Смотри. На. Меня. - Екатерина Юдина

— Видно, они влюблены в твою душу, — подруга закатила глаза. — Но вообще, если честно, почему ты забила на себя? Причем постепенно. За последний год ты постепенно стала выглядеть все хуже и хуже. Меня это уже начинает настораживать.

Садясь на стул со своей стороны прилавка, я принялась натирать стаканы белоснежной тряпкой.

— Не знаю. Может, просто устала. А, может, это из-за того, что мне не нравится, как ко мне проявляют внимание кое-какие друзья брата. И, поверь, они это делают далеко не в хорошем смысле.

Я прекрасно знала о том, что внешность у меня весьма хороша. Спасибо моим настоящим родителям. Вернее, их генам. Я с детства слышала «О, боже, какая красивая девочка» и с подросткового возраста начала получать предложения посетить модельные агентства. Я вроде как подходила по их параметрам. В том числе и ростом. Им я пошла в папу. Как и черными волосами. От мамы у меня бледная кожа и серые глаза. Внешность — переплетение их общих черт.

Мои обожаемые родители, на которых я так похожа. Те, кто отдали меня в другую семью, когда я была еще совсем ребенком, всего лишь, как «гарантию».

— Это до сих пор продолжается? — Винса хотела поднести к губам чашку, но ее рука замерла. — Твои приемные родители до сих пор так ничего и не сделали?

— Ну, они вроде как поговорили с братом, но особого результата это не дало. Просто теперь он все делает так, чтобы они ничего не узнали.

Когда друзья брата выломали дверь в мою спальню, уже это стало известно «родителям» и я правда надеялась, что это что-нибудь изменит. В итоге, казалось, стало только хуже.

— Может, ты пока что поживешь у меня? — осторожно спросила Винса. Она и раньше это предлагала, но мы обе знали, что я отвечу.

— Я не могу. Ты же знаешь, что я не могу покинуть этот дом, пока мне не разрешат, — я поставила на прилавок идеально начищенный стакан и взяла другой.

Подруга шумно выдохнула и поставила свою чашку. После этого опять подперла голову кулаком.

— То есть, ты надеешься, что если будешь выглядеть не очень, эти ублюдки отстанут от тебя?

— Что-то вроде того.

Я закрыла глаза и потерла веки кончиками пальцев. Я не выглядела совсем паршиво. В этом Винса преувеличивала. Просто больше не распускала волосы. Скорее собирала их в гульку. Иногда пряди торчали, но не критично. И одежда у меня была не совсем приглядная. Джинсы и старые толстовки. Но из-за этого я не выглядела уродливо. Просто, наверное, проще. И навряд ли этого достаточно, чтобы те ублюдки отстали. Скорее я просто пыталась не особо выделяться.

А еще… Я правда просто устала. Две подработки. Учеба. Не самый лучший период в жизни, накаленные отношения с братом. Это не то состояние, в котором хотелось выряжаться. Хотелось тишины, покоя. Уюта, хотя бы где-нибудь в глубине себя.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — спросила Винса. Мне казалось, что я в ее взгляде увидела сочувствие, смешанное с волнением.

— Нет, но поверь все не так уж и паршиво. Может, я уже скоро смогу покинуть этот дом. А пока что подкоплю денег.

* * *

Когда я возвращалась домой, уже было темно. Заходя на территорию сада, я в первую очередь взглядом окинула здание. Абсолютно нигде не горел свет. Меня это всегда успокаивало — явный признак того, что дома никого нет.

Стоило подумать об этом, как по коже рассыпались ледяные мурашки. Я вспомнила о том, что произошло вчера. Того парня — Дарио.

Я до сих пор не понимала, что это было и какой-то тревожной нитью проходило то, что я утром поняла — брата вчера вечером действительно не было дома. Это стало ясно когда он за завтраком разговаривал с родителями.

Подходя к дому, я на всякий случай проверила гараж. Он пустой. Ни одной машины. Значит, тут действительно никого нет.

С уже большим облегчением я вошла в холл и поднялась на второй этаж. Но, пройдя часть коридора, по узкой полоске света под моей дверью, поняла, что как раз в моей спальне свет горел. Окна из нее выходят на другую часть сада и я сразу этого не поняла, но… какого черта? Я лампу не выключила?

Доставая ключ из рюкзачка, я вставила его замок и прокрутила. Вернее, попыталась это сделать, но у меня ничего не получилось.

Дверь открыта?

Почему-то сердце пропустило удар и я нервно выпрямилась. Слишком много того, что мне не нравилось. Того, что настораживало. Из-за брата я постоянно была на нервах и сейчас даже сделала шаг назад, но, в итоге, шумно выдохнула и открыла дверь.

Оглянулась. Медленно. Тревожно.

Но спальня была пустой.

Черт. Судя по всему, я настолько паршиво спала, что не только свет не выключила, но и дверь не открыла. Правда, я не понимала, как утром могла вообще включить свет. Случайно?

Я вошла в спальню и закрыла дверь. Сняла рюкзачок и замерла с ним в руке.

В кресле, в той части комнаты, которую не видно из коридора, сидел тот парень. Дарио. Лениво подперев голову кулаком. В пальцах держа тлеющую сигарету.

Глава 4 Ремень

— Что ты делаешь в моей спальне? — спросила, замирая около порога. Учитывая то, сколько книг было в моем рюкзачке, рука, от того, что я все еще держала его на весу, начала ныть, но я пока что не шевелилась, вообще не зная, что делать. Может, лучше немедленно выйти из комнаты?

— Разве так женщина должна себя вести при виде своего мужчины? — медленно выдыхая дым, Дарио скользнул по мне меленным, мрачным взглядом. Окидывая им мои достаточно свободные джинсы, порванные на коленях и голубую толстовку. — Может, встанешь на колени и поприветствуешь нормально?

Я опустила рюкзачок. Сделала это настолько резко, что рука дернулась и я почувствовала короткую вспышку боли в запястье. Но это было ничем по сравнению с тем жжением, которое расплылось в груди. Дьявол. Я ведь надеялась, что это была единоразовая издевка.

— Может, хватит? Пожалуйста, — я посмотрела в коридор. Там все еще было темно и тихо. Уже сегодня я точно уверена, что дома никого нет. Так почему он тут? Кто пустил его в дом? У меня в голове было множество вопросов, но я предпочла бы ни один из них не задавать. Лишь бы он поскорее ушел.

— Что именно «хватит»? — Дарио поднялся с кресла. Этого было достаточно, чтобы я, отшатнувшись,