Дары демона - А. Мирт

— Как насчёт фамильяра? — когда она замолчала, тишина в камере почти звенела. — Моего фамильяра. Ты его примешь?

Я в шоке расширил глаза. Что значит «принять её фамильяра»⁈

— Невозможно. Хотя бы потому что я не демон.

Я уж промолчал про то, что демонический цветок, чуть не разрушивший Парящий остров — так себе соратник, а именно им должен был стать дэв или фамильяр для мага.

— Это как раз не проблема. Мой фамильяр давно сроднился со мной, а я полукровка, во мне много человеческой крови. Ты подходишь.

— Но у людей не может быть фамильяров. У нас могут быть лишь дэвы!

— Демонической крови в тебе вполне достаточно. Особенно если я её активирую.

— Что ты несёшь⁈ — нахмурился я.

— На самом деле среди людей живёт множество потомков демонов. Обычно их можно различить по необычному цвету глаз. Например, Мак, Дарбан и… ты.

По моей спине пробежали мурашки. Мак — это сосед Кая, у него ярко-алые глаза, у Дарбана радужки белые настолько, что почти сливались с цветом белка. А ещё именно этих двоих отравила Илиария. Получается: из-за того, что в них демонической крови было больше, чем в остальных. Но у меня глаза были просто насыщенно-синего цвета. По сравнению с теми двумя, вообще нормальные.

— У меня вполне обычный цвет глаз. Тот же Кайрин не уступает в его «необычности». Хочешь сказать, и он частично демон?

— Нет. В нём нет демонической крови.

— Поэтому ты ему не предложила своего фамильяра? — сыпал я вопросами, понимая, что так пытаюсь успокоиться и потянуть время, необходимое мне для того, чтобы осмыслить происходящее.

— Поэтому, и потому, что у него нет стихии земли, — демонесса отвечала спокойно, будто понимала моё состояние и добровольно согласилась дать мне передышку. Шавр, эта девушка… можно понять, почему у Кая от неё крышу сорвало. Она была хороша, очень хороша.

Конечно, она почувствовала мою магию земли, когда я пытался перехватить её контроль над одурманенными лекарями.

— Не беспокойся о своём секрете, мне нет смысла кому-либо о нём болтать. Что касается демонической крови, она в тебе в достаточном количестве, я её чувствую. Просто поверь мне на слово.

— Ладно, допустим, что эта передача вообще возможна. С чего бы тебе преподносить мне такой «дар»?

— Демонический цветок в любом случае извлекут из меня. Слишком страшна его способность управлять людьми. Я не хочу, чтобы он достался людям, и уж тем более не хочу, чтобы им воспользовались демоны, что играли со мной втёмную. У меня просто нет другого выбора. Ты единственный из моих знакомых, кто может его забрать.

— Но разве он не достанется людям, отдай ты его мне?

Она попыталась пожать плечами. У неё вышло плохо: верёвки слишком хорошо держали практически каждую часть её тела.

— Лучше тебе, чем кому-то ещё.

— Потому что я куратор Кая? — усмехнулся я.

— Друг. И поэтому тоже. Решай быстрее, — она посмотрела на меня и проникновенно сказала: — Прими его, и ты не только ослабишь демонов, но и сам получишь сильного фамильяра.

Я колебался.

У нашего королевства был один большой недостаток — мы совершенно не понимали природы демонической магии, при которой они использовали её без заклинаний, становясь поистине устрашающими противниками. Готов был поставить свою жизнь, бившись о заклад, что насильно извлечь из Илиарии фамильяра мы не сможем. А поскольку демоны сильны и агрессивны, и Аталия пытается с ними не обострять конфликт, девушку, вполне возможно, им ещё и вернут. А вот демоны, судя по словам Илиарии, не будут иметь с извлечением каких-то проблем. Отдавать демонам фамильяра, который способен управлять людьми? Кажется, я просто не мог этого допустить… Даже если таким образом подвергну себя опасности.

— Ты принёс камень правды. Я могу на нём подтвердить, что не желаю тебе зла, что фамильяр будет развиваться, исходя из личности хозяина: ты сам сможешь выковать из него то, что захочешь.

— Хм, — я не преминул достать один из белоснежных камней и вложить ей в ладонь.

Демонесса без заминки всё повторила, и камень всё так же остался белым. Сказанное было правдой. Но только вот работают ли в этом помещении артефакты? Обычно я бы предположил, что должны были, но лучше проверить.

— Соври.

— Я тебя люблю, — хмыкнула она.

У меня дёрнулась бровь, а камень покраснел.

Она не могла придумать что-нибудь иное? Почему когда мне впервые признались в любви, это оказалось фальшивым? Было немного обидно. Да и, в конце концов, было куда интереснее узнать, любит ли она Кая.

Однако камень работал, как было ему положено, несмотря на ограничение магии в камере.

Итак… Сила. Фамильяр. Очень способный и необычный. Утереть нос демонам, не дав им его больше использовать. Не было смысла тянуть.

— Я согласен. Что мне делать?

На лице Илиарии расцвела искренняя улыбка:

— Слушай внимательно…