Без шанса на развод - Ая Кучер

— Ладно.

Максим недоверчиво косится, но больше ничего не говорит. Повесив голову, идёт к машине.

Укладываю малыша в автолюльку, пристёгиваю.

Решаю не вызывать водителя, сама справлюсь. Там по прямо, дорогая знакомая и безопасная.

А ещё не сильно загруженная в час-пик, так как ведёт в сторону частного сектора, где мало домов.

Несколько раз думаю написать мужу, но, почему-то, трушу. Чувствую себя недоверчивой женой. Но…

Может, он уже спит.

Или сосредоточен на работе.

Я просто заскочу и заберу ключи.

И…

Дорога проходит быстро. Но на территорию дома попасть не удаётся. Нажимаю на кнопку, но ворота не открываются.

Заело опять.

— Посиди тут, — прошу Макса. — Присмотришь за братиком, ладно? Я быстро. Через пять минут вернусь.

— Ок.

Кивает, уткнувшись в телефон.

Я не знаю, откуда это берётся. Несвойственная тревога и медлительность. Пройдя через калитку, я каждый шаг вымучиваю из себя.

По телу прокатывает дрожь нехорошего предчувствия.

Это всё Максим!

Одной выдумкой раскачал окончательно, заставляя чувствовать себя неуверенно.

Нет. Это бред. Я уверена в муже. Он не стал бы так поступать. И всё у нас хорошо.

А маленькие неурядицы — у всех они бывают. Это не значит, что нужно сразу худшее подозревать.

Но на самом деле

Я должна была послушать сына. Поверить ему.

Потому что стоит открыть дверь — по ушам бьёт гортанный стон удовольствия.

Мужской, хриплый.

До боли знакомый.

Я застываю на пороге, словно на стены наталкиваюсь. Не могу войти. Ноги врастают в пол.

Я хватаюсь за дверной косяк, едва не сползай вниз. По телу проходит вибрация, застревая всхлипом в горле.

Муж…

Мой любимый муж…

Он просто так отдыхает. Да. Детей нет, можно отдохнуть наедине с собой.

Ох.

Естественно, глупая, я сразу о самом плохом думаю. Сомневаюсь в человеке, которого всем сердцем люблю!

Он не стал бы приводить в наш дом кого-то.

Приободрившись, я начинаю двигаться. Сбрасываю туфли, ступаю по тёплому полу. Иду на звук в гостиную, желая сделать мужу сюрприз.

Хоть я и думала заскочить всего на минутку, но теперь дико тянет остаться.

Провести время с любимым. Помочь ему с таким отдыхом, что стоны вызывает.

Но…

Помощница уже у него есть.

Светловолосая девка, стоящая на коленах. Между разведённых ног моего мужа!

Лёва сидит на диване, активно принимая эту помощь.

Я замираю на пороге комнаты. Резко отшатываюсь назад. Больно врезаюсь в уголок тумбы.

Но не больнее, чем мне делает Лев.

Просто взрыв внутри.

И открытая кровоточащая рана.

Пульсирующая. Чёткими ударами вгоняющая агонию под кожу.

Разъедающая.

Ваза покачивается на тумбе, я слежу как загипнотизированная.

Так сердце раскачивается.

Бам. Бам. Бам.

Трескается, разлетаясь острыми осколками. Те шрапнелью впиваются в тело. В ушах громыхает.

Сердцу конец.

А вот вазу я успеваю поймать. Прижимаю к себе, сохраняя тишину. Ваза оказалась прочнее моего сердца.

Мне хочется истерично рассмеяться. Но я прижимаю ладонь к губам, не выдавая себя.

Я…

Мне надо остаться. Понять, увидеть. Загнать иголками в мозг правду. Чтобы не возникло никаких сомнений.

Я всегда считала себя сильной. Гордой. Независимой.

Что мне предательство? Переживу.

Но сейчас чувствую себя беспомощной и немощной. Наблюдаю, как муж развлекается с другой.

— Ох, черт, — довольно тянет Лев. — Вот так, малыш. Иди сюда.

Его хриплый голос во мне нервы перерезает. Выстреливает вспышками адской боли.

Мне надо двигаться. Сбежать. Закричать. Этой вазой швырнуть в того, кто по моему сердцу топчется.

Но я не могу.

Просто оцепенела.

Кровь кипит в венах, ожигает злостью и болью.

А сделать ничего не могу.

Только наблюдаю.

Как Лёва тянет блондинку на себя.

Ведёт руками по телу. Теми самыми руками, которыми ещё вчера касался меня. Нежно обхватывал лицо, шепча отрывистое «люблю».

Теперь признания направлены другой.

— Хочу тебя.

Опрокидывает её на спину. На наш диван укладывает.

Я его три месяца ждала, кстати. Обивку, размер под заказ, высоту.

Отмечаю отстранённо. Зачем-то.

Сознание будто раскололось.

Одна часть охвачена агонией. Заживо сжигает без анестезии.

Вторая — безэмоционально подмечает детали. Мысленно усмехается на каждое движение.

А со мной ты был куда сдержаннее, дорогой.

Очередной стон бьёт барабанным перепонкам. Тошнота поднимается, клокочет в горле.

Я аналитик. Я умею просчитывать риски. В будущее заглядываю.

А то, что у меня муж изменщик — узнать не смогла.

И сейчас тоже думать не получается.

Лучше уйти? Сбежать? И пока муж занят другой, найти себе вариант отступления. Продумать будущий развод.

Или остаться? Устроит встряску изменщику, заставив заплатить за содеянное?!

Но решать мне не позволяют.

Девушка громко вскрикивает, заметив меня.

Муж медленно поворачивается в мою сторону.

Не выдерживаю. Ваза летит вниз, осыпая ноги осколками. Но боли я больше не чувствую.

Потому что смотрю на любовницу моего мужа.

Наконец могу увидеть лицо девушки.

Узнаю её.

Конечно узнаю.

Разве я могу не узнать собственную дочь?

Глава 2

Лёва предупреждал, что мне надо меньше работать. Не нагружать себя задачами в дополнение к ораве детей.

Говорил, что так и выгореть можно. И довести себя.

Довела, да. До галлюцинации.

Иначе я это объяснить не могу.

Не может Регина тут быть. Поспешно прикрываться, натягивая платье. Смотреть перепуганными тёмно-серыми глазами.

Такими же, как у меня.

Моей дочери от первого брака — восемнадцать лет. Я знала, что у неё появится мальчик скоро. Любовь первая.

Но…

Не с моим же мужем!

А Лёва действует медленно. Неспешно. Поднимается, пытаясь застегнуть ремень.

Пряжка звенит.

В ушах отдаёт.

Всевышний.

Меня сейчас вырвет.

Я понимаю, что Лев — не отец для Регины. Он и воспитанием не занимался, так как дочь ускакала учиться в заграничный пансион.

Но…

Она же моя дочь!

А он…

И она с ним…

Я прижимаю ладонь к губам, чувствуя, как меня колотит.

Всё внутри сгорает. Жарит, заставляя медленно сгорать.

Я не могу ни кричать, ни двигаться. Оцепенела, пытаясь справиться с навалившимся откровением.

— Кариша, — муж тихо произносит моё имя.

Я взмахиваю рукой, останавливая. Родное и любимое обращение сейчас ножом вспарывает.

Отшатываюсь.

— Вы… Вы…

Я хватаю воздух губами. Задыхаюсь. Не могу ни фразы произнести.

Я никогда не лезла за словом в карман. Умела выкручиваться.

А теперь…

Я будто не я больше.

Ничего не могу.

Отступаю на шаг. Тело пружинит, переключаясь на режим «беги».

Ступню пронзает адской болью. Один из осколков вазы впивается в кожу.

— Ты поранишься сейчас.

Лева говорит медленно. Будто пытаясь меня успокоить. Приближается.

— Не трогай! — вскрикиваю, а глаза начинает жечь. — Не смей. Вы