Куплю тебя. Навсегда - Галина Валентиновна Чередий
— Да… — “пошёл ты на хрен! “ осязаемо прямо так повисло в воздухе между нами и разрядом шибануло мне в пах, возвращая убитую сопливой благодарностью, гори она синими пламенем, жёсткую эрекцию. — Это, блин, перебор!
— Не ты здесь решаешь, Лиля. Жду ответа.
— Мы целовались и тискались, ничего кроме, ясно?! — с вызовом почти выплюнула девушка, прожигая меня злым взглядом, — И какие, к чертям, игрушки? Я живу в одной комнате с младшей сестрой, у нас кровати в паре метров друг от друга стоят. Как ты себе представляешь, что бы я…
— То есть пальцы. — кивнул я довольно и щеки Лили вспыхнули, а взгляд она мигом отвела.
— Да это было то сто лет назад последний раз! — огрызнулась она и я понял — опять врёт. — Я с работы прихожу усталая, как собака. Думаешь у меня силы есть дожидаться, пока Янка уснёт?
— Последние дни ты на работу не ходишь и уединяться могла сколько угодно. — заметил я и потому, как её уши, щеки и даже шея окончательно запунцевели просек — поймал я Лилю, что называется, прямо за руку. Ту самую, которой она себя и ублажала. — Сколько раз ты мастурбировала в моём доме? Врать не смей!
— Несколько. — явно переступая через себя, тихо ответила девушка.
— И что себе представляла в эти моменты?
— Ничего! Я просто…
— Если ты меня заставишь ещё раз ткнуть тебя во враньё, то последуют санкции, Лиля. Мы оба знаем, что фантазии были. Я хочу о них узнать. Если уж такая большая проблема рассказать, что в них было, то ответь хотя бы кто это с тобой в них делал.
— Да не знаю я… Я… — стакан в её руке за штормило, грозя выплеснуть остатки содержимого на обивку дивана, но мне на это было плевать. Я откровенно давил на её визуально, проламывая последнюю оборону и дико наслаждался этим процессом, игрой. — Это… образ просто смутный. Всегда. И я его не вижу. Только ощущаю. Чаще всего со спины. И… всё очень быстро, а потом я не думаю об этом.
Что же, хотя бы чёткого нафантазированного облика идеального любовника у моей дворняги нет. А если быстро, стало быть, терпит до последнего. А уж когда совсем препирает, делает уступку собственному темпераменту, а потом ещё небось и угрызениями совести страдает. Ничего, скоро мы тебя от угрызений-то вылечим.
— Проникновение? Ты представляешь как будет ощущаться член внутри? Как он в тебе станет двигаться?
— Что? Нет, конечно! — зыркнула она на меня и на этот раз точно не врала. — Это просто прикосновения… тяжесть… поцелуи на шее, затылке, плечах…
— Ты мастурбируешь лёжа на животе? — догадался я и Лиля с явным усилием над собой кивнула. — И представляешь, как навалиашийся сзади любовник делает с тобой что ему угодно? Что ты в его полной власти?
Лиля зажмурилась и отчаянно замотала головой, пытаясь отрицать совершенно для меня уже очевидное. Мотай-мотай, девочка, а я уже знаю, с чего мы начнём. Возьмём твою пошлую фантазию и добавим в неё объёма и конкретики.
Звонок от охраны с ворот оборвал нашу беседу, которая сама по себе внезапно ощущалась отдельным сортом кайфа с лёгким привкусом мазохизма с моей стороны — настолько мощно заводило.
— Матвей Сергеевич, тут девушки прибыли из массажного салона, говорят вы их вызвали. — доложил сегодняшний дежурный.
— Всё верно. Проводить через заднюю дверь в зону бассейна. Пусть готовят всё. — велел, пристально посмотрел на всё ещё красную от смущения Лилю, поднялся и руку ей протянул. — Идём. Неделя у меня была та ещё, нужно расслабиться по-полной.
Глава 22
Лилия
Волков галантно подставил мне локоть, как если бы предлагал прогуляться. Я сунула под него руку, понимая, что, само собой, выбора не сделать этого мне не предоставлено. Не спеша, будто и правда на прогулке, Матвей повёл меня из кинокомнаты в холл, а потом и по коридору в сторону бассейна. А я шла и гадала, что он затеял, а заодно ещё задавалась вопросом какого чёрта выболтала ему такие интимные вещи о себе. Никогда ведь, никому, ни единым словечком не обмолвилась. Конечно, он, вроде как, прижал меня, шокировав сначала беспардонностью, но могла же… не знаю… извернуться, обобщить что ли. Но нет же, всё рассказала, вплоть до позы, в которой себе позволяла это позорное рукоблудие. Ну, то есть, я современный человек и прекрасно знаю, что в мастурбации нет ничего позорного и даже неестественного, если напряжение есть, то оно должно иметь какой-то выход. Не на людей же мне бросаться, вымещая злость от неудовлетворенности и не спать с кем попало. И не потому, что я девственность до брака берегла, в двадцать первом веке так-то живем. Не до брака, а до того самого человека, с которым всё произойдет совершенно естественно, без внутреннего протеста и компромиссов с собой, своей душой в первую очередь. А такой человек мне до сих пор не встретился. Такой, чтобы раз и навсегда, не вздохнуть друг без друга, чтобы одно сердце на двоих сходу.
Волков молча вёл меня вдоль бассейна и я уловила лёгкий аромат, напоминающий нечто восточное. Благовония что ли?
Глянула на Матвея снизу вверх, но по его бесстрастной физиономии догадаться о чем-то было невозможно. Вёл он меня явно в спортивно-оздоровительный комплекс, как я его успела про себя окрестить. В следующем за бассейном помещении располагался просторный зал с четырьмя разными тренажерами, турником, скамьей и здоровенной боксёрской грушей, рядом парная и душевая, отдельная комната с массажным столом и всякими простынями, баночками.
Уже в тренажёрном зале аромат благовоний стал совершенно отчетливым и я услышала женские голоса со стороны массажной комнаты, куда мы, похоже, и направлялись. Говорили быстро и явно не на русском. Он что… дамочек с этой…пониженной социальной ответственностью вызвал? Из какого нибудь элитного борделя с восточным колоритом? Серьёзно?
— Могу я узнать, что ты задумал? — решилась все же спросить Волкова.
— Я же сказал — нам обоим не помешает расслабиться.
И ухмыльнулся так, что мне слегка поплохело. После
