Жестокая любовь - Ана Уэст
Она и так достаточно омрачила мою жизнь.
Свободной рукой Кара тянется к дверной ручке, и как только она щёлкает, в кармане моих джинсов раздаётся звонок телефона. Мне приходится отпустить её руку, когда мы выходим из машины, и мои пальцы холодеют от этой потери, даже когда я беру телефон и проверяю сообщения.
— Арчер сегодня выписался из больницы? — Спрашивает Кара, закрывая дверцу машины и подходя ко мне за считаные секунды. Она снова берёт меня за руку, и я киваю.
— Да, — подтверждаю я. — На самом деле он уже вышел. Каин говорит, что Арчер быстро устаёт, но идёт на поправку и хочет вернуться в реальный мир.
— Я хочу сделать ему подарок, — заявляет Кара, ведя меня по гальке к светлым каменным ступеням.
— Бесчисленных цветов, которые ты присылала в больницу, было недостаточно? — Поддразниваю я, посылая ей быстрый взгляд, когда отправляю Каину благодарственный ответ, передавая свою благодарность и надежду на скорейшее выздоровление Арчера. Без него здесь всё немного не так.
— Нет, я хочу сделать достойный подарок, — легкомысленно заявляет Кара. — Он спас мне жизнь, он сражался за меня. За нас. И он чуть не погиб. — Она внезапно останавливается, широко раскрыв глаза. — Его ведь не уволят, правда?
Я замираю, не дойдя до ступеньки.
— Уволят?
— Потому что у него сломана рука, он не может держать оружие или что-то в этом роде. — Кара переводит на меня взгляд своих тёмных широко раскрытых глаз, и моё сердце замирает.
— Мы не увольняем людей за такие вещи, — уверяю я её, — и, кроме того, Арчер – не просто какой-то пехотинец, получивший ранение при исполнении.
У меня не хватает духу сказать ей, что такие люди, как Арчер, не могут уйти живыми с такой работы. Не то чтобы он когда-нибудь ушёл бы, но если кто-то из охранников решит уйти, то из-за того, что он знает, его ждёт холодная могила.
— Я так боялась, что он умрёт, — тихо признаётся Кара, уголки её губ опускаются, и у меня сжимается сердце от желания немедленно прогнать все мысли, которые вызывают у неё такие чувства.
— Он сильный, — успокаиваю я её, идя рядом, — и он знал, на что подписывается, когда согласился охранять тебя. Поверь мне, в мире не так много людей, которых я могу выносить, но Арчер – выживший, как и я. Я знаю, он будет гордиться тем, что защитил тебя.
— Ты так думаешь? — Она прикусывает нижнюю губу, растягивая нежную кожу, и при виде этого у меня в груди слабо пульсирует.
— Я знаю. И сейчас он направляется домой, где о нём позаботятся его братья. Он быстро вернётся к своим обязанностям.
— Хм. Хорошо. — Кара привстаёт на цыпочки, и морщинка между её бровями наконец разглаживается. Что бы её ни беспокоило, мои слова, кажется, успокоили её.
— Итак, — заявляю я, убирая телефон в карман и переводя взгляд на каменный дом перед нами. — Что ты об этом думаешь?
Старинная каменная кладка здания обрамлена окнами из тёмного дуба, которые подмигивают нам в лучах послеполуденного солнца, а левая половина передней стены увита плющом, нежным, как прикосновение возлюбленного. Вокруг дома и за ним на многие мили простираются большие сады, наполненные всевозможными растениями, кустарниками и деревьями, по которым дети могут лазать в летнюю жару.
Кара смотрит на всё это своими прекрасными широко раскрытыми глазами, и я не могу отвести от неё взгляд, замечая, как её взгляд задерживается на деревьях и кустах.
— Не волнуйся, — тихо говорю я, — у нас будет садовник, который будет следить за всем этим.
— Это так… — Она слегка задыхается, не находя слов, и когда её тёмные глаза наконец встречаются с моими, они слегка блестят. Моё сердце тут же устремляется на юг.
Ей не нравится? Это не то место?
— Что такое? — Вопрос срывается с моих губ, когда я поднимаю руку и нежно касаюсь её тёплой щеки, поглаживая большим пальцем прямо под её тёмными ресницами. Мне всё равно, придётся ли нам посетить десять или двадцать домов, чтобы она была в безопасности и счастлива. Место, где жить не имеет для меня значения, главное, чтобы ей было хорошо.
— Здесь очень красиво, — шепчет она, — просто так… Я не думаю, что заслуживаю чего-то подобного.
О.
— Кара… — Отпустив её руку, я нежно обнимаю её за талию и притягиваю к себе, пока она не прижимается к моей груди. — Ты заслуживаешь этого и даже большего. Я дам тебе всё, что смогу. Это место станет нашим домом, оно хорошо защищено и расположено в хорошем районе, а Сиена позаботится о том, чтобы записи затерялись среди куч богатых снобов, которые были здесь до нас. Мы можем жить здесь, в безопасности, и растить наших детей так, как они того заслуживают.
Она всхлипывает, положив тёплые руки мне на плечи, и кивает.
— Место идеально, — отвечает она нежным голосом, а затем отстраняется и аккуратно вытирает глаза. Она поднимается на две ступеньки.
Сейчас самое время.
— Подожди… — Она вырывается из моих объятий и поворачивается, чтобы посмотреть на меня. В своём светло-сером платье, которое так восхитительно облегает её фигуру, она выглядит настоящей хозяйкой дома.
— Что такое?
— У меня есть кое-что для тебя. — С тех пор как на нас напали, эта вещь жжёт мне карман и не даёт уснуть по ночам, заставляя гадать, не оно ли спасло нам жизнь. В конце концов, из-за того, что я остановился, чтобы купить кольцо, у Данте и Сиены было больше времени, чтобы связаться с Феликсом. Если бы они не появились так вовремя, мы бы все погибли.
Я достаю маленькую коробочку из заднего кармана, на мгновение верчу её в руках, а затем протягиваю ей. Её глаза расширяются, брови взлетают к волосам, а затем она звонко смеётся.
— Киллиан, мы уже женаты. Немного поздновато для предложения руки и сердца, — дразнит она меня, спустя мгновение беря в руки коробочку.
— Открой её, — говорю я и тут же мысленно ругаю себя.
Как будто она собирается
