Мена - Хельга Дюран
— Эй! — громко закричала я. — Не стреляйте! Я сдаюсь!
Я сняла с себя маячок и надела шнурок на шею Вадима, затем с трудом вытащила ремень из его брюк и снова с помощью него прикрепила оружие к ноге только к другой. Мужчину я немного притрусила листьями и травой, чтобы он так явно не бросался в глаза.
— Назовитесь! — крикнули мне.
— Арина Александровна Ковалева!
— Выходите, подняв руки!
Я вышла из укрытия, держа руки над головой. Сразу же стремительно пошла навстречу Юсуповским бойцам, подальше от Вадима.
— Бросайте оружие, — крикнул один из них. — Я подчинилась. — Где мужчина? — задали мне резонный вопрос.
— Это был Филатов! Я убила его еще три километра назад. Могу я увидеть дядю Тимура? У меня для него срочное сообщение!
26. Илья
Даже не попрощалась.
Вадим не разрешил? Вряд ли. Сама не захотела. Вот это любовь!
Я снова всхлипнул.
Уже много часов я хлюпал, как сучка плаксивая, но облегчения не наступало, только сердце закололо.
Я был один. Стыдиться своих слез было не перед кем. Я смирился, что полюбил шлю… Нет. Не мог я так ее назвать не смотря на то, что делил ее с братом. Я смог понять, почему она не могла выбрать только одного из нас. Потому что ей можно было и не выбирать. Мы оба ей принадлежали, а она ни мне, ни Вадиму.
Если бы она доверяла мне, не заперла бы меня в подвале. Они не дали мне шанса, точнее отняли его у меня. Они давно это придумали, или пока я был в отъезде? И трахались, конечно они трахались в мое отсутствие.
Долбанные предатели! Я мог понять Арину, она за меня переживала, считая никчемным, наивным пацаном. Но Вадик сука! Как он мог?
— Эй! — Крикнул я тому, кто стоял за дверью. — Время сколько?
— Половина десятого, — раздался глухой голос из-за двери.
— Выпусти меня уже! — потребовал я.
— Не велено, пока Вадим Борисович не вернется!
Блядь! Я уже разнес тут все! Больше ломать было нечего.
Почему Вадим так долго? Я был уверен, что обмен прошел гладко, и сейчас с минуты на минуту сюда вбежит Милана и обнимет меня.
Может быть она сможет рассказать что-то полезное о том месте, где ее держали? Не смотря на то, что Арина разбила сердца и мне и брату, я был намерен сдержать свое слово и освободить ее от Тагира.
Я же не пиздабол какой-то. А дальше… Видно будет дальше. Хочет, пусть с нами обоими встречается. Я решил завтра же поехать на базу «риановских» и объединиться с их людьми, чтобы убить Тагира.
Мне похуй, что думает Вадим. Скорее всего, скажет, что я из-за шлюхи головой рисковать собрался, но мне не нужно его разрешения, чтобы взять кого-то из наших людей. Они и мои тоже.
Я неплохо умею обращаться с оружием. Был в нескольких перестрелках. До Арины мне далеко, но я лучше Вадика.
Вадим слишком нетерпеливый — это его косяк. Как он сутки в засаде высидел, выслеживая Арину — ума не приложу. Он и в бизнесе такой же нетерпеливый. Берет всех страхом. Угрожает, запугивает, где надо, где не надо — этому он у отца научился.
У Арины не просто головорезы, как у нас с Вадимом, они профессиональные солдаты, а не пижоны с пушками. Ее армия, хоть и небольшая, хорошо обучена. У них много оружия, танк и вертолет. Что-нибудь да придумаем.
Если только они все не разбежались в отсутствие своего белобрысого главаря…
А если я погибну… Лучше уж так, чем ждать вестей о смерти любимой женщины!
Времени мало. Нужно ехать на ее базу завтра же. А Вадика я больше знать не желаю. Только и может орать и трахать беззащитных пленниц! Пусть только появится и выпустит меня! Я его до смерти отхуярю! Гандон! Тоже мне, брат называется!
Мои мысли прервал охранник, приставленный Вадимом. Он открыл дверь, смотрел на меня и молчал.
— Они приехали? — с надеждой спросил я, вытерев слезы и сопли.
— Там это… Илья Борисович… — мямлил охранник.
— Да что, блядь? — заорал я на него, подскакивая на ноги.
Он быстро пошел на выход, а я бросился следом. Я бежал за ним до ворот, гадая, что могло случиться.
Ворота были открыты. На въезде лежал огромный окровавленный мешок. У меня все поплыло перед глазами. Рука холодного предчувствия сжала сердце так, что оно перестало биться и замерло, захолодело.
По очертаниям мешка было очевидно, что в нем человек. Арина? Девочка моя? Я упал на колени рядом с мешком, вся охрана, что дежурила в доме, столпились в сторонке в немом ожидании.
Дрожащей рукой я приоткрыл мешок. Темные длинные волосы… Не Арина… Милана! С перерезанным горлом.
— Не-е-т! — заорал я, снова захлебываясь слезами. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!
Я положил ее голову на свои колени и впал в оцепенение. Никто из охраны не смел к нам приблизиться и никто не расходился. Все ждали моих распоряжений.
Я сидел долго. Очень долго. Горе пригвоздило мою задницу к земле. Я не мог подняться. Или не хотел? Какое-то время я был как будто мертв, пока меня не ослепило фарами подъехавшей к дому машины.
Я очнулся и вгляделся в темноту. Это не Вадим. Где он сам? Боже! Что могло случиться? Почему Тагир не сдержал слово?
Фары машины погасли, и я узнал «Крузак» Арины. Я поднялся с земли и ждал, пока из машины выйдут.
С пассажирского сиденья вышел Совок. Его форма была в крови, но судя по тому, как он двигался, он не был ранен. Не его кровь.
— Что вы здесь делаете? — крикнул я ему. — Руки подними!
Наша охрана уже держала его на мушке изо всех стволов, что имелись, но мужика это не напрягало, значит Совок приехал с миром. Какого хера он приперся? Арины у нас нет. Больше нет.
— У нас Вадим, — сказал Совок, кивнув на машину. Руки поднимать он и не собирался. — Он ранен. Куда его?
О, Господи! Еще и Вадик! Я бросился к машине. Совок открыл заднюю дверь. Вадим лежал на сиденье. Он был без сознания, но жив.
— Позвоните врачу! — крикнул я своим. — Несите его в дом! И Милану тоже!
Парни быстро выполнили приказ. Совок покосился на мешок, который уносили прочь.
— Совок? Так тебя
