В плену запрета - Сара Адам
В какой-то момент мне мерещится, что сейчас он вломится. Но этого не происходит. Я остаюсь стоять одна, в зловещей тишине, которую нарушает глухой звук настенных часов.
Поняв, что Князев реально ушёл, иду к кровати и падаю на постель лицом, начиная реветь во весь голос.
Бью сжатыми кулаками по подушке, психуя. Довожу себя ещё сильнее, прокручивая в голове сказанное. Моя истерика достигает финала, когда уже даже не могу дышать из-за заложенности носа и частой одышки.
Ненавижу его за то, что ушёл утром и сейчас. Поверил в мои слова! Поверил, что не хочу его видеть и мне наплевать. И себя ненавижу за то, что наговорила!
Зачем прогнала?
Почему не открыла? Почему не выслушала? Почему?! Вдруг он говорил правду?
Запутавшись в том, чего действительно хочу, я провожу остаток дня в самобичевании.
Меня мотает из стороны в сторону от мыслей. То я считаю, что натворила глупость не поговорив, то совершила непростительный грех, переспав с Русланом. И с каждым часом всё сильнее накручиваю себя, дойдя до такой степени, что становлюсь уверенной в том, что об этой ночи обязательно узнает Демьян. Конец моим четырём годам учёбы, конец свободе, конец нормальной жизни.
А ещё, кажется, что новость распространится в университете. Начнётся новая волна косых взглядов. Как я смогу смотреть в глаза Егору и Таньке? После того, как с пеной у рта отрицала малейшую связь с Русланом?
От этого становится ещё хуже.
К утру моё состояние слегка стабилизируется. Во-первых, приходится играть роль, что всё в порядке перед Танькой, а во-вторых, на свежую голову я понимаю, что прятаться вечность в комнате общежития не могу. Нельзя пропускать занятия, на носу сессия. Нужно взять себя в руки и сосредоточиться, не отвлекаясь на душевную боль.
Но для начала стоит расставить все точки над «i» с Русланом.
В университет я иду с твёрдой уверенностью поговорить с вышеупомянутым и сказать, что между нами ничего не изменилось. Мы по-прежнему никто друг для друга и та ночь нифига не значит и не будет значить. Оба получили, что хотели, на этом пути расходятся. Но, в первую очередь, я хочу извиниться за вчерашний срыв и пожелать другу Руслана скорейшего выздоровления. Поговорить немного мягче и остаться в нейтральных отношениях, а не врагами.
Несмотря на не особо хорошее настроение Егор, как обычно, с самого утра веселит смешными историями из жизни, и я постепенно прихожу в себя.
Сегодня загруженный учебный день, перед сессией все преподаватели считают, что должны максимально нас прогнать и закрепить материал. По идее, нужно сказать за это спасибо, но с каждой пройдённой минутой, пока решаю задачи или веду дискуссии, я не могу сосредоточиться и загоняюсь всё сильнее перед предстоящей встречей с Князевым.
Мне придётся самой найти его и попросить о разговоре. Это слегка пугает. Как отреагирует? Вдруг прилюдно пошлёт куда подальше? Опозорит? При всех даст понять, что мы переспали? Высмеет?
Примерно к обеду мы толпой вываливаемся из аудитории. Воронцов развивает какую-то тему, передразнивает преподавателя и накидывает всё больше реалистичных фактов. Это его любимое занятие, если вы не заметили.
— Егор, это уже чересчур! — я хохочу на весь коридор, грозясь надорвать живот от смеха.
— Астахова, мы с вами посмеёмся на зачёте, — говорит басистым голосом засранец. У него получается скопировать интонацию один в один!
— Вы мне угрожаете? — выгибаю бровь дугой, подыгрывая.
— Нет, милочка, ни в коем случае! — трясёт пальцем в воздухе.
— Ой, погоди, — хватаю друга за руку, заставляя притормозить. — У тебя паста на щеке.
— Ещё бы! Махала целую лекцию ручкой во все стороны, — нарочно высокомерно закатывает глаза.
— Не выдумывай, это не я, ты сам, — вторю ему, но всё же лезу в сумку, доставая влажные салфетки. Выудив одну из пачки, подаю другу, чтобы вытер. Егор елозит по лицу, но получается у него из ряда вон плохо. — Ой, дай сюда.
Выхватив салфетку, встаю на цыпочки и придерживаясь за крепкое плечо Егора, начинаю тщательно оттирать синюю полосу.
— Лиза, дырку сделаешь, — спустя добрых две минуты подаёт голос, не выдержав ожидание.
— Да всё уже! — фыркаю, отстраняясь. — Больно ты мне нужен, жук навозный.
Мы начинаем корчить друг другу смешные рожицы и смеяться в унисон. С Егоркой так легко на душе, умеет же он поднять настрой.
— Ты – ребёнок, — с умным видом бросается нелепыми высказываниями.
— А ты – подросток-переросток, — высовываю язык, не оставаясь в долгу.
— Малышок, — гадёныш треплет меня, запутывая и без того непослушные кудри между собой.
— Не распускай грабли, — отстраняюсь, откидывая копну волос назад. — И никакой я тебе не малышок. Всё, пошли, а то опоздаем и нас снова не запустят на семинар (да, и такое бывало).
— Лиз, Лиз, подожди! — первокурсник с потока, кажется, Костя, тормозит нас, преграждая путь.
— Чего вам надобно, холоп Константинопольский? — Егор подтрунивает над своим знакомым.
— Воронцов, иди лесом. Я с Лизой поговорить хотел. Точнее попросить, — парень неловко переминается с ноги на ногу.
— О чём? — непонимающе перевожу взгляд с него на Егора.
— Да эта Барсукова, грымза, доклад сказала подготовить, а я вообще ни в зуб ногой. Поможешь, а? — умоляющее выражение лица однокурсника не оставляет возможности эмпату внутри меня отказаться.
— Она и меня валит при любой возможности, — цокаю, вспоминая вечно недовольное лицо преподши и зачёсанную наверх причёску в виде пучка на голове. Идеальную. Прилизанную до такой степени, что ни одна волосинка не торчит. Б-р-р. — Хорошо, я постараюсь.
— Круто! — не скрывая радости восклицает на всю округу. — Тогда часа в четыре в библиотеке стукнемся, ага? Я за тобой зайду. Ты лучшая, Лиза!
Подмигнув, Костя ретируется, а мы с Воронцовым продолжаем препираться.
— Святая простота, — улыбаясь, качает головой.
— В каком смысле?
— Да он на тебя тупо слюни пускает. Доклад – так, причина позажиматься в библиотеке.
— Егор, скажи мне честно. У тебя какие-то проблемы с воображением, да? Ты чего мне каждого второго приписываешь? — поджимаю губы с напускным осуждением. По правде говоря, его умозаключение слегка льстит. Значит, меня считают привлекательной? — Ни с кем я зажиматься не собираюсь.
— Только со мной?
— Только с тобой, — широко улыбаясь,
