Директриса поневоле. Спасти академию - Адриана Вайс
Мир вокруг исчезает.
Есть только вкус его губ, тепло рук, которые теперь обнимают меня, прижимая к себе, и это оглушительное, всепоглощающее чувство… чего-то неземного.
В голове вспыхивает непрошеное воспоминание из другой, прошлой жизни. Мне шестнадцать. Выпускной. Мой первый поцелуй — совсем неуклюжий, быстрый, с одноклассником Сашкой за углом школы.
Тогда мне казалось, что это – что-то важное. Что это пропуск во взрослую жизнь.
Но сейчас, в объятиях этого сильного, сурового мужчины, я понимаю, что все это было лишь детской игрой. Даже тот мужчина, с которым я надеялась построить свою будущую жизнь, теперь мне кажется чем-то мимолетным и ненастоящим, по сравнению с Эдгаром и его чувствами.
Потому что сейчас мне кажется, будто мой настоящий первый поцелуй, тот, от которого замирает сердце и подкашиваются ноги, происходит именно в эту самую минуту.
Я никогда прежде не испытывала ничего подобного.
Это что-то совершенно иное.
Это – как прыжок в бездну, от которого захватывает дух и замирает сердце.
Когда мы, наконец, отстраняемся друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, я просто смотрю в его потемневшие глаза, и не могу вымолвить ни слова.
Все слова кажутся лишними, ненужными.
— Я скоро вернусь за тобой, — шепчет он, и его голос звучит хрипло.
Я лишь молча киваю, не в силах вымолвить ни слова.
Я выхожу из кареты, как во сне. Просто стою и смотрю, как она растворяется в ночной темноте, и чувствую странную, ноющую пустоту.
Я прижимая пальцы к губам, на которых все еще горит его поцелуй и ощущаю как в груди разгорается непреодолимое желание, чтобы он вернулся.
Как можно быстрее.
Желательно, прямо сейчас.
Я медленно иду к воротам академии и в голове у меня калейдоскоп из огней города, звуков скрипки, его голоса, его прикосновений. Я чувствую себя невероятно счастливой.
И в этот самый момент, когда я уже почти дохожу до ворот, из темноты за моей спиной вырастает тень.
Все происходит в одно мгновение.
Сильная рука зажимает мне рот, прерывая мой запоздалый крик. Вторая рука обвивает мою талию, прижимая к крепкому, мускулистому телу.
И я снова, как и в тот страшный день, чувствую у своей шеи холодное, острое прикосновение стали.
Нож.
— Я же предупреждал тебя! — яростный, искаженный шепот обжигает ухо. — Предупреждал, чтобы ты бросила это дело!
Ледяной ужас сковывает тело.
Но самое страшное в том, что я стою буквально в паре шагов от спасительных ворот академии. Тех самых, на которых Громвальд установил новую, усиленную систему защиты.
— Но ты меня не послушала… — шипит неизвестный, и лезвие ножа сильнее впивается в мою кожу. — Так что теперь, мне не остается ничего другого, кроме как избавиться от тебя. И виновата в этом только ты сама!
Мозг отчаянно ищет выход из этой безнадежной ситуации, но как на зло в голову ничего не приходит.
Что делать?!
Единственная мысль, которая проносится у меня в голове, это: «Тяни время!».
— Постойте… — пытаюсь я промычать сквозь зажимающую мой рот ладонь.
Неизвестный насмешливо фыркает за моей спиной и чуть убирает руку от моего рта, будто заинтересовавшись тем, что я хочу ему сказать.
— Я правда не понимаю в чем дело… кто вы… и в прошлый раз мы так и не договорили…
Я несу какой-то бред, отчаянно пытаясь выиграть себе хотя бы несколько минут, чтобы придумать что делать дальше, но неизвестный внезапно теряет всякий интерес к нашему разговора.
— А в этот раз нам никто уже не помешает, — рычит он мне в ухо. — Тем более, что это не займет много времени.
Лезвие ножа давит сильнее.
И в этот момент страх уступает место первобытной, животной ярости.
Нет, я ему не дамся! Не сейчас! Не после такого вечера!
Я собираю все свои силы и резко, всем телом, выгибаюсь назад, впечатывая свой затылок ему в лицо. Он на мгновение теряется, его хватка ослабевает.
Я пользуюсь этим, со всей силы всаживая локоть ему под ребра. Он издает сдавленный хрип.
Я вырываюсь, отталкиваю его руку с ножом и пытаюсь закричать, но из горла вырывается лишь сиплый стон.
Я срываюсь с места, но далеко убежать не успеваю. Он хватает меня за волосы, с силой дергает назад.
Я теряю равновесие и с криком падаю на холодную, мокрую от росы землю.
В следующий миг он наваливается на меня сверху, придавливая к земле своим тяжелым телом.
— Сколько же с тобой проблем, дрянь! — рычит он, пытаясь перехватить мои отчаянно отбивающиеся руки.
Я в ловушке.
Он тяжелый, сильный, и я понимаю, что мне не вырваться.
Запах пота и злобы бьет в нос.
Я задыхаюсь.
И в этот момент я вижу ее.
В каких-то двадцати сантиметрах от моей головы я замечаю слабо пульсирующую голубым светом руну на каменном столбе ворот. Защитный барьер Громвальда.
Спасение так близко.
Я перестаю отбиваться.
Я вцепляюсь пальцами в землю, в траву, и тянусь.
Тянусь изо всех сил, пытаясь дотянуться до этого спасительного света.
Еще немного… еще чуть-чуть…
Мои пальцы почти касаются холодного, вибрирующего от магии камня…
— Куда?! — раздается над ухом злобный шепот.
Он хватает меня за ногу и с силой оттаскивает от ворот.
Надежда гаснет.
Я вижу, как над у него над головой взлетает лезвие ножа.
И в этот самый миг, на грани между жизнью и смертью, в моей голове вспыхивает безумная, отчаянная мысль.
«А зачем именно мне пересекать черту? Ведь гораздо эффективнее будет наоборот…»
Адреналин обжигает вены.
Я бросаю попытку дотянуться до ворот и вместо этого я подгибаю свободную ногу, а когда лезвие уже начинает опускаться, со всей силы бью неизвестного каблуком, целясь в пах.
Я немного промахиваюсь, нога соскальзывает и ему прилетает по бедру. Но даже так раздается глухой хруст и яростный болезненный рык. Хватка неизвестного на мгновение ослабевает.
Этого
