросила, оставив на прощание пару жалких строк. И больше никаких писем, никаких звонков, ни одной гребаной весточки от той, кого я всю жизнь на тот момент считал своей половинкой.

Чушь. Мила оказалась такой же, как все. Как она и просила, я подтянул ее по тем предметам, которые ей труднее всего давались, и глазом моргнуть не успел, как она укатила в столицу поступать в свой драгоценный университет.

Тварь.

Они обе хороши. Как же это я так вляпался? Ах да. Старшая меня поматросила и бросила, а младшая воспользовалась моим горем, соблазнила и заделала нам общего ребенка. И кто тут идиот? Я, конечно.

— И правда, — вздыхаю пораженно. — Тут не о чем волноваться. Она поможет тебе по дому, пока твоя врачиха не подтвердит, что с тобой и малышом все в порядке, а потом свалит отсюда так же быстро, как в прошлый раз. Может даже снова не попрощается.

Катя тихо рассмеялась.

— Боже, да ты до сих пор на нее дуешься. Бука. Подумаешь,