Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох
- Если бы я знала. Я бы спрятала ее, но она не стала скрываться. Я б не подумала, что она служит демону. Никто из нас не думал.
Вывели оседланного коня, я не стал слушать, вскочил в седло и пустился в обратную дорогу к крепости Белого братства.
*****
— Это правда? — гость склонился вперёд, и хозяин отметил себе, что глаза у его гостя потемнели.
— Запарю чаю, — вместо ответа сказал он и поднялся, оттягивая ответ.
— Она служила демонитам? — Гость вытер пот с висков.
— Нет, — хозяин налил воды из кадки в котелок, а после раздул очаг. — Она сделала то для меня. Чтоб я одолел демона, взял его за ноздри. И он перестал меня терзать. Хоть я не просил. Видишь, тут всё одно кто-то уходит в горнило его голода. Или я, или она. Она решила за нас обоих.
*****
«Тебе не успеть.»
«Так помоги!» — я гнал коня, но понимал, что не успею. Хоть как. «Помоги!»
«Ты мне не господин»
«Нет, прошу, помоги…»
«Не каждому человеку такое сделается под силу…»
«Я выдержу…»
«Ты сказал — я услышал…» Тьма и холод вдруг стали вокруг. В лед превратилась кровь, и легкие выстудил холодный воздух. Глаза залило раскаленной на морозе слезой. Уши заложило от нестерпимо высокой ноты. Я вдохнул и понял, что совершил ошибку. Что толку, если я умру здесь в этом морозном «нигде»? Я застыл на вдохе, боясь шевельнуться. Холод впился когтями по всему телу.
«Я выдержу. Должен» Замер. Мгновенья растянулись в тысячелетия. И вот, в момент, когда я уже простился с жизнью, чуждая реальность исторгнула меня в привычный человеку мир. С голубым небом, теплым после ледяной тюрьмы воздухом, и привычными слуху звуками. Я упал на колени на пыльной дороге.
— Х-хде я? — Выдохнул я.
«Не узнал? По этой дороге вы шли к крепости,» — ехидно ответил Жнец. Я медленно вспомнил. Да, по этой. Там за поворотом после пролеска откроется вид на крепь Белых Братьев.
— Я ид-ду, — я поднялся и пошел, упрямо переставляя окостеневшие ноги. — Позови ее.
«Не отвечает.»
«Зови еще…»
«Ты оглох, человек? Нет ее больше.»
Я не ответил, не поверил, прибавил шагу. Вырывая последние резервы из своего тела добежал до домов, расположившихся под стенами крепи. Огляделся. Никого. Гул голосов слева, повернул меня на звук. На голубом небе жирной черной полосой след от кострища.
— Нет, — я едва переставляя ноги подошел к толпе, окружившей три больших костра заидеревянными жердями, что оградить люд от жара.
— Что это? — Кто-то рядом подумал, что вопрос был задан ему и ответил.
— Ведьму жгли…
— Какую ведьму? — Охрипшим голосом переспросил я.
— Известно какую! Демонитскую ведьму.
Я раздвигая толпу руками пошел к кострам, ничего не видя перед собой кроме черных закопченных силуэтов у источенных огнём бревен кострищ.
— Почему три? — Вопрошал я в воздух.
«Может ее не было тут?»
«Справа ее тело», — Тихо сказал Жнец. Я не видя и не слыша ничего шагнул вперед, уперся грудью в выставленный меч, и не заметил этого. Взгляд мой не отрывался от маленькой скрюченной фигурки, прикованной железными цепями к столбу.
— Нет., нет, нет. Не может быть. Не должно так быть.
— Эй, осторожнее, добрый человек, — донеслось до слуха. Я перевел взгляд на лезвие у груди, потом на лицо говорившего.
— Зачем убили ее? — Глухо спросил я.
— Кого? Этих? — Охранник кивнул на кострища. — Супостаты это. Ведьмы, ратуют за возвращение демона. Эт чтоб другим неповадно было…
— Демона? — Голос был глух и тих, но охранник услышал.
— Того самого…
— А вы, знать, защитники?
— Как умеем обороним…
Я не слышал ничего и ничего не чувствовал. В голове стучала кровь.
— От кого?
— От демона, чудак-человек, — охранитель вгляделся в лицо. — Э-э-э, да ты не в себе. Иди проспись! — И толкнул в грудь. Меня качнуло, но с места я не сошел. Передо мной разверзлась такая пропасть, что дна и края я у неё не увидел. И выходило, что мне только туда. Вниз. Следом за ней.
— Демона? — Зубы сжались.
«Ты голоден?»
«Всегда»
«Я дам тебе пищу, много, но одно условие…»
«Слушаю»
«Я. Хочу. Видеть. Все. »
— Вы, поди, ещё и не нюхали демона, — глухо прорычал я. Люди по сторонам чуть отошли, опасаясь сумасшедшего пришлого. Охранник выставил меч перед собой, схватился за грудь, где заалел, загорелся амулет, призванный распознать демоническую силу. Амулет раскалился и обжег руку своему обладателю.
— Так я покажу, — я одним движением выхватил сабли, и одновременно сделал выпад. Охранник упал, не успев крикнуть. — Всем покажу, чего надо бояться.
Случившееся после виделось как во сне. Демон не обманул, я видел, слышал и обонял каждую мелочь того дня. Видел, как бросились врассыпную любопытные, пришедшие поглазеть на казнь, видел, как крепкие воины в белых балахонах вытащили оружие и двинулись на меня. Слышал надрывный голос колокола, что возвещал об опасности. Тело знало, что делать, а разум закостенел. Не трогали ни крики умирающих раненых, ни вопли женщин или детей. Я методично и аккуратно вычищал поселение от живых. Жнец доедал тех, кому не посчастливилось умереть от клинка.
Когда силы в руках не осталось, а крепь ощетинилась луками и баллистами, я почувствовал сначала сильный холод, а затем жидкий огонь разлился по телу. Не нужно было больше двигать руками и переставлять ноги, Жнец показал себя во всей красе. Над крепостью раскрыл невесомые крылья Призрачный Дракон, а я только лишь смотрел его глазами. Ястребом упав с высоты демон оплавил камни, сжег деревянные крыши, хватая все в ненасытную пасть, что двигалось, все что бросалось от него.
*****
Совсем недалеко Чародей поднял глаза к небу. Свершилось. Призрачный Жнец вышел на охоту. Человек сдался. Зов сделал свое дело. Как бы ни сильна была воля, никто не может быть тверже хорошо сплетенного колдовства.
Чародей сжал посох крепче, сделал знак своим людям, чтобы поворачивали на восток. Два десятка воинов послушались беспрекословно, и колонна слаженно повернула с тракта на высохшее пшеничное поле. Чародей уже забыл свое имя, многие годы он потратил на то, чтобы научиться подчинять свое воле людей, а после и демонов. И вот
