Львы и розы ислама - Владимир Дмитриевич Соколов

они ориентировались на один и тот же образец – первый мединский храм, построенный пророком Мухаммедом. С точки зрения архитектуры мусульманский храм – простая базилика византийского типа, с персидскими или египетскими элементами, где с одной стороны пристроен открытый двор, обрамленный галереями-аркадами. В память о том, что мечеть Мухаммеда не имела крыши, а только навес для молящихся у одной из стен, у всех последующих всегда имелась открытая и закрытая часть. В середине двора обычно устраивался бассейн для омовения, огороженный небольшой решеткой и выложенный мрамором; в центре бассейна был фонтан, окруженный колоннами и накрытый куполом.

Главное украшение интерьера составляли каллиграфия и орнамент. По стенам тянулись цитаты из Корана, выведенные декоративной вязью и как бы тонувшие в мелкой кружевной листве. Они сопровождали посетителя повсюду: взлетали вверх по аркам, перекидывались со стены на стену, спускались по сводам с потолка. На полу, как отражение этого сложного декора, была выложена геометрическая мозаика из цветного кирпича, оплетенная по периметру прихотливыми узорами в виде завитков и усиков растений. С потолка свисали терракотовые «сталактиты» – характерное для арабских зданий украшение в виде граненых сот, распложенных друг над другом многоярусными уступами.

Мечеть внутри. Убранство мусульманской мечети не только красиво, но и всегда хорошо продуманно. В закрытой части расположен михраб – неглубокая ниша в стене, род апсиды, повернутой к Мекке и указывающей направление молитвы. Место перед михрабом, где стоят вельможи и другие важные лица, называется максура, а место, с которого читается Коран, – такбир. Такбир и минбар находятся на возвышении, чтобы всем было хорошо слышен голос проповедника или чтеца. По углам мечети обычно ставят бронзовые сосуды с питьевой водой, куда в дни службы кладут лед, чтобы обеспечивать свежесть и прохладу воздуха. Для поддержания чистоты и удобства верующих в хозяйственных помещениях запасают кожаные ведра и метла для уборки, молитвенные коврики и циновки, глиняные сосуды для воды, паклю для фитилей. По вечерам в мечети зажигают свечи и масляные лампы, а по праздникам – курильницы на древесном угле, в которых курится благовонная смесь камфары, мускуса и индийского алоэ.

Именно в мечети прибывший в город иноземец узнавал все последние новости, встречался с нужными людьми и заручался их поддержкой и помощью в делах. Если он мог предоставить рекомендательное письмо от какого-нибудь общего друга, то становился «побратимом» одного из местных жителей и поселялся в его доме на правах гостя.

В гостях у друга

Если не считать дворцов и мечетей, внешний вид арабских домов не представлял собой ничего особенного: вся их красота сосредотачивалась внутри. Даже в богатой и процветающей столице почти все здания были одноэтажными и строились из самых простых и дешевых материалов: глины, ила, дерева или тростника. Арабы, как и древние римляне, любили жить «внутрь» дома, а не наружу: их домашняя жизнь сосредотачивалась вокруг внутреннего двора, а к улице поворачивалась глухими стенами, которые выходили на «проезжую часть» в лучшем случае парой маленьких окошек. Только иногда с внешней стороны устраивались «машрабии» – балкончики, забранные частыми решетками. Сидя в таких убежищах, домочадцы могли следить за происходившим на улице, оставаясь невидимыми для прохожих.

Часто арабский дом вообще нельзя было увидеть снаружи: он прятался в недрах городских кварталов, куда приходилось пробираться через запутанную сеть узких переулков и дворов. В хаосе этих лабиринтов мог не заблудиться разве что местный житель, хорошо знакомый с каждым поворотом. В конце концов, пешеход оказывался в закрытом дворике, который в столице имели все, даже самые скромные горожане. Сам по себе двор уже являлся частью дома, поскольку никаких дверей в нем не было: входом служил открытый портик, опиравшийся на две колонны из дерева и занавешенный циновкой из тростника.

Войдя в дом, гость прежде всего попадал в айван – большую гостиную и главный зал, откуда можно было пройти в другие помещения, разбегавшиеся по периметру двора. Жилые комнаты в мусульманском доме имели небольшой размер и казались практически пустыми: в них не было ни шкафов, ни кроватей, ни кресел, вообще никакой мебели. Только вдоль стен стояли большие сундуки, в которых хранили одежду.

За неимением стульев и диванов жители и гости дома сидели прямо на полу, на ковриках или на «фарше» – переносном настиле, поднимавшемся чуть выше пола. Ночью арабы укладывались спать на коврах, застеленных матрацем и заваленных одеялами и подушками. Столы использовались только за обедом – их вносили в комнату на время трапезы, прямо вместе с блюдами, а потом выносили обратно.

Всю остальную обстановку в доме заменяли подушки, занавеси, циновки и ковры. Ковры были, пожалуй, самым важным предметом в доме. Их не только вешали на стены или стелили на пол: на них спали, молились, ели, принимали гостей. Ковры могли быть самых разных видов и форм, от больших «бассатов» до маленьких «мусалла» – молельных ковриков, особенно почитавшихся мусульманами. Больше всего у арабов ценились армянские ковры в красной гамме, после них шли персидские и бухарские.

Эстетической стороне быта арабы придавали немалое значение и тратили на нее большие средства. Украшения комнат имели тот особый восточный вкус и колорит, который до сих пор составляет неотразимое очарование для многих европейцев. Обилие мягких подушек, ярких и причудливых орнаментов, искусство инкрустации и чеканки заставляли забывать про недостаток мебели и картин. Главное богатство обстановки составляли разнообразные драпировки и ткани, развешанные на стенах, декоративные росписи в простенках и по потолку, тонкая резьба по дереву, дорогая посуда из металла, керамики и рубинового стекла. Все это переливалось разными цветами радуги, освещаясь по вечерам масляными лампами и свечами, а днем – лучами солнца, падавшими в маленькие круглые окна с цветными стеклами.

Многие стороны повседневной жизни в мусульманских городах определялись жарким климатом. Почти везде вечера и ночи арабы проводили на крышах, наслаждаясь прохладой и простором. В жару крыши домов для охлаждения покрывали сырой глиной, а в специальные деревянные «батареи», тянувшиеся вдоль стен, насыпали лед. На окна вешали мокрое полотно. Воздух в помещении освежали хайшем – огромным веером из куска ткани, натянутого на подвешенную к полотку деревянную раму, которую вращал специальный слуга. Кроме того, на пол ставили серебряный сосуд с розовой водой, шафраном и другими благовониями.

Когда в домах становилось совсем невыносимо от зноя и духоты, богатые жители выбирались к реке и ставили на берегу переносные домики из легкой, продувавшейся ветром ткани. В Багдаде от жары спасались с помощью мокрого войлока, который натягивали над летними палатками. На востоке, в Афганистане и Персии, люди в сильную жару вообще