Маска честности - Анна Роквелл

– Какой парень? – осторожно уточнила я.

– Высокий, кудрявый, накачанный.

Исчерпывающее описание, ничего не сказать. В городе миллион таких парней.

– О чем спрашивал?

– Часто ли ты тут бываешь. Когда. Знаю ли я, как тебя зовут. Он был такой обаятельный… Но ты не подумай, я ничего личного не рассказала! Ответила, что ты со своим бойфрендом частенько приходишь, но я не обращала внимания, когда именно. Мне не хотелось быть грубой. Но я постаралась сразу дать понять, что встречи с тобой искать нет смысла.

– Спасибо, Бренди! – искренне поблагодарила я.

– Правда, это не слишком помогло. Он попросил передать тебе записку, если я вдруг увижу тебя снова. Держи. – Она вытащила из кармана бумажку и протянула мне. – Я не хотела брать, но красавчик подмигнул и положил десятку в банку с чаевыми.

Девушка виновато улыбнулась.

– Ничего, – подбодрила ее я. – Передать записку – не криминал. Вряд ли там что-то опасное для жизни.

Вернулся Джейк и с возгласом: «Один капучино для Саманты!» встал к кофемашине.

Я посмотрела на бумажку у себя в руке и прикусила губу. Сердце предательски забилось чаще, а ладони вспотели. Выкинуть или развернуть? Выкинуть или развернуть? Решить я не смогла и просто сунула ее в карман.

* * *

Домой я вернулась в начале двенадцатого. В квартире было пусто и темно. Оливер с работы не пришел. Телефон тоже молчал. Задержки задержками, но такого уже давным-давно не было.

«Дома. Открывай сам», – отправила я и пошла переодеваться.

Смыла макияж. Душ. Сложила вещи для прачечной. Побродила по квартире. Съела яблоко.

А мысли каждый раз возвращались к записке.

Без сомнений, ее написал Райан. Кто бы еще стал расспрашивать обо мне? Но что он мог там написать?

Я достала бумажку. Положила на стол. И долго на нее смотрела.

– Ну же, Сэм! Это не ядовитая змея. Она не кусается! – вслух подбодрила я себя. Выдохнула и открыла.

«Видел тебя сегодня. Синие волосы – класс! Если ты в городе надолго – позвони. P. S. На случай, если ты потеряла мой номер, – вот он». И одиннадцать цифр, которые до сих пор хранятся в моем старом телефоне.

Сердце на секунду замерло, а потом забилось как обычно. Спасибо, тело, что приступа паники не случилось. Только перед глазами всплыло его загорелое улыбающееся лицо. Я тяжело вздохнула.

И что мне теперь делать? И нужно ли вообще что-либо делать? Выкинуть записку или позвонить? Ну позвоню… А дальше что? О чем говорить? Как объяснять? Миллион вопросов!

– А-а-а-а! – громко простонала я.

В этот момент в замке повернулись ключи и в двери появился Оливер.

– Я слышал жуткий стон. Что случилось? – настороженно спросил мужчина, заходя в квартиру.

Я сжала руку в кулак, пряча в нем записку.

– Я призывала дьявольские силы, чтобы они покарали бойфренда, шляющегося по ночам. Где ты был? – строго спросила я и приняла оборонительную стойку.

– На работе, – медленно ответил Оливер. – Спина прямая. Руки сложены на груди. В глазах лед. Я провинился?

– И ты еще спрашиваешь? – возмущенно воскликнула я. – Ты не ответил ни на одно мое сообщение! Ты не пришел на ужин. Оливер, какого черта?!

– Ужин! Точно! – Он хлопнул себя по лбу. – Так и знал, что забуду о чем-то важном. Прости, Сэм! В приложении обнаружили серьезные дыры в безопасности. Это не моя вина, но я ведь курировал проект. Сначала распинали меня, потом я – свою команду. Потом мы в срочном порядке придумывали, как решить проблему. К тому же у меня сел телефон. Я забыл провод дома…

Я фыркнула, махнула рукой и отвернулась: ничего нового я не услышу.

Он терял провода от зарядки, забывал аккумулятор дома и не сильно переживал, когда телефон разряжался. Ну правда, что может случиться? Кому он может понадобиться? Ведь он уже на работе!

– Сэм, ну прости! – взмолился Мерфи, отбрасывая пиджак и рюкзак на диван. – Я не со зла! Я не специально. Но эти придурки ничего без меня не могут, ты же знаешь. Обещаю, я куплю еще десяток аккумуляторов и проводов и рассую их по всем рюкзакам, сумкам и письменным столам. Родная, прости.

Оливер подошел ко мне со спины и обнял.

– Не сердись, пожалуйста! – прошептал он и потерся носом о мое ухо.

Я опять вздохнула.

Да, я знаю, что он одержим работой. Да, меня это раздражает, и сильно. И да, я сама решила оставаться рядом, несмотря на все минусы отношений с Оливером. Я всегда старалась быть взрослой, терпеливой и понимающей. Но не сегодня. Не сегодня!

– Ты пригласил меня на свидание и не пришел. Это свинство! Мне пришлось два часа просидеть одной в переполненном ресторане, чтобы в конце концов пересесть за столик для брошенок. Оливер, столик для брошенок!

– Никто их так не называет…

– Оливер, тебе-то откуда знать! – возмутилась я, высвобождаясь из его рук. – Я-то всегда прихожу вовремя! Я вообще никогда не видела мужчин за этими убогими столами на одного. Там всегда только женщины! Да кто вообще держит столики на одного? Что это за зона одиночества и общественного сочувствия?

– Сэм, мне кажется, ты утрируешь. Я уверен, что там сидят не только женщины…

Я ответила ему злобным прищуром, и мужчина прикусил язык.

– Мы можем сходить куда-нибудь завтра? – осторожно предложил он.

– Да к черту все эти походы! Я лучше дома вина выпью. Веселья больше, а какая экономия.

– Сэм, не злись… Что мне сделать, чтобы загладить свою вину?

Я задумалась. Мой обиженный мозг быстро перебирал в голове развлечения, от которых Оливер старательно отлынивал в последнее время.

– Выставка в галерее «Файв о'клок»! Суббота. Только ты и я. На твое счастье, Лидия там уже была. Значит, от бесконечного общения с богемой ты огражден.

Оливер облегченно вздохнул, но потом понял, что где-то должен быть подвох.

– Стоп. «Файв о'клок». Эта та, что в Гарлеме? Серьезно?

– Она самая. У нас будет последний шанс посмотреть на творения великого Шабарда!

– Но туда так далеко ехать! И кто такой Шабард?

– Откуда я знаю! – вспылила я. – Но Лидия сказала, что выставка шикарная и каждый уважающий себя человек должен на нее посмотреть.

– Саманта… – умоляюще протянул Оливер.

На него было жалко смотреть. Он знал, что провинился и должен мне. Но при этом Мерфи терпеть не мог выставки современных малоизвестных художников. Тем более авангардных. Тем более в Гарлеме.

– Саманта, я не могу в субботу. Может, в воскресенье?

– Нет. Суббота – последний день! – Я нахмурилась. – И когда ты успел обзавестись планами на выходные?

– Недавно… – тихо отозвался он.

Я пыхтела как разъяренный паровоз, демонстрируя, насколько я