Будни (не) типичной адептки - Эми Эванс

— В смысле, что и требовалось доказать? — переспросила я.

— Ну, маленький спектакль возымел нужный эффект, — засунув руки в карманы брюк и возведя очи к потолку, заметил Вейланд.

И вид у него при этом был такой самодовольный…

В общем, штурм библиотеки не отменяется.

— Убью гада, — тихо прошипела я вслух, не выдержав той лавины гнева, что меня сейчас окутала.

— Да я не против, — пожал плечами отчего-то развеселившийся сотрудник министерства, — Только при одном условии — если ты меня после этого поцелуешь. Должок-то ты мне так и не вернула.

Обед в столовой я все же пропустила. А еще я пропустила тот момент, когда в пустынном коридоре снова появилась Пелагея.

— О, я смотрю, уже помирились? — поинтересовалась однокурсница, окинув нас с фон Соммером довольным взглядом.

Да мы как бы и ни ссорились. Но пара примирительных поцелуев все же случилась. И прямо посреди коридора академии, где мог пройти любой желающий.

Позор мне, позор!

Но стыда я отчего-то не испытывала. Хотя должна была, как и любая благовоспитанная леди.

Но, то ли с благовоспитанностью вышли проблемки, и родители не впихнули в меня важных знаний, то ли я сама получилась у них как-то уж слишком неправильной. Потому как, всем происходящим я была полностью довольна.

И даже тараканы, вопившие вчера о том, что диплом нам важнее любого кавалера, сегодня уже поменяли точку зрения и сошлись на том, что приятное с полезным можно совместить.

Вейланд ведь и сам не верит, что сбежавшая принцесса где-то бродит в академии. Главное, эту веру в нем поддерживать и ничего лишнего не сболтнуть. И тогда все пройдет прекрасно.

А что будет тогда, когда настанет время покинуть академию и вернуться домой, я предпочла пока не размышлять. Вот когда настанет время, тогда и подумаю.

Но один важный вопрос все еще оставался нерешенным. И я поспешила это исправить:

— Скажи, а зачем это тебе лорд фон Соммер конфеты подарил?

На лице однокурсницы читалась паника, а взгляд ее тут же забегал, но почти сразу устремился к внуку королевского советника, стоящего позади меня.

Та-а-а-ак. Что-то мне это не нравится.

Обернулась, чтобы взглянуть на последнего, который в этот момент показывал Пелагее различные пантомимы, суть которых сводилась к одному — о конфетах мне рассказывать категорически запрещено.

— Наверное, все же прогуляюсь в библиотеку, — принялась размышлять я вслух, — Давно пора изучить раздел со смертельными проклятиями.

Мои размышления к должному эффекту все же привели. Вейланд выпрямился и на шажочек от меня отступил. А Пелагея побледнела, позеленела, потом снова побледнела и неожиданно выпалила:

— Это была взятка!

— Какая еще взятка? — опешила я.

— Ну, лорд фон Соммер сказал, что вы поссорились, и вашему примирению сильно поможет, если я с тобой поговорю и постараюсь убедить тебя в том, что он крайне достойный джентльмен. А мне взамен за это досталась коробка конфет, — как на духу сдала она сообщника, — Ну, правда, Кэсс, не злись. Я ведь ничего плохо и не хотела, все ради твоего счастья.

— И конфет, — мрачно буркнула я.

— И конфет, — не стала отрицать однокурсница, — Но они такие вкусные, что я не устояла…

Зла я на бедную Пелагею не держала. Сама же ее этими конфетами подкармливала. Пристрастила, что называется, к пагубным привычкам.

А вот кавалер, как оказалось, мне достался крайне хитрый и изворотливый. Тут даже обидно стало за собственную глупость и доверчивость.

Это ж надо было повестись на такую очевидную уловку…

Позор мне, позор!

— С этими адептами каши не сваришь, — тем временем недовольно пробурчал Вейланд фон Соммер, чьи махинации и манипуляции неожиданно быстро разоблачили, — Запомните, Пелагея, перед лицом угрозы нужно проявлять стойкость и силу духа.

Адептка первого витка факультета порчи и проклятий явно не осталась в восторге от того факта, что ее теперь еще и отчитывать принялись. Возмущение так и читалось на лице у сокурсницы. И пока она не успела высказать представителю министерства все, что о нем думает, я примирительно ей предложила:

— Хочешь, раздел смертельных проклятий вместе поищем?

— А знаешь? Хочу! — немного поразмыслив, ответила Пелагея.

— Эй! — возмутился тем временем внук королевского советника, — А как же свидание?

— А на свидание, лорд фон Соммер, любая дама должна приходить полностью подготовленной, — с видом знатока заметила однокурсница, — Может, вы крайне опасная личность или преступник? Кто же тогда бедняжку защитит?

— Это я-то? — опешил Вейланд.

— Да кто вас знает, — пожала плечами Пелагея.

После чего схватила меня за руку и потащила прочь.

— И кстати, — добавила она, обернувшись к фон Соммеру, — Конфеты я вам не верну. А Кассандру отпущу лишь после того, как мы изучим все в библиотеке.

Эх, вот так меня и взяли в заложники…

И папеньке даже не пожалуешься на подобный произвол.

— А конфетами хоть поделишься? — шепотом поинтересовалась я у обиженной подельницы фон Соммера.

— Конечно, поделюсь.

Ну, хоть какое-то утешение.

Глава 26

Обижаться на Вейланда фон Соммера долго у меня не получалось. Не сказать, правда, чтобы я пыталась это сделать, скорее наоборот.

Он был очарователен в своей непосредственности. А сочетание мальчишеской непосредственности и тяги к приключениям вместе с готовностью брать на себя ответственность и серьезной должностью дарило свой особый шарм. Жертвой последнего я и стала.

И даже тараканы, бунтующие прежде, приняли единогласное решение о том, что Вейланд фон Соммер идеальный кандидат для романа на несколько месяцев. А после и вовсе добавили, что даже в старости будут вспоминать внука королевского советника и тоскливо вздыхать.

Главное, чтоб эту старость довелось встречать не в предгорьях бок о бок с наследником княжества дикарей.

Так, договорившись с собственными тараканами и инстинктом самосохранения, который немного повопил для проформы, что фон Соммер для нас опасен, а потом слишком быстро сдался, я вот уже три недели наслаждалась головокружительным романом.

Стоит признать, что подобные отношения с представителем знати в родном королевстве мне бы не грозили. Там, если бы папенька решил, что кавалер достойный, сразу же бы обязал жениться. Ну а если бы принял решение, что таких кавалеров нам и даром не надо, дал бы бедолаге отставку.

Подбадривал и тот факт, что Вейланд создавал в академии лишь имитацию бурной деятельности. Нет, он, конечно, проверил списки поступивших в этом году и даже поприсутствовал на занятиях у первокурсников. Но в идею того, что сбежавшая принцесса соседнего королевства находится