Дефективные: Разрушение и созидание - Лия Виата

— Не прощаю и никогда не прощу. Ты же не думал Гарольд, что я действительно могу просто сбежать? Месть — блюдо, которое подают холодным и сейчас оно достигло нужной температуры, — впервые в жизни видела старика таким злым. — Ты обвиняешь Кессиди фон Резерфорд в измене? Тогда попрошу тебя принять обратные обвинения.

Саймон открыл блокнот и продемонстрировал первую страницу.

— Здесь говорится о продовольственных махинациях. Их организовал Флойен под покровительством Валленбергов. Доказательства прилагаются, однако принц, итак хорошо с этим разобрался, — старик перелистал несколько страниц. — Вот это о внезапной эпидемии, которую вывел ЦИиР, когда Тезерия решил подлизать Валленбергу. Уверяю тебя Вилен, ноги твоей в центре больше не будет.

Увидела, как отец Литии побледнел и сжался. Флойен на суд даже не пришёл. Тем временем Саймон продолжал листать свой блокнот.

— На поиск этой информации и доказательств у меня ушло почти шесть лет. Теперь готов официально рассказать и доказать, что Гарольд фон Валленберг виновен в смерти Карины фон Резерфорд, Инессы фон Резерфорд и…

Тут Саймон замолчал и посмотрел в глаза королю. Дамиан медленно и осторожно кивнул.

— Саранны Ерби Ланкастер, первой королевы, — закончил Саймон, создав оглушительную тишину. — Со всеми данными может ознакомится каждый присутствующий.

Он подошёл к королевскому столу и положил на него блокнот. Под лёгкий взмах руки короля Валленберга арестовали. Мужчина попытался что-то сказать, но стража выволокла его из зала.

— Уже начал думать, что ты правда умер, — слабо улыбнулся король.

— Ещё чего. Ты меня всё это время слишком хорошо покрывал. Обещание его уничтожить я сдержал, а остальное за тобой, — широко улыбнулся Саймон.

— Мог бы и побыстрее, — раздражённо вздохнула Ерлине.

— Пытался работать из комы как мог, ваше величество, — съязвил старик.

— Вы всё это подстроили? — неожиданно вклинился в разговор Эйн.

— Ты же не думал, что твой отец действительно бросил Асканию и свою семью? — подмигнул Саймон, заставив принца смутиться.

С меня сняли удержатели. Болезненно потерла запястья и злобно уставилась на старика.

— Между прочим, я тебе жизнь спас, — хмуро произнёс он.

— Между прочим, если бы всё рассказал, то и спасать было бы не надо, — всё ещё сердилась я.

— Кстати, о правде… Кажется, всё-таки забыл тебе сказать, но Валленберг прав, — спокойно сказал Саймон.

— В чем именно прав? Что я изменщица или что сплю с Даном? — ещё больше распалилась я.

— Конечно, нет. В том, что ты не больна, — проигнорировал он мои выпады.

— Как это? — резко опешила от его слов.

— Не знаю под чем был врач, когда ставил тебе диагноз, но догадываюсь о том, что после проверки в утробе никаких проверок не было. Глупая и безответственная врачебная ошибка, — покачал головой старик.

— Давно ты в курсе? — спросила, прищурив глаза.

— Тебе, кажется, лет четырнадцать или пятнадцать было, когда ради интереса проверил, — Саймон попятился. — У меня постоянно на языке крутилось. Думал, что рассказал.

От злости сжала руки в кулаки. Предложение побить его сейчас стало очень заманчивым.

— Не хотелось бы прерывать, но у нас есть ещё одна проблема, — неловко подошёл к нам Зирк и многозначительно посмотрел на меня.

— Говори здесь, — переключила на него внимание.

— Думаю, Шерии очень не понравился тот факт, что тебя обвинили в измене, — промямлил он, стараясь не сталкиваться взглядом с королевской семьёй.

— Вернее настолько не понравится, что она поднимает сейчас полномасштабную революцию, — сказала Ханна, подходя к нам.

Она сделала изящный реверанс, напомнив Зирку, что он не поздоровался с королевской семьёй. Мальчишка попытался поклониться и чуть не упал, но его вовремя схватил за шкирку Дан.

— Это слишком… — попыталась отмахнуться от слов Ханны.

— Нет, это факт, — прервал меня Раф и сунул мне под нос сообщение.

Заметила, что к нашему разговору вновь стали прислушиваться. Не смотря на этикет друзей, которые пытались хоть как-то поприветствовать королевскую чету, уставилась на короткое сообщение.

258 год новой эры, 16 день первого весеннего месяца, 1 час после полудня. Лишь секунды разделяют этот мир на до и после. Мы готовы. Время этой дефективной системы и аристократии вышло. Пора избавиться от ужасных кукловодов.

Ваша, такая же как все, Куколка.

Глава 25

Бринэйнн

Время до суда показалось мне мучительным кошмаром, в котором пришёл к выводу, что придётся сдаться. Как можно было вырасти таким глупым и упрямым? Почему не заметил, что Валленберг просто не проявлял интерес ко мне? Теперь же всё рухнуло. Он выиграл. Не могу позволить ему убить Кессиди. С самого начала знал, что отношения не приведут к чему-то хорошему, но позволил этому случится.

Сейчас нас просто загнали в угол. Все думали, что суд будет проходить над Кесси, но он шёл надо мной. Валленберг проверял границы моего терпения. От бессилия хотелось кричать, но сохранял внешнее спокойствие.

Когда явился Саймон, решил, что успел заснуть. Это было вполне возможно, если учесть, что последние дни практически не спал. Осознание реальности происходило медленно и со скрипом. От правды мне стало ужасно стыдно. Если отец действительно всё это время защищал всех и копал под премьер-министра, то я на его фоне был ещё более глупым, чем думал об этом ранее.

Окончательно растерявшись, даже не знал имею ли теперь право рот открывать. Отец столько всего от меня выслушал за эти года. Кажется, вокруг что-то происходило, но никак не мог сосредоточиться. Мир крутился вокруг бессмысленным калейдоскопом. Кто-то положил мне руку на плечо.

— Думаю, с этой проблемой разберётся кронпринц, — услышал голос отца и посмотрел на него.

Судя по голосу, он улыбался. Почувствовал, что у меня даже уши покраснели. Король крепче сжал моё плечо и посмотрел на меня.

— У него хватит навыков и компетенции, — уверенно продолжил он.

— Мы последуем его решению, — сказал такой же твёрдый голос с другой стороны.

Перевёл взгляд на королеву. Впервые она не проявляла холодности и отстранённости со мной. Хотя, может, этого впервые не делал я. Сделал глубокий вдох и выдох. Посмотрел на взволнованную Кесси.

— У меня есть план по решению этой проблемы, — спокойствие сквозило в реплике, хоть его и не ощущал совсем. — Правда не думаю, что он понравится другим присутствующим.

— Иди, а мы тут сами разберёмся, — отец убрал руку, но я больше не чувствовал себя одиноким и потерянным.

— Кесси, ты знаешь где они могли бы собраться? — спросил уже более уверенно. — Мне надо поговорить с Куколкой.

— Есть догадка, но это очень далеко. Мы не успеем, — покачала она головой.

— Один способ есть, — задумался ненадолго. — Воспользуемся телепортационными воротами. Пойдём только вдвоём.

— Мне кажется, для тебя это может быть немного опасным, —