Развод для попаданки, или Верните мне дракона! - Матильда Старр

После визита в милый домик, любезно предоставленный князем своей вероломной обманщице-жене, я была почти спокойна за свое будущее и хотела бы, чтобы оно наступило как можно скорее.

Стены замка, казалось, давили на меня. А присутствие рядом князя и вовсе сводило с ума. То, что я испытывала, когда он находился рядом, мне совсем не нравилось. И сама себе я не очень нравилась. Слишком уж мало оставалось от той спокойной, рациональной, умудренной опытом меня, к которой я привыкла. Вот и сейчас: мы вроде бы ссоримся, я зла и обижена на него, а стоит взгляду скользнуть по его губам или по широким плечам – и мысли в голове появляются совсем не те…

– Неужели так не терпится? – хмыкнул он. – Поклонники заждались?

И тут меня прорвало. Я вскочила и швырнула в него ложкой – промахнулась, конечно. Ложка звякнула о мраморный пол.

– Это же вы хотели поскорее от меня избавиться! – воскликнула я, не сдерживаясь больше. – Так радуйтесь: все идет, как вам хотелось! И вообще, вам не должно быть дела до того, кто там меня ждет!

– Не должно, – произнес князь тихо. – Но почему-то есть.

И прежде, чем я успела что-то сказать, он шагнул ко мне и схватил за плечи. Пальцы впились почти до боли.

И взгляд тоже… впился.

Он смотрел так, словно пытался заглянуть мне в душу, прожечь насквозь, добраться до самой сути.

Время словно остановилось. Не было больше ни комнаты, ни замка, ни внешнего мира – только мы двое и раскаленный воздух, которым было тяжело дышать. Я замерла, не в силах пошевельнуться, не в силах оторвать взгляд. Что-то первобытное, пугающее и неудержимо манящее было в глазах князя. Он наклонился еще чуть ближе, горячее дыхание коснулось моей кожи. Неужели… поцелует?

Обида, злость, страх – все это разом растворилось, исчезло. Осталось только невыносимое, натянутое до предела ожидание.

Глава 18

Еще несколько долгих мгновений длилось это странное противостояние, а потом князь резко выпустил меня из рук и сделал шаг назад. Я качнулась, едва не потеряв равновесие.

– Проведем обряд завтра, – сказал он коротко и направился к двери.

Завтра? Так скоро?

Я открыла рот, чтобы спросить: в котором часу, что для обряда потребуется, – но он уже вышел, оставив меня наедине с моими мыслями.

Я устало опустилась в кресло.

Завтра… Значит, завтра все закончится. Меня изгонят из замка, лишат титула, и я стану… свободной.

Я потерла виски, где начинала пульсировать головная боль. Нужно было думать, планировать, но мысли разбегались, как напуганные котом мыши.

Долго бы я еще сидела в этом смятении чувств, разглядывая остывший обед, но в дверь постучали.

– Входите, – устало отозвалась я.

В комнату влетели мои три верные спутницы, и по их лицам сразу стало ясно: случилось что-то из ряда вон выходящее.

– Ваша светлость! – запыхавшись, выпалила одна из них. – Прибыла ваша матушка!

У меня в животе все похолодело.

– Что? Как? – переспросила я, надеясь, что ослышалась

– Герцогиня…– подтвердила вторая девица. – Только что приехала. И… – она сглотнула, – хочет видеть вас немедленно.

Боже мой. Мать. Настоящая мать княгини. Женщина, которая родила и воспитывала ту, чье тело я сейчас занимаю. Она-то точно поймет, что я не ее дочь! Материнское сердце, интуиция, все дела…

– Она… она сказала, зачем приехала? – спросила я, чувствуя, как пересыхает горло.

Девицы переглянулись.

– Нет, ваша светлость. Только потребовала немедленной встречи.

Прекрасно. Просто замечательно. Мало мне было проблем с мужем-драконом, южным князем-совратителем и завтрашним обрядом, так теперь еще и мать нагрянула.

– Где она сейчас?

– В малой приемной зале. Ей подали чай и сладости…

Девушки выглядели явно испуганными.

– Хорошая идея, молодцы, – кивнула я. – Ну что, не будем заставлять матушку ждать? Проводите меня…

Девицы снова переглянулись, и я поняла, что опять сказала что-то не то.

На этот раз долгой паузы не последовало. Видимо, ситуацию признали слишком серьезной для того, чтобы отвлекаться на ерунду.

– Конечно, – согласились они. – Только сначала нужно привести вас в подобающий вид…

И началось. Меня одевали с такой тщательностью, что торжественный прием там и рядом не стоял. И очень быстро!

Не прошло и четверти часа, а каждая складка платья была расправлена до идеального состояния, волосы уложены так, что ни одна прядка не смела выбиться из прически.

Девицы суетились, поправляли, корректировали, и с каждой их манипуляцией мое беспокойство росло. Если они так тщательно готовят меня к встрече, значит, мать у меня действительно не самая приятная женщина на свете. Скорее всего, из тех, кто замечает каждую мелочь и готов устроить скандал из-за неправильно повязанной ленточки.

А тут не ленточка не та, а вся дочь!

– Последний штрих. – Одна из девиц подошла ко мне с флакончиком духов. – Ее любимые – с розой и жасмином.

– Да, конечно, – согласилась я.

Кстати, я все еще понятия не имела, какие духи предпочитала настоящая Аннабель. Впрочем, какая разница. Главное, что духи нравятся ее матери.

Наконец, когда я была приведена в состояние, достойное приема королевы, девицы отступили и критически меня оценили.

– Кажется, все как надо, – удовлетворенно кивнула одна.

– Придраться не к чему, – поддержала вторая. – Все идеально.

– Дай бог, – пробормотала третья, и по ее тону я поняла: они сами не очень-то в этом уверены.

Отлично. Значит, мне предстоит встреча с женщиной, которая способна придраться к чему угодно, замечает все чужие недостатки, обладает орлиным зрением и крайне скверным характером. И которая может с одного взгляда понять, что перед ней не ее дочь.

Ну что ж. Пора идти знакомиться с мамочкой.

Малая приемная показалась мне очень неуютной, несмотря на мягкий свет из высоких окон и изящную мебель. Может, дело было в женщине, что стояла у окна спиной ко мне? От нее словно веяло холодом.

Услышав мои шаги, она обернулась, и мне сразу стало не по себе.

Передо мной стояла женщина лет пятидесяти с небольшим, еще красивая, но красота эта была поистине ледяной. Губы сжаты в линию, острый подбородок, высокомерно вздернутый нос. Глаза – те же серо-голубые, что и у меня, но холодные, как зимнее небо. Волосы – то ли седые, то ли выбеленные – гладко зачесаны назад и собраны в тугой узел, ни одна прядка не смела выбиться из строгой прически. Темное платье сидело на ней как броня, и держалась она подчеркнуто прямо.

Как аршин проглотила – мелькнуло в голове, и мне тут же захотелось извиниться