Последний призыв - Лисса Рин

Я попробовала было шевельнуть рукой – и тихонько зарычала: да чтоб его! Этот упрямый мешок с костями сейчас с места даже каток не сдвинет. Впрочем, я бы и не сдвигала. Просто проехалась бы по его взбалмошной тушке. Три раза. Взад-вперед да наискосок.

– Тебе помочь, Амелия? – вдруг спросил Торен, выдернув меня из приятных ало-багровых фантазий, после которых мои глаза наконец-то перестали дергаться.

Да, мой сладкий, найди для себя каток. А потом убейся об него!

– Твой организм на пределе, – тихо сообщила я, удивляясь собственному спокойствию. Надо бы почаще фантазировать. – Нам лучше уйти прямо сейчас, если хочешь это сделать своими ногами. Иначе помощь тебе самому скоро понадобится. И сильно сомневаюсь, что твоя подружка захочет тащить твой пованивающий труп.

Я замерла, ощутив необъяснимое чувство тревоги.

– Спасибо, но думаю, я справлюсь, – было очевидно, что Амелии очень приятна такая отзывчивость.

И крайне неприятен собственный отказ, который, очевидно, дался ей с трудом. Хм, возможно, она и не такая уж и безнадежная. В отличие от этого бесполезного тела. Может, поменять телопребывание, пока есть возможность?

– Осталось только разыскать этого обормота, – пробормотала Амелия.

– Не стоит. Обормот нашелся сам, – раздался позади вкрадчивый холодный голос, от которого вздрогнули все трое.

А меня еще и передернуло. В нос ударил знакомый запах, вызывающий желание уползти в ближайшую щель. Цербер!

Я оцепенела.

– Он здесь, – коротко шепнула я и затаилась в нелепой надежде остаться незамеченной.

Вот церберу, к примеру, это удалось просто великолепно!

– О, здравствуйте, – смущенно улыбнулась Амелия незнакомцу и бросила взгляд за плечо Торена.

Он на это не отреагировал. Почти не отреагировал. Торен не шелохнулся, даже бровью не повел, оставаясь внешне спокойным и даже каким-то отрешенным. В то время как внутри него разразилась настоящая буря из эмоций и желаний, превалирующим из которых было желание убивать.

А вот это занятно. Но как же, Багровый забери, не вовремя! В любое другое время я бы обязательно попыталась разобраться в причине столь откровенной неприязни, которую – вот так сюрприз! – мы с Тореном испытывали одновременно. Но сейчас куда важнее было поскорее убраться подальше от цербера, пока он меня не заметил.

Ну же, мой сладкий, не стой столбом! Бегом к выходу. Ну то есть не совсем бегом: это только привлечет лишнее внимание. Торопливым шагом, медленным галопом – да хоть хромой рысью, лишь бы поскорее!

Словно услышав мои мысли, Торен шагнул было вперед, и я возликовала. Но тут меня опалило волной пронизывающего насквозь внимания, и я съежилась в тревожном ожидании чего-то неотвратимого.

– О, вы, наверное, мой предполагаемый куратор, – обратился к Торену холодный голос, а затем раздались уверенные шаги.

Плечи Торена вздрогнули, и он остановился. Я едва не застонала.

– Торен Райз, если я правильно помню. – Голос незнакомца быстро приближался, и вместе с ним таяла моя надежда на благоприятный исход. – Мне сказали, что сегодня вы в отгуле, поэтому я не ожидал вас встретить.

А уж мы-то как не ожидали! Не ждали, не надеялись. И век бы не видели!

Ну чего ты стоишь, Торен? Он тебе никто, и ты ему ничем не обязан. В другой день пообщаетесь, без меня. А сейчас просто уходи, пока этот цербер…

Погодите-ка. Не просто какой-то там цербер.

Я принюхалась. Не может быть! Это же он! Тот самый цербер, которого я видела незадолго до призыва Тореном! Да, эфир у них у всех довольно схож, но все же, если очень принюхаться, то можно уловить едва различимые нотки, присущие конкретному церберу. Другое дело, что нюхать этих мусорщиков не хочется категорически. И не столько из-за их крайне своеобразного аромата, который они приобретают в силу специфики своих обязанностей, сколько по причине этих самых обязанностей, в список которых не желает входить ни один предвечный.

Потому как выбраться из этого списка без потерь практически невозможно.

– Меня зовут Андор вало Беард. Приятно познакомиться, Торен.

Я так и застыла.

Голос остановился в нескольких шагах от нас, и я закрыла глаза в попытке максимально сконцентрироваться и не дать своему эфиру распространиться за пределы тела Торена.

До чего же паршивое ощущение! Будто беспомощный грызун в запертой клетке, за прутьями которой хищно притаился огромный голодный кот.

Нет, стой! Не оборачивайся! Да чтоб тебя!..

– Торен Райз. Взаимно, – коротко ответил Торен, мельком взглянув на протянутую в приветственном жесте мужскую ладонь.

Я с силой сжала зубы. Да чтоб их пробрало с этими их приветствиями и ритуалами! Сейчас Торен пожмет руку, что позволит Андору тщательно просканировать его эфир вдоль и поперек. И тут уж концентрируйся не концентрируйся – один бес меня вычислят.

Но Торен, к моему удивлению, с ответным рукопожатием не торопился. Напротив, скрестив руки на груди, он оценивающе посмотрел на Андора.

Избежав при это прямого контакта глаз!

Это что же, выходит, он помнил о том, что я говорила? Ну ты даешь, человече!

Да и Андор не отставал. В прошлый раз, помнится, он выглядел немного иначе: этаким смазливым блондином модельной внешности. Сейчас же передо мной стоял высокий плечистый мужчина с угольно-черными волосами и пронзительным, пробирающим насквозь взглядом.

Ни дать ни взять – демон-Страж!

– Не хочу вас заразить, – коротко пояснил Торен свою неприветливость и отступил на шаг назад.

Андор кивнул и широко улыбнулся, но в его черных глазах полыхнуло злое пламя. Он буквально впился в Торена немигающим взглядом.

Я практически скукожилась. Только бы не увидел, не узнал.

– А выглядите вы бодрячком, – произнес Андор и подался вперед. – Хотя, знаете, – его глаза сузились, – тут к вам что-то пристало. – И он протянул руку.

Мы среагировали мгновенно. Торен попятился, рассчитывая избежать контакта, я же, напротив, пошла в наступление и перехватила ладонь цербера у самого плеча Торена.

– Верно, – зло прошептала я и впилась отросшими когтями в нежную плоть сосуда Андора. – Как привязалось, так все не отцепится. – Я смело посмотрела прямо ему в глаза и зловеще ухмыльнулась. – Давно не виделись, вало Беард.

Глава 13

Тусклое солнце после безрезультатных попыток отогреть застывший в мерзлом параличе город обиженно сверкнуло последними лучами и поспешило укутаться в саван грязно-серой тучи. Мрачное унылое утро сменилось не менее унылыми сумерками, лишив и без того короткий осенний день возможности себя хоть как-то проявить.

С потемневшего неба сыпанул колючий мелкий снег и, подхваченный холодным ветром, резво понесся вдоль улиц, тихонько царапаясь в окна, словно бездомный кот. Такой же «кот» поселился у резных окошек летней кухни, время от времени