Запретные прикосновения - Ребекка Ройс

— Если бы ты пустился в бега, они всё равно нашли бы тебя. И её. Именно так они работают. — Джин помолчал. — Поверь, я понимаю. Я такой же, как они. Могущество не приходит к тем, кто отступает.

Впервые в жизни Бен понял, что действительно может понять брата. Потому что Джин никогда не остановится. Никогда.

Дверь с грохотом распахнулась, и оба обернулись. На миг Бен не поверил своим глазам — перед ним стоял человек, которого он не ожидал увидеть снова. За прошедшие пять лет тот постарел, как и все они, но Бен безошибочно узнал Романа Льюиса — агента «Гнева», появившегося в их жизни, когда он работал с Семь.

— Роман Льюис? — выдохнул Бен.

Джин метнул на него настороженный взгляд.

— Ты его знаешь?

Бен заметил, как рука Джина машинально скользнула к пиджаку, туда, где под тканью прятался револьвер.

— Мы встречались однажды. Он из «Гнева».

Джин нахмурился.

— Это как-то не внушает доверия.

Роман поднял руки ладонями вверх, показывая, что не намерен нападать.

— Спокойнее, господа. Если бы я пришёл причинить вам вред, вы бы ни увидели, ни услышали, как я захожу.

И Бен понимал — это чистая правда. Он кивнул брату, и тот нехотя убрал руку из кармана. Ещё несколько лет назад Бена тревожила мысль, что Джин, возможно, убивал людей. Теперь же… мир был полон тех, кто заслуживал смерти. И если подобные размышления делали его плохим человеком — пусть будет так.

— Так чего ты хочешь, Роман? — как можно небрежнее спросил Бен, скользнув взглядом к письму Шири, которое поспешно сунул под органайзер на столе. Последнее, чего он хотел, — чтобы Роман его нашёл.

— Пришёл по просьбе нашего общего друга, — спокойно произнёс тот. — Он попросил убедиться, что с вами всё в порядке.

Бен покачал головой.

— У нас нет общих друзей, Роман. Я уничтожаю тех, кто заставляет тебя носить эти дорогие костюмы. Мне от тебя ничего не нужно.

Роман ухмыльнулся.

— Когда-нибудь придётся извиниться за эти слова. Поверь, настанет день.

— Если ты закончил, можешь исчезнуть так же тихо, как появился.

Джин кашлянул, пытаясь разрядить обстановку.

— Может, всё же выслушаешь его?

— Нет, — отрезал Бен. Сам он не до конца понимал, откуда в нём столько злости. Возможно, потому что где-то в глубине души винил Романа за то, что тот не спас Семь. Иррационально? Наверное. Но ему было плевать.

Роман бросил взгляд на часы.

— Включи телевизор.

— Что?

Роман кивнул висевший на стене на телевизор.

— Телевизор, — повторил он спокойно. — Или я включу сам.

Джин, помедлив, взял пульт и нажал кнопку. Бен не помнил, когда они вообще пользовались этой штукой. Похоже, Джин настоял на её покупке лет пять назад. Всё происходящее казалось каким-то смутным, будто сквозь дымку.

На экране дрожал репортёрский микрофон, женщина кричала в камеру, за её спиной полыхало огромное здание. Бен прищурился — он знал это место.

— Всё верно, Пенелопа, — кричала корреспондентка, — я стою перед зданием «Полумесяца», где содержится и контролируется «аномальное» население юго-восточного сектора. По нашим данным, всего несколько минут назад внутри прогремело не менее десяти взрывов.

Из динамиков донёсся голос ведущей:

— Сабин, есть ли информация о жертвах и удалось ли кому-то из «аномальных» сбежать?

— Пока неясно, — ответила Сабин, глядя в камеру. — Здесь настоящий хаос. Нам сообщили, что некоторым удалось выбраться до того, как огонь охватил здание. Мадам Джоан Мартин, директор «Полумесяца», предположительно выжила.

За их спинами Роман выругался. Бен застыл, уставившись на экран. Радость и ужас смешались в нём, как вода и пепел. Радость — потому что кто-то всё-таки сумел уничтожить это проклятое место. Ужас — потому что Мадам осталась жива.

— Разве ты не должен сейчас помогать ловить тех, кто вырвался? — бросил он.

Джин тяжело выдохнул.

— Бен…

Но Роман перебил:

— Послушай. Моя жизнь стала бы куда лучше, если бы ты умер. Поверь, я говорю это без злобы — просто факт. Всё, чего я хотел многие годы, я бы получил, случись это. Но…

— Я не знаю, в какую игру ты играешь, Роман, но…

— Замолчи и послушай! — резко перебил тот. —  Я здесь, чтобы спасти твою задницу, потому что, как оказалось, ты на самом деле достойный человек. Через десять минут сюда приедет полиция. Ты стал слишком известен как адвокат, защищающий «аномальных». Они захотят тебя допросить.

Джин нахмурился.

— Откуда ты…

— Я просто знаю, — отрезал Роман. —  И это всё, что тебе нужно знать. Мне пора исчезнуть.  А вам следует помалкивать.

— О чём? Мы ни черта на знаем, — буркнул Джин.

— Ошибаешься, — Роман шагнул ближе. — Вы оба знаете. Или, по крайней мере, знали, но временно забудете. Имя — Шири Робертс.

Бен сжал кулаки.

— Что ты о ней знаешь? Если ты хоть пальцем тронул её, «Гнев», я…

— И что ты сделаешь? — холодно рассмеялся Роман. — Я вообще-то из-за Шири здесь. У полиции будут телепаты, агенты «Гнева», способные вытащить из тебя всё, что ты скрываешь.

Джин выругался.

— И как, по-твоему, нам этого избежать?

— Вы забудете, — спокойно ответил Роман. — Временно.

Бен медленно выдохнул.

— Ты собираешься стереть нам память о ней.

— И забрать всю переписку, — кивнул Роман. — Включая письмо, которое ты только что спрятал под органайзер.

Бен сглотнул. Неприятно было признавать, но в его словах был смысл.

— И откуда мне знать, что ты вернёшь эти воспоминания? Что не заберёшь всё остальное?

Роман снова посмотрел на часы.

— Не знаешь. Но подумай: я мог бы сделать это молча, и ты бы даже не понял. Я хотя бы сказал тебе правду. Это уже что-то.

— Но...

Бен хотел возразить, но шум на экране отвлёк его. Бен повернулся. На экране — мужчина, сидящий в кресле; его лицо и тело скрывали тени, не давая рассмотреть. Он начал говорить.

Бен бросил взгляд на Джина — тот тёр виски.

Что случилось? Да, были взрывы в «Полумесяце». Но что ещё?

Бена охватило лёгкое смятение, но странным образом ему было всё равно. Он чувствовал необъяснимое спокойствие и никак не мог выбросить из головы песню «Завтра»