Диагноз: так себе папа - Вероника Лесневская
- Что я сделаю, Влас? Я даже себе помочь не могу, - разговариваю сама с собой, как сумасшедшая.
С трудом досидев до конца дня, я покидаю здание под расстрелом любопытных взглядов коллег. У нас женский коллектив, и только ленивая не обсудила свежую сплетню обо мне. Делаю вид, что мне плевать. Равнодушно прощаюсь с коллективом, выхожу на улицу с гордо поднятой головой - и тут же меня прибивает проливным дождем. Хочется плакать вместе с ним, но у ворот припаркована до боли знакомая красная Феррари.
- Вы решили принять душ, Марго? - опустив стекло, ехидно выкрикивает Воронцов. Его появление приводит меня в чувство и… слегка успокаивает. - Садитесь, пока не промокли до нитки. И не привлекли к себе внимание сильной половины человечества.
- Спасибо, - устало шепчу. На ответные шпильки нет сил.
Без пререканий я устраиваюсь на переднем пассажирском сиденье, молча смотрю в окно. Мысленно благодарю Власа за то, что он не задает неудобных вопросов. В салоне тепло, и я не замечаю, как засыпаю в дороге под шум двигателя, укутавшись в пальто, как в одеяло…
- Подъем, Марго, вы мне нужны. Ненадолго, - шелестит над ухом приятный баритон Власа. - Вопрос пары минут, и можете спать дальше.
- Пара минут - и спать? Я была о вас лучшего мнения, - иронично поддеваю его спросонья, томно потягиваясь в кресле.
- Сделайте скидку на возраст, - бархатно смеется он.
С улыбкой открываю глаза, встречаюсь с его потемневшим взглядом, ловлю горячее дыхание на своих губах - и резко просыпаюсь. Воронцов нехотя отстраняется от меня, невозмутимо выходит из машины, а я лениво оглядываюсь, ожидая увидеть свой двор, но...
Кажется, меня похитили. И привезли в филиал ада на земле.
- ЗАГС? - ошеломленно рассматриваю высокое здание, возле которого мы остановились. - Зачем вы меня сюда привезли, Влас Эдуардович?
- А то вы не знаете, Мегера Андреевна, - нахально парирует он, подавая мне ладонь. - Конфетно-букетный период в экспресс-варианте за несколько дней мы прошли, приданное готово, самое время жениться. Со своей стороны я сделал все, что мог. После того что между нами было вы, как честная женщина, просто обязаны выйти за меня замуж.
Он силком вытаскивает меня из машины, крепко берет за руку и ведет за собой к входу во Дворец бракосочетания. Вспоминаю свой первый брак - и вздрагиваю, покрываясь холодным потом.
Нет! Больше я туда ни ногой! Даже фиктивно!
Каблуки врезаются в плитку, но притормозить не получается. Локомотив в деловом костюме мчится вперед, и его не остановить.
- Влас, что случилось?
- Бывшая объявилась, - признается он серьезно и тихо, поднимаясь по ступенькам. - Она подала в суд на восстановление родительских прав и угрожает забрать дочь. Как вы сами знаете, Марго, я самый неподходящий кандидат на роль отца, и опека не встанет на мою сторону. Мне нужна хотя бы жена, так у меня будет больше шансов удочерить Любочку. Времени в обрез, да и ситуация щепетильная. Бабам я не доверяю, а к вам немного привык за эти дни, - грубо бросает, но в его жестком, пренебрежительном тоне четко прослеживается паника. - Если вы не согласитесь помочь мне добровольно, я вас оглушу и отнесу в проклятый ЗАГС на плече. Я в отчаянии, Марго.
- Хорошо, - тихо выдыхаю, не успевая на каблуках за ним.
- Ещё раз? - он резко останавливается на крыльце и оглядывается удивленно, а я чуть не врезаюсь в его спину. - Повторите, Марго. Я грешу на слуховые галлюцинации.
- Я согласна, но у меня есть несколько условий…
Наши торопливые шаги грохочут по длинному коридору. Звук громкий и четкий, будто солдаты маршируют на плацу. Вместо гауптвахты наш ждет свадьба, и я не знаю, то хуже.
- Прекрасно. На все - мой ответ: «Да». Просите, что хотите, - победно хмыкает Влас, пропуская меня в торжественный зал для росписи.
Внутри уже все готово. Сотрудники ЗАГСа ждут нас, ведущая начинает произносить речь, едва мы появляемся на пороге.
- Мы с сыном сегодня же переезжаем к вам, - ставлю ультиматум под марш Мендельсона. - С вещами. На неопределенный срок.
- Эм-м-м, что? Вы же терпеть меня не можете, - спотыкается Влас на ровном месте. - Я думал, фиктивный брак предполагает лишь штамп в паспорте.
- Нам негде жить, - признаюсь как на духу. - Какой-то влиятельный козел из Москвы добился, чтобы наш многоквартирный дом признали аварийным и пустили под снос. Ему приспичило построить отель в выгодном месте, а богачам закон не писан. Нам обещают выплатить копейки, на которые даже снять достойное жилье нельзя, не то что купить, и выселяют на улицу в кратчайшие сроки.
- Хм, вот как. Действительно, гад, - задумчиво бурчит Влас, напрягшись, и подозрительно отводит взгляд.
- На днях ко мне явятся представители опеки с жесткой проверкой, - продолжаю жаловаться, на миг забываясь. Осталось всхлипнуть и вытереть нос рукавом, как обиженная девчонка. Но мне больше некому рассказать о своих бедах.
- Стоп! Не понял, - хмурится он. - Вы же сами там работаете. Да и мать вы нормальная, местами адекватная, - снисходительно дает мне оценку, покосившись на меня.
Воронцов выводит меня из равновесия одним взглядом, но я понимаю, что никто, кроме него, не сможет мне помочь.
- Бывший муж по настоянию свекрови решил отсудить у меня сына, подключил все свои связи, чтобы признать меня неблагополучной матерью. Вся моя жизнь внезапно пошла под откос. Мне грозят разбирательства с опекой и, возможно, увольнение за профнепригодность, Фил под пристальным надзором отдела по делам несовершеннолетних за многочисленные хулиганства в школе, а теперь у нас ещё и жилья нет.
- В одной лодке, значит? - выгибает бровь Влас. Обреченно киваю. - Давай паспорт. И ставь свою подпись, дорогая жена.
Глава 19
Влас
Женюсь, вашу мать!
В здравом уме и пока ещё твердой памяти.
Если бы кто сказал мне, что я вновь свяжу себя узами брака, я бы плюнул ему в лицо. Ирония судьбы в том, что подтолкнула меня к этому шагу та же самая тварь, которая много лет назад отвратила от института семьи.
Ручка скрипит, пока я ставлю размашистую подпись
