Рынок чувств: отыграть назад - Кэт Лорен
Саня довольно потер руки.
– Ну, что, Андрюх, держитесь. Сейчас будет красиво.
Я посмотрел вниз. «Красиво» – это неподходящее слово, чтобы описать то, что тут происходит. Тут всегда грязно. Неизменно жестко. И те, кто приходят «погонять кровь», редко понимают, чем это может закончиться.
В октагон вошел здоровяк, и толпа взревела, увидев его.
– На этого быка всегда ставят. Неудивительно, что он стал местным любимчиком. В прошлый раз он не оставил своему сопернику ни единого шанса.
Было заметно, что публика его знала и с нетерпением ждала возвращения. Ставки на быка были высоки, букмекеры в углу не успевали переписывать цифры на табло.
Все это шоу держалось не только на смертоносных ударах, но и на деньгах. Я обернулся. Люди в дорогих костюмах, стоявшие чуть поодаль, живо переговаривались, шурша пачками денег. Ставки делались не только на победу или поражение, но и на раунды, нокауты и технику боя.
Еще одна из причин, почему папа видел в таких мероприятиях наживу. Наличные. Много наличных. Я слишком хорошо знал своего отца. Если в чем-то была хоть малейшая выгода – он был в деле. Даже несмотря на то, что у него всегда под рукой была «волшебная палочка» в лице Олега Платонова. Любой крупный бизнесмен в Москве хотя бы раз пользовался его услугами. Обнал будет жить всегда, какая бы экономическая ситуация ни была.
Я заметил недалеко от нас два знакомых лица. Один из них был чиновником. Отец всегда заботился о том, чтобы он и его дети обрастали связями. Я вспомнил, что встречал его раньше. Рядом с ним – другой мужчина. Судя по тату на запястьях, он не просиживал штаны в кабинете. Бои, которые мы устраивали были также местом встречи вот таких разнополярных элементов, где один прикрывался «интересом к спорту», а второй не скрывал азартного блеска в глазах.
Помню слова отца, когда Леха подкинул ему идею:
«Это не просто бои. Там будут крутиться люди. Те, кто решают вопросы. Те, кто не станут встречаться в кабинетах или на приемах, могут расслабиться здесь. И именно там будут завязываться настоящие связи».
Он был прав. Здесь оказывались те, до кого иначе не дотянешься. Они делали ставки не только деньгами – в этом месте обменивались услугами, территориями, информацией.
– Все, пошло! – крикнул Саня, наклоняясь вперед.
Гонг.
Соперник Глеба пошел первым – размашисто и агрессивно. Публика взревела, но парень не дернулся. Он отступил на шаг, заблокировал удар, а потом резко нырнул вниз и ударил быка в челюсть.
Толпа ахнула, явно не ожидая такого поворота событий.
– Он крупнее Глеба. В этом его минус. Он неповоротлив и бессилен, – сказал Денис, кивая на ринг.
Я промолчал, продолжая внимательно следить за схваткой. Глеб действительно был в преимуществе. Дело не в мышцах. Парень был гибкий и юркий. Его сопернику не хватало расторопности из-за своих габаритов.
– Вот это реакция! – воскликнул Саня, когда молодой человек стремительно и хладнокровно нанес очередную серию ударов.
В Глебе не было страха и суеты. Движения быстрые, сдержанные, будто заранее просчитаны. Соперник снова бросился вперед, но парень ушел, работая сериями контрударов. Его стиль был резким, быстрым, с холодной концентрацией.
Толпа гудела, кричала, спорила. Ставки менялись на глазах. Теперь деньги полетели на Глеба.
Я повернул голову вправо. Саня был доволен, сгибая кисти рук в импровизированную трубу и крича во все горло, радуясь отличной работе своего подопечного.
– Я же говорил! Этот парнишка полностью заряжен!
Вновь посмотрев на экран телефона, я стал ловить себя на мысли, что с каждым прошедшим часом, пока не знаю, где находится младший брат, моя тревога усиливается. А то, что о нем не было никаких вестей, еще больше усугубляло ситуацию.
Я вернул все свое внимание на октагон. На третьей минуте боя Глеб поймал соперника на ударе, резко ушел в сторону и вмазал коленом в корпус. Из противника с хрипом вышел воздух. Толпа взорвалась:
– Держи его!
– Давай! Добивай!
Движение в паре метров от нас привлекло ко мне внимание. Один из наших букмекеров как раз подошел к тому самому чиновнику. Тот сунул ему еще одну внушительную пачку денег. Наверняка он поставил на то, что Глеб выиграет именно в первом раунде. И он оказался прав.
Парень не стал тянуть. Несколько быстрых ударов, и соперник рухнул. Судья только успел подойти, как зал уже ревел. Нокаут. Первый бой, и такая блестящая победа! Мы с братом подхватили рев толпы и зааплодировали.
Я посмотрел на Саню. Он сиял.
– А вы, южные парни, оказывается, умеете драться, – подшутил я, пытаясь вести непринужденную беседу и постараться забыть о семейных проблемах.
– Пошел ты, – ответил он с улыбкой на мой сарказм. – И, кстати, парень родом из Питера.
Денис наклонился ко мне и сказал:
– Вот после этого бои станут еще популярнее. После такого зрелища придет еще больше народа. И не только ради ставок.
Мы платили большие бабки, чтобы правоохранительные органы не совали нос не в свое дело и закрывали глаза на то, что происходит. Но эти суммы были каплей в море в сравнении с тем, сколько текло в карман нам, организаторам.
– Именно этого и хотел отец, – подтвердил я слова брата. – Чтобы сюда тянулись все: бандиты, бизнесмены и политики.
Я едва заметно кивнул вправо.
– Видел, кто сегодня пришел?
Дэн посмотрел в том направлении, куда я указал.
– Они у нас на крючке.
Глеб после победы стал протискиваться сквозь толпу. Охрана помогала пройти ему меж восторженных людей, стремившихся поздравить новичка. Парень молча сел недалеко от нас на скамью, склонившись вперед. Его бинты были пропитаны кровью. Он методично стал их разматывать, словно делал это не одну сотню раз. Ни капли радости, ни намека на эйфорию. Толпа еще не стихла. Все обсуждали его победу, но молодому человеку было все равно.
Саня подошел первым и хлопнул его по плечу.
– Молодец, брат! Чисто, красиво!
Глеб лишь коротко кивнул. Никакой другой реакции.
Я протянул ему бутылку воды.
– Хороший бой. Отдохни. Сейчас поедем в мой клуб. Отметим твою победу. Нужно закрепить результат. Дэн, поможешь парню еще раз почувствовать себя чемпионом сегодня ночью? – спросил я брата, делая намек на его эскортниц.
– Необязательно, – ответил Глеб, разматывая последний виток бинта. – Победа есть победа.
Он взял бутылку из моих рук
