Злодейка в деле - Мстислава Черная
Белый простор солончака сменяется чахлой травой. Сочные кочки встречаются редкими зелёными пятнами, но вскоре их становится больше, и уже чахлые проплешины редкость. Ящер уверенно выходит к руслу. Я пытаюсь вспомнить карту — ручей Мутный или речка Пескарина? Я не настолько хорошо ориентируюсь на местности.
— О нет, — тихо выдыхаю я, поняв, что сейчас будет.
Ящер мой шёпотом слышит:
— С-с-с-с!
— Лорд Шесс изволит смеяться?
— Вы очень проницательны, моя леди.
Ящер с разгона отталкивается, вытягивается в коротком прыжке и с шумом, плеском, фонтаном брызг плюхается в воду. Меня окатывает с ног до головы. Феликса, естественно, тоже. Только Феликс лишь весело скалится, а я превращаюсь в мокрую курицу. Волосы липнут к голове, одежда — к телу.
— С-с, — оборачивается ящер.
Самое скверное, что вода холодновата, а русло глубокое. Как ноги не поджимаю, всё равно по щиколотку в реке. И судя по тому, что я вижу, дальше будет только хуже.
— В город мы попадём по воде, — поясняет Феликс.
Идея сомнительная, но, по крайней мере издали будет выглядеть, как будто мы идём на лодке-развалюхе, начерпали бортами и вообще не ясно, почему до сих пор не затонули. Что под нами брёвнышко живое и зубастое разглядят лишь в упор, когда я смогу показать императорскую печать. Заявиться посуху не вариант. Не пешком же идти. Поэтому приходится мириться с неудобствами. Когда привыкаешь, вода уже не настолько холодная…
— Рыбки захотелось, да?
— С-с, — соглашается ящер.
Приближаются крепостные стены. На юге у самых мелких городов защита серьёзная: глубокие рвы, высокие толстые стены, оборонять которые относительно легко даже скромными силами народного ополчения. На расстоянии от города устроены наблюдательные вышки — враг не подойдёт незамеченным, крестьяне успеют укрыться и укрыть самое ценное.
Сберечь людей удаётся, имущество, увы, нет. Степняки врываются в покинутые жителями деревни и опустошают. Ничего, скоро это изменится.
Не только мы используем речку в качестве водной дороги. Впереди судёнышко. Большая лодка под парусом, загружена мешками настолько, что борта почти сравнялись с уровнем воды. Чуть качни — перевернётся, и товар пойдёт ко дну.
На мешках разлёгся мужичок в расхристанной латанной-перелатанной рубашке, голову от солнца прикрывает рваная соломенная шляпа, ноги босые. Мужичок дымит неприятно-едким куревом.
Наше приближение он замечает. Он приподнимается на мешках, всматривается в воду. Именно в этот момент ящер резко мотает головой, подкидывает пойманную за хвост рыбу и ловит пастью.
Мужичок в ступоре таращится круглыми глазами. Наверное, это его и спасает, иначе бы точно навернулся. Резко успокоившись, мужичок откидывается на мешки, утирает пот тыльной стороной ладони:
— А вот и белочка, — бормочет он.
В смысле белая горячка?
Мы проплываем мимо.
Русло проходит под крепостной стеной. Над ним устроена выступающая от стен башня, хищно поблёскивающая тяжёлой решёткой, которая перекроет водную дорогу при первой необходимости.
Перед башней устроено что-то вроде пристани, лодки досматривают.
Ящер, притихнув, зарывает морду в воду, на поверхности остаются одни глаза и ноздри. Не зря я их с крокодилами сравнивала, сходство оказалось даже больше, чем мне думалось. Стражи при нашем приближении всё равно напрягаются, видят, что плывёт нечто странное. Да и вид у нас с Феликсом хоть и подмоченный, всё равно выдаёт, что мы кто угодно, но не крестьяне. На Феликсе и вовсе рыцарский мундир.
— Господа на бревне…
Дёрнув лапой, ящер корректирует направление и мы пристаём.
Феликс выбирается на дощатый настил первым, демонстрирует стражу знак принадлежности к столичному гарнизону.
— Полагаю, вопросов нет?
— Эм…
— Если всё же есть, направьте их в столицу.
— Добро пожаловать, лорд, леди.
Феликс отворачивается, но страж его останавливает:
— Лорд, простите, но волей императора я обязан записывать всех прибывающих, а также их транспорт и ввозимое имущество.
Светить наши имена мне точно не хочется. Феликс думает в том же ключе. Увы, знака рыцаря для защиты анонимности не достаточно, и полность скрыть, кто мы не получится. Феликс показывает мою печать, в смысле дубликат, который я для него сделала. Дубликат может быть у любого доверенного рыцаря, то есть вычислить нас будет чуть сложнее.
— Господин страж, этого достаточно?
— Да, лорд. Добро пожаловать!
Феликс прячет печать, знак и легко соскальзывает ящеру на спину. Тот, убедившись, что пассажиры на месте, мощно отталкивается хвостом, и мы заплываем под башню. Ящер придерживается середины русла, не безобразничает, да и праздных зевак в маленьком городке немного, горожане заняты своими делами, на нас едва ли обращают внимание.
Мы беспрепятственно добираемся до центральной части. Ящер уверенно выгрибает к старым полуразвалившимся мосткам неподалёку от рынка. Он словно знал, куда грёб… Начинаю подозревать, что в городе ящер частый гость. Не только же рыбой и улитками ему питаться. Почему бы и не наведаться в мясные ряды?
— С-с-с…
— Лорд Шесс будет ожидать нас здесь, — переводит Феликс. — Полагаю, трёх-четырёх часов нам хватит.
— С-с.
С тихим всплеском ящер уходит в глубину.
— Хватит? — по идее нам нужно купить живой скот и…
— Моя принцесса, умение отличать мясные породы от молочных, бесспорно, полезное, но давайте вы приобретёте его как-нибудь в другой раз? — Феликс уверенно направляется к двухэтажному бревенчатому зданию с яркой черепичной крышей.
Мне вывеска ни о чём не говорит, а название “Колченогая разиня” вовсе не вдохновляет, какая-то антиреклама получается, но Феликс выбирает именно это заведение. Возможно, как первое попавшееся.
Мы попадаем в обеденный зал. Трактирщик, щуплый и меланхоличный, вяло протирает барную стойку. За столами посетители, но их немного. Одиночка уплетает огромный ломоть мяса с таким видом, как будто месяц еды не видел, двое мужчин в похожих тёмных куртках о чём-то говорят, склонившись друг к другу чуть ли не носами и неожиданно в дальнем углу столоваются две немолодые дамы. Глухая одежда, платки на головах и общий вид явно показывают, что они не за мужским вниманием пришли, а поесть и поговорить.
Не сбавляя хода, Феликс тянет меня к стойке, звонко хлопает ладонью по столешнице. Трактирщик отрывается от разглядывания трещины и переводит взгляд на нас. Феликс поднимает ладонь.
Сверкнувшую монету трактирщик смахивает молниеносно:
— Чем могу помочь достопочтенным господам?
— Горячую ванну и горячий обед для леди, лучшую комнату. И в темпе.
— А ты? — удивляюсь я.
Феликс держится героем и вообще притворяется, будто ему всё нипочём, готов хоть в летней рубашке
