Уникальная помощница для следователя-орка - Дита Терми
Что во мне такого особенного? Я ведь простая аристократка. Мои родители были обычными госслужащими. Мы ничем не выделялись из окружения… Или… Или, выходит, было в семействе Тинкер что-то, чего я не знала?
– Постойте, – вскрикиваю я. – Я точно не та, кто вам нужен!
– Ошибаешься, Элеонора. Ты – та самая. Только в твоей семье раскрылся дар видения. И он идеально подходит для наших целей.
Она заносит шприц. Острие блестит в тусклом свете, устремляясь к моей шее. Я зажмуриваюсь, пытаюсь вырваться, но её хватка слишком сильна. Это конец.
Глава 30. Доверие
Блестящее острие шприца уже касается моей кожи. По телу прокатываются ледяные мурашки паники. В глазах женщины – холодный, научный интерес, будто она наблюдает за экспериментом. И от этого её отстранённого взгляда мне становится только ещё хуже.
Они точно тут все психи! Собрались, чтобы собрать какое-то оружие, наделить его магией, используя мою кровь, а потом… я умру и даже не узнаю, ради чего была принесена в жертву этими преступниками!
Но погоревать о своей судьбе и о том, элементом какого ужаса я стала, мне не удаётся. И это не из-за того, что меня вырубает эта женщина. Нет. Она не успевает. Зато в тёмном проходе появляется знакомая огромная фигура.
Бронк! Его рык сотрясает воздух сильнее любого выстрела. Женщина на долю секунды отвлекается на него, и этого достаточно, чтобы вся партия мгновенно переигралась.
Мой невероятный босс хватает её запястье со шприцом, сжимая его со всей дури. Его сила такая несокрушимая и мощная, что она вскрикивает от боли. Бронк, не выпуская её руки, разворачивает её же собственную кисть. Блестящее острие описывает дугу и вонзается ей в шею.
Наша преступница замирает, её глаза расширяются от непонимания, на миг проясняются осознанием, но следом уже закатываются. Её тело обмякает и падает на бетон, как тряпичная кукла.
Я изумлённо смотрю на эту красотку, развалившуюся у моих ног. Чёрт побери, если бы Бронк не успел, я бы сама сейчас была вот такой же безжизненной. Эта мысль пугает так, что я вдохнуть от шока не могу.
– Дыши, Элли, – дёргает Бронк меня на себя.
Я впечатываюсь в его мощную грудь и дышу. Дышу его ароматом, от которого у меня кружится голова. Цепляюсь за его плечи, как за самую надёжную опору. Хочу успокоиться. С ним безопасно. Да я больше ни на секунду от него не отойду!
Вот же дурочка. Зачем полезла геройствовать?
Но тут вдруг в нашу идиллию врывается какой-то посторонний звук. Будто по сигналу, из-за вентиляционных блоков, из тени выскакивают люди. Их лица скрыты масками, в руках – оружие. Стрельба начинается мгновенно. Свист зарядов прорезает воздух.
Бронк рывком бросает меня на пол, прикрывая своим телом. Пули со звоном отскакивают от металлических конструкций. К счастью, пока нас ничего не задевает, но это временное явление. Мы просто слишком близко лежим к пострадавшей от своего же шприца женщине. Они явно не хотят её задеть.
– В укрытие! – гремит Бронк.
Одним мощным движением он дёргает меня за собой, подрывая с места и прикрывая опять же собой. Нам удаётся ускользнуть от пуль. Мы прячемся за ближайшим металлическим блоком. Сердце от ужаса выскакивает из груди. Ловушка оказалась ещё более опасной, чем можно было предположить.
А что, если все посетители здесь наверху – не праздно шатающиеся любители артефактов, а все собирались тут по нашу душу? Я бы рада проверить догадку, и включить свой дар, но перестрелка очень уж отвлекает. Не могу сосредоточиться. И кроме собственных ощущений, которые захлёстывают меня с головой, больше ничего не чувствую.
До ужаса страшно. Так, что ноги подкашиваются. Так, что сердце выскакивает. Так, что ладони потеют. Единственное, что мне получается делать – дышать. Часто, быстро, до головокружения.
Пули барабанят где-то рядом с нами. На нас могут напасть с двух сторон. Так себе укрытие. А ещё преимущество явно на их стороне. Нас двое, их как минимум четверо, а то и больше. Плюс охотник. Он явно не обрадуется, что мы вырубили его ненаглядную.
Бронк тяжело дышит, выхватывает свой пистолет. Он стреляет почти не глядя, точными, экономными выстрелами. Один из нападавших падает, на миг показавшись рядом с нашим укрытием.
Но их слишком много. Пули не бесконечны. И нас окружают.
Бронк поворачивается ко мне. В его глазах нет паники, только ледяное спокойствие. Не босс в перестрелке, а железобетонное основание. Мне бы хоть каплю его уверенности. Я вообще-то рассчитывала на наше «долго и счастливо», а не на то, что геройской смертью паду на очередном задании.
– Элли, – спрашивает Бронк твёрдо, – ты мне доверяешь?
Я смотрю в его глаза, в эту тёмную бездну, полную свинца и огня, и вижу там наше утро, его нежность, его обещание. Вижу его ярость, когда он защищал меня. И ещё я помню, что почувствовала, когда была с ним в машине. Это безграничную любовь, от которой перехватывало дыхание.
– Безусловно, – киваю я уверенно.
Хоть что-то в этом адском хаосе неизменно. Это моя любовь к нему и доверие. Что бы он ни сделал и ни сказал – я верю ему. И я буду делать так, как он скажет.
Бронк коротко, резко кивает. Быстрым движением срывает с себя широкий кожаный ремень. Обхватывает меня за талию, прижимая к себе так крепко, что рёбра трещат. Его пальцы ловко обматывают ремень вокруг нас обоих, затягивая его одной сильной петлей.
Я чувствую каждую мышцу его тела, каждое сердцебиение его сердца. И я ни черта не понимаю. Что происходит?!
– Тогда держись, – говорит он мне в самое ухо. И в его голосе вдруг прорывается отчаянная, безумная дерзость. – Держись изо всех сил, милая.
Он делает шаг назад. Ещё один. Моя спина упирается в низкий бетонный парапет на краю крыши. За ним – чёрная бездна, усыпанная крошечными, далекими огнями Нижнего Города. Высота вызывает тошнотворный ужас.
Что?! Он ведь это несерьёзно?
Боги, мы
