Об огне и заблуждениях - Кортни Уимс

Я опускаюсь на колени и, щурясь сквозь тьму и дым, пытаюсь рассмотреть, что там. Пара отражающих сфер сверкает в ответ в свете пляшущих языков пламени. Прежде чем я успеваю осознать, что передо мной, сферы моргают и бросаются ко мне. Маленькое темное существо взбирается по моей руке и запрыгивает на спину, пока я корчусь от неожиданности. Любые сомнения в том, что это был «речной камень», развеиваются в прах.

Не успеваю я сбросить тварь со спины, как очередной громкий скрежет приковывает мой взгляд к потолку. Над головой вопят деревянные балки, охваченные огнем. Одна из них поддается, рушится вниз и врезается в стену рядом с окном, вдребезги разбивая стекло.

Окно.

Я ныряю в его зияющий зев и приземляюсь лицом в грязь. Существо прыгает с моей спины и исчезает в ночных тенях. Я заставляю себя подняться на ноги, с трудом удерживая равновесие, когда очередной приступ кашля перехватывает дыхание. Обегаю дом, и кожа покрывается мурашками при виде яростного инферно, уничтожающего нашу маленькую хижину. Единственный дом, который я когда-либо знала. Стены проседают внутрь, части крыши обваливаются, и ослепительная вспышка пульсирует в ночи. Я бросаюсь к входной двери, но её заклинило.

— Мама! — я бью кулаками по дереву, отчаянно пытаясь открыть его. Готова отдать всё на свете, лишь бы добраться до неё. Я должна.

Я должна её спасти.

Балансируя на одной ноге, я замахиваюсь и со всей силы бью пяткой в дверь. Раз. Два.

Паника тянет на дно, как тяжелый камень в животе — ничего не выходит.

Я кидаюсь к окну её комнаты, но стены стонут, и стекло взрывается. Из огня вылетают раскаленные угли, хлеща меня по лицу. Я прячу голову в изгибе локтя, когда по земле проходит сокрушительная дрожь. Прежде чем я успеваю среагировать, стены нашего дома текут, точно жидкость, и рушатся.

Волна дыма несется на меня. Потеряв последнюю надежду спасти маму или наш дом, я наконец разворачиваюсь и бегу к лесу. Ветер проносится мимо, холодя покрытую потом кожу; по телу бегут мурашки.

Я не замедляюсь, пока не достигаю леса.

Грудь вздымается, дыхание срывается. Я падаю на колени, заходясь хриплым кашлем. Не могу остановиться, пока не начинаю задыхаться. Сердце колотит, тело дрожит с каждым мучительным глотком воздуха, который я втягиваю в легкие.

Я осмеливаюсь бросить взгляд назад на хижину, мысленно умоляя силуэт матери выйти из дверей и спастись от пламени, тянущегося к ночному небу.

Громкий треск раскалывает ночь, искры взмывают в воздух. Последние остатки надежды умирают в груди, когда то, что осталось от нашего дома, окончательно проваливается внутрь.

Тихое оцепенение накатывает на меня, прерываемое лишь эхом маминого голоса в голове. Я не выдерживаю. И рыдаю.

В груди тяжело и пусто одновременно. Острая, первобытная боль, какой я еще никогда не знала, раздирает каждую частичку моей души.

Мир кружится перед глазами, и я падаю на лесную подстилку. Глухая боль отдается в черепе от удара о землю. Звезды мерцают в поле зрения, прежде чем всё чернеет, и голос матери снова звучит в моей голове.

Никому не доверяй.

Глава 5. ДЭЙША

Пульсирующая боль бьет в череп, легкие напрягаются при каждом хриплом вдохе. Клекочущий кашель перехватывает дыхание, и я распахиваю глаза, жадно заглатывая воздух. Остальные чувства пробуждаются одно за другим. Запах дыма щекочет ноздри. Рука лежит на земле, травинки щекочут ладонь. Я проверяю пальцы, сжимая их и вонзая ногти в холодную твердую почву. Я лежу на животе, темные силуэты деревьев тянутся к ночному небу. Где-то вдалеке рокочет неясный гул.

Тени шевелятся, и из черноты появляются маленькие лапы с когтями. Я вскакиваю на ноги. Черное существо, похожее на ящерицу, уставилось на меня огромными белыми глазами. Не моргает. Не двигается. Животное чирикает… чирикает?

Я лихорадочно нашариваю что-нибудь под рукой и нахожу постыдно маленькую ветку, направляя её на существо. — Назад! — шиплю я.

Существо моргает и делает еще шаг вперед, пока я дико размахиваю палкой. Его взгляд приковывается к дереву в моих руках. Когда я делаю очередной замах, часть ветки отламывается и отлетает на несколько ярдов. Существо бросается за ней и трусит обратно ко мне с палкой в зубах.

Лунный свет подчеркивает маленькие острые зубы-кинжалы, сжимающие ветку. Я замираю. Существо бросает палку у моих ног и отходит на несколько шагов. Посидев в тишине несколько мгновений, я решаю проверить его. Снова взмахиваю веткой, и зверь следит за каждым моим движением. Зашвырнув палку как можно дальше, я пулей несусь в противоположную сторону, к реке.

Деревья и река мелькают мимо, я наконец замедляюсь, приближаясь к крестам отца и брата. Уж теперь-то я точно оторвалась. Я опускаюсь под деревом, пытаясь выровнять дыхание сквозь приступы лающего кашля.

Светящиеся глаза скачут ко мне, свет зари отражается в зрачках. Я ныряю в сумку, которую дала мне мать, надеясь найти хоть что-то для защиты, и выхватываю кинжал.

— Я пущу его в ход! — заявляю я.

Существо замедляется и роняет ветку в паре ярдов от меня. Снова впивается взглядом, выжидая. Я смотрю на него в упор, прищурившись, в надежде, что мой грозный вид заставит его убежать.

Вместо этого существо несет палку мне, явно не впечатлившись кинжалом, и роняет её в паре дюймов от моих пальцев. Оно отступает, виляя змеиным хвостом; глаза расширены от — как я полагаю — предвкушения. Близость существа дает мне возможность рассмотреть его. Тело покрыто великолепной черной чешуей, на маленькой голове виднеются зачатки рожек. Размером оно с крупную ящерицу, вот только… у ящериц не бывает крыльев.

Дракон.

Мысли несутся вскачь… а что, если Уиллард меня сдал? Он не мог, ведь так? Мы же друзья. Может, поэтому мать предупреждала меня никому не доверять?

Моя мать…

Слезы подступают к глазам, когда до меня доходит новая реальность. Миссией моей жизни было сохранять ей жизнь — заботиться о ней, — и я провалилась. Всё всплывает в памяти: плавящаяся крыша, взрыв окна, осыпавший меня осколками, дым, застилающий звезды.

Дрожь бежит по руке, в которой я держу кинжал, направленный на дракончика. Могло ли это существо стать причиной пожара? Может, из-за него погибла мама. Всхлип сотрясает меня при мысли о ней. Я буквально тону в отчаянии, жаждая услышать слова, которых мне так не хватало. Из наших самых последних мгновений вместе.

«Я тебя очень люблю».

Я цепляюсь за эти слова. Прокручиваю их снова и снова в голове, будто могу услышать их наяву. Прошлой ночью я услышала их впервые за