Жена в наказание, или Дракон в наследство - Надежда Игоревна Соколова

Гарольд дошел до их с Натали спальни, перешагнул порог.

– Ты вовремя, – встретил его голос любимой супруги, – мы с Аннет как раз решаем, кто подойдет Витору. Ну, как жена.

– Сводни, – проворчал Гарольд. – Напился твой Витор, как хряк.

– Из-за чего? – удивилась стоявшая у окна Натали.

– Завидует тебе. И той, которая пришла, и той, которую увели.

Аннет хмыкнула из кресла.

– Завидует? Чему? – искренне не понимала Натали.

– У тебя есть то, чего нет у него, а хочется, – пояснила Аннет. – Деньги, положение в обществе, связи.

– Дурак, – пожала плечами Натали. – Как будто мне все это с неба упало.

Гарольд промолчал, хотя и мог бы напомнить о защите и помощи Яреца.

Наташа проглотила последнюю ложку сладковатой каши, поданной на завтрак, сыто вздохнула, потянулась и, довольная, откинулась на спинку стула. Ей было хорошо. Только мысль о скорых родах немного смущала ее. Магии Наташа до конца не доверяла, а техника тут все еще находилась на уровне Средневековья. И в открытой Наташей больнице никаких сложных операций не делали. Впрочем, голытьба, не имевшая средств, чтобы лечиться магией, была довольна и таким бесплатным лечением.

Восьмой месяц… Восьмой… Как же быстро пролетело время… Казалось, еще вчера Наташа стояла у алтаря с Гарольдом. И вот уже совсем скоро она родит ему наследника. Мальчик. У них будет мальчик. Придворный маг-целитель заявил это с точностью сто процентов месяц назад.

Наташа довольно улыбнулась.

Родственники уехали позавчера. Нашли все-таки Витору невесту и вместе с ней поехали домой, в поместье. Оказалось, Ролья, двоюродная сестра Василины, фрейлины Аннет, была сиротой, бесприданницей и воспитывалась в доме отца Василины из жалости. Она, не раздумывая, согласилась выйти за сына маршала. И пусть у того практически нет денег. Зато в перспективе свой дом и земли, примыкающие к нему. А надел там немаленький. Да и от постылых родственников Ролья была рада съехать, и побыстрее. Так что все оказались в выигрыше.

Родственники… Ох уж эти родственники… Наташа в конечном счете нашла общий язык практически со всеми, кроме Витора. Даже отец, и тот оттаял и признал, что есть ситуации, в которых женщина может зарабатывать себе на жизнь.

Витор же… Он старался как можно реже общаться с Наташей. И, похоже, ему было стыдно. Не перед ней, нет, перед Гарольдом. Как же так, он, бывший военный, наклюкался вдрабадан, «тыкал» кронпринцу, обсуждал с ним его жену, пусть и свою близкую родственницу. В общем, стыд и позор.

Наташе на страдания Витора было пофиг. Реже напиваться станет и ахинею всякую при этом нести. А то ишь, страдалец нашелся.

В дверь постучали, вырывая Наташу из размышлений.

– Войдите, – еще раз потянувшись, крикнула она.

Домашнее платье, темно-синее, скромное, широкое, позволяло встречать любых гостей, включая свекров.

Но порог перешагнула Аннет. Замужество пошло ей на пользу, сгладило резкие девичьи черты. Аннет немного поправилась, у нее начал выступать небольшой животик. Третий месяц, двойня. Как это смог определить врач, Наташа понятия не мела. Но вердикт был вынесен. Джеффри радовался и гордился супругой. Наташа же ей искренне сочувствовала. Попробуй сразу с двумя управься, даже при помощи нянек. Тем более Аннет заявила, что кормить собирается сама.

– У нас проблема, и ее зовут Ирга, – сообщила Аннет, усаживаясь на стул напротив Наташи. – Дважды вдова, толще нас обеих вместе взятых, смесок – оборотница и драконица. Хочет работать в казино. Я знаю, что ты против женщин там.

Наташа изумленно взглянула на подругу.

– Зачем ей этот геморрой?

– Сказала, мужа себе искать будет.

– В казино? – брови Наташи полезли к волосам.

Аннет только плечами пожала.

– Я спросила то же самое. Но она заявила, что лучше места не найти. Что скажешь?

– Да на здоровье, – ошарашенно пробормотала Наташа. – Только пусть бумагу подпишет, что в случае чего отказывается от любых претензий к владельцам казино.

– Я ей это уже предложила. Она согласилась.

Наташа только хмыкнула. Да уж, странные женщины бывают…

Глава 50

Гарольд снова летал под облаками. Его дракон, огромный, мощный, темно-зеленого цвета, снова резко распарывал широкими кожистыми крыльями воздух. Из ноздрей и рта то и дело вырывались клубы дыма и язычки пламени. Гарольд нужно было успокоиться, остыть, прийти в себя.

Восьмой месяц проходил «весело», очень «весело». Натали развлекалась так, что все придворные разбежались по своим имениям, подальше от дурной супруги кронпринца. Даже его родители предпочли до родов переселиться в загородную резиденцию!

Во дворце остались, кроме слуг, только Гарольд и Джеффри с супругами. И если Аннет еще можно было назвать адекватной, по крайней мере, пока, то Натали… Она называла это «пойти вразнос».

Чего стоило одно ее вытье. Даже сейчас, при мысли о том, что случилось пару дней назад, Гарольд рыкнул и выдохнул из себя большие клубы дыма. Она выла, словно оборотень! Джеффри уверял, что так профессионально выть не может даже он, настоящий, потомственный оборотень!

Когда перепуганный слуга прибежал к Гарольду в кабинет и, заикаясь, сообщил, что Натали воет, Гарольд подумал, что ослышался. Не поверив услышанному, он поднялся из-за рабочего стола, отложил бумаги и вышел из комнаты.

Вой он услышал, не дойдя до спальни Натали целых пять шагов. Вой действительно был громким, тоскливым, отчаянным. Так воет самец волка, попавший в капкан, но никак не жена будущего императора.

Переступив порог спальни, Гарольд наткнулся на странную картину: Натали в форме звезды раскинулась на кровати, буквально распласталась на ней, лицом вверх. Прикрыв глаза, она самозабвенно выла. Аларисы сидели в углу и недоуменно смотрели на свою свихнувшуюся хозяйку.

– Перепугаешь оставшихся слуг – будешь мыться сама, – пригрозил Гарольд тогда. – И готовить тоже.

Вой сразу же прекратился.

Натали повернула голову в сторону Гарольда и лениво спросила:

– Ты зачем, ирод, испортил мне всю малину?

«Беременна, – напомнил Гарольд себе, выпуская в небо еще одно кольцо дыма, разбавленное ярко-алым огнем, – она беременна. Аршанах ронт Рошшаран! Сколько еще ждать этих родов?!»

На землю Гарольд спустился минут через сорок-пятьдесят, резво обернулся и уже в человеческой ипостаси вошел во дворец, с главного входа.

В холле его ждал Джеффри.