Царствование Людовика XI - Шарль Эдмон Пти-Дютайи
Людовик XI в Перонне
Карл Смелый находился в Перонне. Людовик XI приехал туда 9 октября 1468 г. в сопровождении всего ста человек, в число которых входили герцог Бурбон, коннетабль Сен-Поль и кардинал Балю. Поскольку «в самом замке помещения были плохие»[63], король остановился в доме сборщика налогов. Едва он там поселился, как ему сообщили о прибытии нескольких особ, имевших веские основания его ненавидеть, — его шурина Филиппа де Бресса[64] и Антуана дю Ло, недавно бежавшего из королевской тюрьмы. Они вошли в город почти в то же время, что и он, в сопровождении маршала Бургундии Тибо де Нёфшателя, еще одного личного врага короля. Людовик XI внезапно понял, какую беспримерную неосторожность совершил. Он решил, что залогом его спасения будет лояльность Карла Смелого, и переселился в замок. На следующий день и послезавтра, 10 и 11 октября, кардинал Балю вел переговоры с уполномоченными герцога о заключении мира, но Карл упорно не желал отрекаться от своего союзника, герцога Нормандского. Людовику XI оставалось только готовиться к отъезду.
Вести из Льежа
Вдруг вечером 11 октября в Перонн примчалась толпа обезумевших беглецов, принесшая страшные вести: епископ Людовик Бурбон, папский легат и сир де Эмберкур, управлявший Льежским княжеством от имени герцога Бургундского, все перебиты льежцами по наущению посланцев Людовика XI; «они уверяли, что видели в толпе королевских посланцев, и называли их по именам»[65]. Не все из этого было правдой. За месяц до того «истинные льежцы», изгнанные герцогом в 1467 г., воспользовались затруднениями Карла Смелого, чтобы вернуться в княжество, убежденные, что вскоре между королем Франции и герцогом Бургундским начнется война. 9 октября они похитили епископа из его резиденции в Тонгерене; во время потасовки несколько человек было убито; епископа увезли обратно в Льеж, а Эмберкура оставили на свободе. Но обвинение в адрес Людовика XI не было безосновательным. Коммин, очевидно, очень хорошо осведомленный, сообщает: «Король, направляясь в Перонн, не подумал о том, что отправил в Льеж двух посланцев, дабы они возмутили жителей против герцога. Эти посланцы так хорошо постарались, что собрали массу людей»[66].
Людовик XI в плену
Вести, принесенные в Перонн, разгневали Карла Смелого. Он «сразу же в это поверил и пришел в ярость, говоря, что король приехал, дабы обмануть его»[67]. Он немедленно приказал закрыть ворота города и замка. Людовик XI оказался в плену. Из своего окна он видел отряд бургундских лучников, охранявший его, и старинную башню, где в плену у графа Вермандуа умер король Карл Простоватый. Два дня и три ночи Карл Смелый держал его в заключении и совещался о том, что с ним делать. Он непрестанно в бешенстве повторял, «что король... приехал с коварными замыслами»[68]. Вне всякого сомнения, его гнев распаляли Филипп де Бресс и другие враги Людовика XI. Некоторые предлагали «просто, без всяких церемоний» оставить короля под стражей. Другие держались мнения, что надо как можно скорей послать за Месье Карлом и «заключить новый мир к вящей выгоде всех принцев Франции»[69]. Но большинство советников герцога считало, что нельзя нарушать охранную грамоту, выданную королю. Людовик XI, который имел возможность свободно общаться с некоторыми из спутников, поручил кардиналу Балю раздать 15 тыс. золотых экю всем бургундцам, кто «мог ему помочь». Балю оставил половину этой суммы себе, но сделал несколько подарков, принесших пользу его господину: Антуан, великий бастард Бургундский, получил от него две тысячи экю; вероятно, Филипп де Коммин, который пользовался величайшим доверием Карла Смелого и спал в его опочивальне, получил тысячу или полторы тысячи экю. Великий бастард и Коммин убедили герцога сдержать слово и освободить короля. Кстати, из Франции поступали тревожные вести: Антуан де Шабанн, главнокомандующий Людовика XI, стал лагерем близ границы, а Гастон де Фуа, пришедший с армией с Юга, расположил свою штаб-квартиру в Мо.
Встреча обоих государей
После беспокойной ночи, которую герцог провел, расхаживая по своей комнате вместе с Коммином и все еще изрыгая ужасные угрозы, он 14 октября, в девять часов утра, впервые пришел увидеться со своим пленником. Он принял решение: король будет свободен, если соблаговолит подписать договор, уже подготовленный герцогским советом, и принять участие в разрушении Льежа. Когда герцог вошел, «он был настолько взволнован, что у него дрожал голос и он готов был в любой момент взорваться. Внешне он был сдержан, но жесты и голос выдавали гнев»[70]. Он упрекнул короля, что тот его обманул, и изложил ему свои условия. Людовик XI елейным голосом заявил, что ни за что на свете не пожелал бы возбуждать льежцев против герцога, изъявил готовность идти их карать и подтвердить клятвой подписание договора, который ему предлагает Карл. И он действительно поклялся на частице истинного креста, которую привез с собой.
Пероннский договор (14 октября 1468 г.)
Пероннский договор имеет форму королевских грамот, содержащих «жалобы, упреки и просьбы» герцога вместе с «распоряжениями и ответами» Людовика XI. Все конфликты между бургундскими и королевскими чиновниками, возникшие при исполнении Аррасского и Конфланского договоров, были разрешены к выгоде Карла Смелого. «Четыре закона Фландрии», то есть суды Гента, Брюгге, Ипра и «Вольных земель» Брюгге (сельской окрестности города) [Brugse Vrije], выводились из подведомственности Парижскому парламенту: это важнейшая статья договора. Как ни странно, нет ни упоминания об апанаже Месье Карла. Согласно Коммину и Оливье де ла Маршу, Людовик XI тем не менее обязался дать ему Шампань и Бри, — вероятно, такого обещания потребовал герцог Бургундский; но незаметно, чтобы оно содержалось в каком-либо письменном документе.
Спокойствие Людовика XI
Людовик XI счел, что в этой скверной истории он еще легко отделался. В тот же день он написал своим добрым городам Франции: «Мы уверены, что вы будете этому очень рады». На следующий день ему пришлось отправиться в Льеж. Он еще не был свободен, и для любого другого эта поездка в
