Ненужная жена, или Сиделка для Дракона - Маргарита Абрамова

Джон повернулся ко мне, опустил голову, предлагая забраться на спину, не мешкала ни секунды, обхватила его мощную шею, прижимаясь к его наростам, не замечая их жесткости и царапанья,

Домой. Мы летели домой! Ветер трепал волосы и подол платья, но впервые за долгую ночь, хотя наступило уже утро, мне было не холодно. Первый рассвет простирался над островами, мы пролетели над побережьем, делая круг вокруг него, приводя разум в порядок свежим соленым воздухом. Впереди показался знакомые очертания нашего замка, мы закружили вокруг него, и, наконец, приземлились на самой крыше, на площадке, приспособленной для этого, но которой не пользовались четыре года, с самой покупки замка.

Муж обернулся назад в человека и рухнул на каменный пол.

— Ты в порядке? — бросилась к нему, помогая встать.

К нам вбежала Вернера, ошалелым взглядом осматривая сына, который пошатываясь стоял на ногах, бросилась его обнимать.

— Но как? — Джон молчал, я тоже молчала, не зная ответа, почему проклятье пало. И точно ли разрушено насовсем?

— Черт, — выругался, — Я забыл про кошку…

— Какую кошку?

— Твою. Она и показала мне дорогу…

— Снежка?

— Что-то с твоей Снежкой не так… — я подозревала что-то подобное, но он раньше ничего не замечал за ней.

Мы спустились вниз, Джон еле переставлял ноги, мышцы ослабли за столько лет без движения, но он не сдавался.

Только мы спустились в гостиную, как вдруг появилась кошка, вся мокрая и взъерошенная, белые лапы были грязными, она пошла рябью и перед нами предстала женщина с белоснежными седыми волосами.

— Я не Снежка, — проговорила она, — прикрываясь рядом лежавшим пледом на кресле, — Моё имя Эриния.

— Ты? — не отводил от нее взгляда Джон, — Но… Ничего не понимаю… Почему ты помогла мне…

— Я помогла себе в первую очередь.

Я стояла и не понимала, что происходит, эти двое знакомы, но весьма не рады видеть друг друга, она и в образе кошки избегала его, предпочитая общаться лишь со мной, в остальное время где-то прячась в доме.

— Час проклятья истекал, и, когда бы это случилось, я навсегда осталась кошкой. Утратила бы человеческие воспоминания, просто стала животным.

Это та самая ведьма?

— Тогда я нарушила закон мироздания, — продолжала она, — Каждый проклятый должен знать условия его снятия, я же их тебе не назвала… За что и была наказана.

— Это ты… вы? — назвать взрослую женщину на «ты» не выходило, — Его прокляла? — решила подтвердить свои догадки.

— Да, я та самая ведьма. Я не стану извиняться. Они разорили мои земли, убили моих сыновей, я была зла, и мы оба получили то, что заслуживали…

— Ты права, — перебил ее Джон. — Я был высокомерен, чрезмерно горд и получил по заслугам.

— Джон… — не была согласна с этим его мать… Вернера столько натерпелась, так переживала за сына, постепенно угасающего на ее глазах, ее можно было понять.

— Проклятье разрушено навсегда? — задала я главный вопрос.

— Да.

— Почему? — Джон не меньше моего хотел знать подробности.

— Условием, которое я не озвучила, была чистая искренняя любовь, ради которой ты не пожалеешь своей жизни… Мне пора, — она вышла под лай подоспевшего Берта, странная женщина, надеюсь, наши пути больше никогда не пересекутся.

Эпилог

ЭЛИССОН

Джон много летал, наверстывал пять лет без крыльев, наслаждался небом. Я всегда любовалась мужем. Он часто брал меня с собой. Это действительно восхитительно, не столько сам полет, сколько чувствовать себя нужной, любимой… Не было ни одной мысли о разводе, ведь по началу наш брак должен быть фиктивным, но мы настолько сблизились, что те договоренности стали неактуальными. Разве можно сомневаться в его чувствах, когда он рисковал жизнью ради тебя… Я уже не представляю свою жизнь без него. Иногда даже пугает, что я так сильно привязалась к мужчине, проросла в него. Разве я могла представить, что настолько близким мне станет человек из другого мира, абсолютного другого. Миры разные, а люди везде одинаковые. Во всех мирах нам нужно одно — любовь. Без нее все меркнет и тускнеет…

Иногда мне снится тот день, я просыпаюсь в испуге, но приживаюсь к его теплой груди, он всегда меня поймает и слушаю размеренный стук сердца, сама успокаиваюсь.

Что касается других снов, хозяйка тела приснилась мне единожды. И в этот сон не был кошмаром. Элиссон не требовала вернуть свое тело, мило улыбалась и выглядела доброжелательной, какой я помнила ее по оставшимся воспоминаниям. Видимо, в прошлый раз это были мои страхи, я так боялась не суметь помочь Джону, что моя психика искала себе оправдание, сопротивлялась и подкидывала неприятные сюрпризы. Я теперь и есть настоящая Элиссон. Элисон Фирнен — жительница проклятых островов, в прошлом одна из сосланных, но смогла восстать из пепла и обрести счастье, и теперь я — приличная жена и будущая мать… И я здесь навсегда!

Джон был неутолим, он вновь чувствовал себя полноценным, это придавало сил и энергии. Он делился этой энергией со мной. У нас был взаимообмен. Я не переставала проводить укрепительные целительские сеансы, дабы быть полностью уверенной в окончательном выздоровлении.

С ним я перестала бояться пропасти, которая так пугала, пролетая над ней на спине дракона, все воспринимается иначе, мировоззрение меняется.

Я в целом стала меньше волноваться, главный страх растворился. Проклятье снято и я не переживала, что Джон оставит меня одну.

Я почти второй раз лишилась жизни, не знаю, почему судьба выбрала меня для всех испытаний. Не считаю себя какой-то особенной, я самая обычная девушка. Правда теперь целительница и жена дракона, о таком и помыслить не могла, но чему удивляться… Жизнь может преподнести самые неожиданные повороты. Хотелось бы, чтобы с нашей семьи их было достаточно.

Ведьма, Хард, Лаура… Кстати, о них. Хард получил десять лет, как по мне, так мало, за все испорченные жизни, за столько принесенного вреда. Но верю, что он получит по заслугам от высших сил, они точно есть, я верю в их справедливость. В этом меня убедило то, что произошло с ведьмой. На каждое действие есть противодействие.

Лаура же… выходит замуж… Ее мать умоляла меня не выдвигать обвинений, но я не стала этого делать не из-за ее просьб, а потому что искренне считала, что мы должны были через это пройти, чтобы получить то, что имеем, кто-то или что-то вело нас… Все могло закончится плохо, но мы справились…

Девушка все же