Жестокий наследник - Ана Уэст

— Ну-ну, — самодовольно говорит он, и моя грудь вздымается, отчаянно требуя воздуха, который украл у меня мой оргазм. Моя кожа покрывается мурашками, когда он скользит взглядом по моему телу, любуясь своей работой. — Это было быстро.

Смущение заливает краской мою шею и щёки, и я медленно опускаю руки по швам. Мои плечи слегка протестуют от перемены обстановки, но это отдалённое ощущение, так как толчки оргазма проходят по всему телу. Я приподнимаюсь на локтях, всё ещё пытаясь восстановить дыхание, и вижу, что его грудь тоже вздымается.

— Уверена, это было превосходно для твоего самолюбия, — поддразниваю я, и тогда он делает шаг назад, подальше от меня.

Что? Нет, я не хочу, чтобы это заканчивалось!

Это не то же самое, что в прошлый раз. К чёрту моё обещание. К чёрту мою невинность. Почему я должна так высоко цениться, если все вокруг лгали мне и использовали меня в своих целях?

— Кара, — медленно произносит он с лёгкой хрипотцой в голосе. Я опускаю взгляд на его тело, и, несмотря на то, что он его прикрыл, я вижу выпуклость от возбуждения. Он явно возбуждён не меньше меня. Сейчас не время для того, чтобы он вёл себя как джентльмен и уважал мою невинность.

Я с трудом сглатываю. Как мне убедить его, что на этот раз я настроена серьёзно?

Я шире раздвигаю бёдра и поднимаю ноги, чтобы зацепиться пятками за край столешницы, так что я остаюсь обнажённой и полностью открытой его взгляду. Я не могу дышать, едва могу думать, поэтому направляю всю свою энергию на то, чтобы показать ему, насколько я серьёзна на этот раз. Его серые глаза так потемнели, что я уже не различаю их цвет, и он медленно облизывает губы.

— Я сказала, что хочу, чтобы ты меня трахнул, — дрожащим голосом требую я, откидываясь назад и стараясь выглядеть как можно более желанной. У меня нет опыта в подобных ситуациях, но сейчас это моя единственная надежда. — И… и если ты этого не сделаешь, я…

Мои слова обрываются, когда он обхватывает моё горло рукой и одним плавным движением прижимает меня к столешнице. То немногое, что осталось в моих лёгких, вырывается наружу, когда Киллиан впивается в меня таким пристальным взглядом.

Что-то острое пронзает моё сердце, обвивается вокруг него, как змея, и спускается к самому низу.

Я не боюсь.

Я хочу большего.

Его взгляд становится мрачным, когда он прижимает меня к стойке, и я заставляю себя не прижиматься к ней, как бы мне ни хотелось почувствовать тепло его тела под кончиками своих пальцев. Я не могу говорить, едва слышу его из-за бешеного стука своего сердца, которое пытается вырваться из груди прямо в него.

Затем его обтянутые одеждой бёдра с силой прижимаются к моей киске, и я понимаю, что победила.

— Ты просто невыносима, Кара, — хрипло рычит он и сжимает моё горло ещё сильнее, надавливая большим и указательным пальцами под моими ушами, чтобы я снова почувствовала лёгкость и головокружение.

Я отчаянно прижимаюсь к нему бёдрами. Почему он всё ещё сдерживается? Затем я чувствую, как его горячая рука скользит по моей киске. Он расстёгивает ремень. Его рука дрожит от отчаяния, и он отстраняется, всего на секунду.

Я кашляю, когда давление в горле спадает, и делаю глубокий, столь необходимый вдох. Затем он снова оказывается надо мной, горячая стена плоти и жара прижимает меня к столешнице, и все мысли о дыхании вылетают у меня из головы. Я просто хочу его.

Он страстно целует меня, а я обнимаю его за плечи и отчаянно подчиняюсь поцелую. Его бёдра двигаются вперёд, и моё сердце учащённо бьётся от возбуждения, когда толстый выступ его члена скользит по моей гладкости. В моей груди вспыхивает предвкушение, за которым следует укол тревоги.

Будет ли больно? Будет ли он ненавидеть меня после? Моё сердце гулко бьётся при каждой из этих мыслей, пробирающихся сквозь туман желания, но моё беспокойство утихает с каждым страстным движением его головки члена. Я уже видела его длину и ощущала его вес и толщину в своей ладони, но когда он прижимается к моей киске, он кажется бесконечно большим.

А он вообще поместится?

Его руки сжимают меня, как в ловушке, из которой я не хочу выбираться, его член дразнит мою киску каждым коротким толчком, а его рот поглощает мои стоны, словно они предназначены только для него. Он дразнит меня, мучает тем, чего я хочу, и когда поцелуй прерывается, чтобы я могла глотнуть воздуха, прежде чем мои лёгкие разорвутся, я резко прикусываю его язык, когда он покидает мои губы.

Киллиан мрачно усмехается, глядя на меня сверху вниз, и делает паузу.

— Вот тот огонь, который мне так нравится, — бормочет он, придвигаясь так близко, что мы дышим одним воздухом. Мои руки соскальзывают с его плеч и скользят вниз по его мускулистым рукам, повторяя изгибы его рельефного тела, пока он не хватает оба моих запястья одной большой рукой и не задирает их у меня над головой. У меня вырывается вздох, который заглушается ещё одним всепоглощающим поцелуем, в то время как кости моего запястья болезненно сжимаются в его хватке. Его хватка сильна. Она неумолима, и я прижата к нему, как кролик в силке, но я никогда ещё не чувствовала себя в большей безопасности.

— Слишком много разговоров, Киллиан, — дразню я его, едва переводя дыхание, когда он отрывается от моих припухших губ. Сожаление мгновенно вспыхивает в его глазах, когда он прижимается ко мне бёдрами, даря мне мгновенный всплеск удовольствия, прежде чем остановиться.

— Расслабься, tesorina, — нежно шепчет он, и это прозвище больше не кажется мне насмешкой. Он прижимает меня к себе, изучая взглядом, и от внезапной паузы у меня по коже бегут мурашки. Мурашки от желания двигаться, тереться об него и утолять нарастающую внутри меня жажду. Невозможно сказать, в чём причина: в силе его взгляда или в том, что каждый нерв в моём теле словно опьянел от желания угодить ему, но я сдерживаюсь.

Я так близко.

Я думала, что его губы на моём теле смывают пятна от тех, кто прикасался ко мне. Так и было, но в то же время он вписал себя прямо в мою