Ты как вино – с годами только лучше - Роджер Розенблатт
12. Не ведитесь на вопрос «Что ты такое говоришь?»
Если человек задает этот вопрос в ответ на обвинение с вашей стороны, то даже не сомневайтесь: он прекрасно понимает, о чем идет речь. Ответьте ему в том же духе.
13. Внешность не обманчива
Забудьте, что вам говорили в детском саду.
14. Не остроумничайте и избегайте колкостей
Многие считают остроумие и колкость скрытыми показателями интеллекта, но я с этим в корне не согласен. В моей жизни были и недалекие шутники, и не острые на язык гении. Сам я обычно острю, если в моей голове нет ни единой умной мысли: каламбур или какой-нибудь колкий речевой оборот поддерживают меня, когда сказать попросту нечего. Все понимают, как тяжело сдержаться и не выпалить хитроумное замечание: ведь так хочется поделиться шуткой, внезапно пришедшей в голову.
Прошу вас, не надо. Особенно такие порывы неуместны в большом кругу, например во время ланча с друзьями или званого ужина. Да, если вы и правда остряк, то присутствующие обязательно посмеются над вашими высказываниями и будут энергично кивать, показывая, что оценили шутку. Но правда в том, что в этот момент они уже начинают бояться вас. В один прекрасный день их страх сыграет с вами злую шутку.
Оскар Уайльд, Дороти Паркер, Уинстон Черчилль и Оскар Левант – вот, как мне кажется, единственные по-настоящему остроумные люди за всю историю человечества. Кто-то скажет, что к этой четверке стоит добавить Джеймса Уистлера и Марка Твена, но я готов с этим поспорить: первый использовал остроумие, чтобы выставить себя в лучшем свете, а остроты второго были слишком благородными и мягкими. Колкость не может быть благородной – тем более мягкой. Все знали, что Уайльд, Паркер, Черчилль и Левант не просто острили, а буквально издевались над людьми. Кто только не цитировал их едкие комментарии: люди, стремящиеся вызвать смех окружающих, составители антологий и даже эссеисты, у которых на собственные высказывания ума не хватало. Ниже приведу примеры:
Когда член призывной комиссии спросил у Оскара Леванта: «Вы способны убить человека?» – комик ответил: «Незнакомца – вряд ли, а вот друга – спокойно».
Как-то раз актриса из Лондона, к которой Дороти Паркер давно питала неприязнь, сломала ногу. Узнав об этом, писательница произнесла: «Просто ужасно! Она, должно быть, соскользнула со своего адвоката, вот и повредила ногу».
Один поэт, не получивший звание поэта-лауреата Великобритании[8], решил пожаловаться Оскару Уайльду: «Они точно устроили против меня заговор. Что же мне делать, Оскар?» На что Уайльд ответил: «Вступи в него».
Уинстон Черчилль иногда называл Клемента Эттли «овцой в овечьей шкуре», но чаще всего его оппонент удостаивался прозвища «скромный человечек, у которого хватает поводов для скромности». И как можно забыть этот знаменитый обмен любезностями:
Леди Астор[9]: «Уинстон, будь вы моим мужем, я бы плеснула яд вам в кофе».
Черчилль: «Мадам, будь я вашим мужем, я бы его выпил».
Мы слышали эти и еще кучу подобных высказываний сотни раз, но при этом их авторов можно пересчитать по пальцам одной руки. Поэтому нам кажется, что остроумие – это дар, присущий только избранным. Однако дело в другом: колкость – это фокус; что-то вроде трюка с распиливанием женщины в ящике. С одной стороны, это развлечение, а с другой – иллюзия опасности. Такие трюки и нравятся людям, и одновременно пугают их. Выпади им возможность, они бы наказали того, кто вызвал эти противоречивые чувства.
Из всех перечисленных мной остряков пальму первенства я бы отдал Оскару Уайльду. Его заключили в Редингскую тюрьму и, по сути, это событие стало концом выдающейся карьеры поэта. И виноват он сам, потому что пошел на глупость немыслимого масштаба – подал в суд за клевету. Так Уайльд планировал обелить свое имя, но по итогу оказался за решеткой (см. третье правило). Во время заседания поэт острил в свойственной ему манере. Как-то раз Оскар Уайльд, заметив, что его другу неловко затрагивать эту тему, сказал: «Ты прекрасно знаешь о моем деле. Расслабься. Все будет хорошо. На моей стороне – рабочий класс, а против меня… всего лишь мальчишка».
Вполне ожидаемо колкости вышли Уайльду боком, и его приговорили к двум годам каторжных работ – правда, первопричиной все же была его «блестящая идея» первым подать иск в суд. И все же, как удивительно в Уайльде сочетались душевность и остроумие. Стоя под проливным дождем в ожидании тюремного конвоя, поэт произнес: «Королева Виктория не заслуживает своих заключенных, если так с ними обходится».
И все-таки главная проблема остроумия в том, что его часто используют для глумления. Какой бы искрометной ни казалась шутка, в глубине души вы понимаете, что гениальный остряк, сочинивший ее, завтра будет так же насмехаться над вами. Вы смеетесь до боли в животе, а сами в ту же секунду презираете шутника. Остроумие – это комедия, а не юмор. Юмор делает нашу жизнь счастливой и наполненной – комедия ее укорачивает. В реальности все остряки – довольно холодные и отстраненные люди. Составьте список из тех знакомых, что вечно шутят в компании, и ответьте мне: вам они правда нравятся?
15. Следуйте морали, но не становитесь фанатиками
Что ты имеешь в виду под «мы»?
– Тонто
Общеизвестный факт, что Пипс[10] был тем еще грешником. Однако Джонсон[11] все равно называл диариста праведником, ведь Пипс видел разницу между хорошим поведением и плохим и всегда стремился к первому, пусть второе и давалось ему проще. В этом и заключается мораль: в умении отличить хорошее от плохого. Большей порядочности от нас, животных, добиться невозможно. Мы часто наступаем на одни и те же грабли (усвою ли я когда-нибудь урок? Нет.), поэтому нет смысла заниматься бесконечным самобичеванием – оно приведет только к
