Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь» - Лина Алфеева
— Ты не сбежала в лес? Отлично! — Аманда вошла в комнату без стука. — Тогда давай переодеваться. Что? Ты и коробку ещё не открыла?
— На ней запирающая руна.
— Ты что не можешь взломать руну Эрна? Он же новичок!
— Это практически идеальная руна. Ты только посмотри, как точно он вписал дату и время. Как сделал связку.
— Ага. Все с тобой ясно, — усмехнулся Аманда.
— Эрн делает успехи. Я им горжусь.
— Эрн хочет затащить тебя в постель, но из-за твоей печати вынужден радовать себя хотя бы отличной учебой или кладбищенской романтикой. Но, признаться, я тебе завидую, так что не обращай внимания на мою болтовню. Так! Две минуты и можно открывать.
Аманда склонилась с часами над коробкой.
— Смотри, чтобы нос не подпалило, — в шутку бросила я.
— Нет, тут нежное содержимое. Огненные спецэффекты исключены.
— Помогала выбирать подарок?
— А то! Три-два-один… Открывай! Я пообещала Эрну, что сообщу ему о твоей реакции.
— А почему он сам не пришел? Увидел бы воочию.
— Если бы он увидел воочию, ты бы до вечеринки сегодня не дошла, — хихикнула Аманда.
Руна Эрна исчезла легким дымком. И я испытала гордость за проделанную работу. Сам того не ведая, Эрн уже сделал мне подарок безупречной демонстрацией того, что мы с ним изучали. А потом я открыла коробку, и у меня перехватило дыхание, потому что внутри было платье светлой принцессы.
У светлых вообще есть серьезный пунктик насчет белизны одежды. Для этого они пропитывают ткани особым составом, из-за которого к ней ничего не прилипает: ни грязь, ни шерсть, ни иной мусор. Как-то видела, как твари в нашем лесу задрали светлого карателя. Под ним вся земля пропиталась кровью, лицо было в ранах, но мундир при этом остался белоснежным.
— Тьфу ты, Абриэль! Нашла что вспоминать! Это не мундир, а бальное платье. В таком и во дворце не стыдно показаться. Но у тебя сегодня день рождения, так что надевай. Все равно при всем желании не запачкаешь.
— Мне кажется, что я сплю.
Я создала водяную руну, собрала водную взвесь и растянула ее, создав зеркало. Но приложив платье к себе, замерла, пораженная увиденным. Я никогда не придавала особого значения одежде. В Гиблой долине просто не для кого и незачем наряжаться. Так что для меня большей радостью были сапоги, зачарованные на антипрокусывание, чем новое платье.
Но сейчас что-то во мне дрогнуло, да так сильно, что задрожали руки. Я просто стояла и смотрела…
Пришлось Аманде помочь.
— Побуду вашей горничной, принцесса, — фыркнула она и начала меня наряжать, как куклу. — Самое забавное будет, когда тебя в этом народ увидит. Это же не просто платье, это, как… Доспех паладина тьмы. Только надел — и все знают, кто ты такой.
— Ой… А Эрн не поторопился?
— Твои родители тебя признали. Герцог тоже знает. Остальные пусть завидуют молча!
— Да я сама себе завидую, — прошептала я, разглаживая на бедрах чуть сияющую жемчужно-белую ткань.
Платье светлой принцессы. Оно было строго кроя, не оголяло грудь и прикрывало руки. Изысканная вышивка перламутровой нитью и крошечными бледно-желтыми бусинами, что светлые называют слезами солнца, делало наряд достойным королевского двора.
Когда дело дошло до прически, Аманда внезапно заявила, что Эрн не выдал инструкций. Впрочем, для меня это не было проблемой. Я просто оставила свои золотистые волосы распущенными.
— Эрн обалдеет, когда увидит!
— Он сам выбрал для меня это платье.
— Поверь, в коробке был не тот эффект. Это же не просто платье, Абриэль. Это заявление. Думаешь, Эрн не слышал, как вашу помолвку обсуждали? Теперь все заткнуться и не смогут сказать, что ты ему не ровня.
Ровня. Не ровня. Я всегда гордилась своим происхождением, но это платье в самом деле было похоже на латы или военный мундир. Я несла его на себе, как знак принадлежности к роду Обер-Райнов.
Выяснить бы еще куда!
Аманда нарочно повела меня окольным путем, чтобы меня увидело как можно больше народу. Адепты академии сначала меня не узнавали, потом впадали в ступор и начали заваливать Аманду вопросами. И темная, не стесняясь, делилась подробностями моей биографии.
Причем каждый раз они были разные. То говорила, что меня украли в детстве, а сейчас я нашлась. То заявляла, что это Эрн почуял во мне принцессу и сказал отцу, а там уже герцог отыскал моих родных. Один раз вообще заявила, что на мое происхождение указал один занятый ритуал, который мы с Эрном провели на кладбище Некрополиса. Судя по тому, как загорелись глаза у темных леди, которым она об этом сообщила, смотритель полигона некромантов еще не раз помянет мое имя.
— Аманда, мне это кажется или ты ведешь меня на кладбище.
— Ага.
— Вечеринка будет там? — опешила я.
— Ага. Прикинь, смотритель разрешил. А я думала, что ты ему сдохнуть, как не нравишься.
— Или он решил, что таким образом испортит мне праздник.
Пока мы с Амандой спускались в склеп, я медленно изучала свеженанесенные на стены защитные руны. Эрн стоял у подножия лестницы с букетом цветов, совсем как жених. Но это были точно не свадебные цветы. По протоколу светлых, невеста должна была нести к алтарю солнечные розы, а Эрн встречал меня алыми. Зато одно я могла сказать точно:
— Зачем по рунической каллиграфии сдан.
— Знал, что ты оценишь. Понимаю, что глупость. Но мне так спокойнее. Ты заметила? Там только защитные и сигналки. Если ты вдруг будешь близка к срыву, они подадут знак.
Эрн еще разглагольствовал о том, какую классную схему он придумал, как вдруг один из его знаков, начертанных самой тьмой, вдруг вспыхнул алым.
— Эрн… — я схватила его за плечо и заставила повернуться.
— Да, этот тот самый знак. Но ты…
— В полном порядке! — выпалила я главную фразу этого дня.
И в этот момент мы услышали голос Аманды:
— Не хочу никого пугать, но там что-то с Гвейном. И Латаром. И остальными. Эрн, не знаю, что за дрянь они выпили, но они сейчас
