Мачеха поневоле для драконьего бастарда - Алекс Скай

— Я не хочу к главному камню, — сказал он.

— Сегодня не пойдёшь, — ответил Кайрен. — Дальше будем решать вместе.

Мальчик посмотрел настороженно.

— Вместе — это с советом?

— Сначала со мной. И с леди Элирой, если ты захочешь.

Ноэль перевёл взгляд на Арину.

Она кивнула.

— Но я сразу предупреждаю: я в ваших драконьих камнях пока разбираюсь примерно как воробей в коронах. Так что буду задавать глупые вопросы.

— Вы и так задаёте, — сказал Ноэль.

И тут же испугался собственной смелости.

Арина сделала вид, что задумалась.

— Вот. Уже есть специалист, который будет отмечать качество моих вопросов.

Уголки губ мальчика дрогнули. Не смех, но его тень. Для этого дня — почти победа.

Кайрен поднялся.

— Мне нужно идти в малый зал.

Ноэль выпустил рукав Арины.

— Они будут говорить обо мне?

— Да.

— А вы им скажете, что я не хотел?

— Скажу.

— Они поверят?

Кайрен посмотрел на сына. Жёсткость возвращалась в его лицо, но теперь она была не против них.

— Им придётся.

Арина пошла с ним. В коридоре Кайрен остановился и отдал короткий приказ двум стражникам у дверей детской: без его личного разрешения к Ноэлю не входить никому, кроме Мины, Ровены и леди Элиры.

— Даже леди Селесте? — уточнил один.

— Особенно леди Селесте.

Арина услышала и промолчала. Иногда не нужно было добавлять ни слова.

Малый зал встретил их холодом и людьми, которые уже успели испугаться, обсудить и выбрать удобную версию. За столом сидели Дарвен, Роган, Илана и ещё двое старших Морвентов, которых Арина видела мельком накануне. Селеста стояла у окна. Её лицо снова стало безупречным.

На столе лежала тонкая пластина тёмного камня, испещрённая огненными линиями. В ней ещё теплился отзвук оранжереи.

Дарвен поднялся первым.

— Милорд, совет требует немедленного подтверждения дара.

— Совет может требовать через меня, — сказал Кайрен. — Не через испуганного ребёнка.

— Речь не о страхе ребёнка, а о безопасности рода.

Арина медленно села на свободное место. Роган напротив едва заметно качнул головой, будто предупреждал: здесь каждое слово будет иметь цену.

Она кивнула почти незаметно.

Селеста заговорила мягко:

— Никто не желает Ноэлю зла. Но если его отклик подтвердится, он станет центром притяжения для всех, кто захочет оспорить наследование.

— У Кайрена есть законные дети? — спросила Арина.

Селеста замолчала.

В зале кто-то кашлянул.

Кайрен повернулся к ней медленно.

Арина поняла, что спросила опять слишком прямо, возможно, слишком по-чужому. Но отступать было поздно.

— Я не язвлю, — сказала она. — Я пытаюсь понять, какую законную линию он угрожает разрушить, если другой нет.

Дарвен сцепил пальцы.

— Леди Элира, вопрос наследования в драконьем роду не сводится к детям нынешнего лорда. Есть боковые ветви. Есть договорённости. Есть чистота признания.

— Чистота признания, — повторила Арина. — Звучит красиво. А по факту мальчик либо сын Кайрена, либо нет.

Кайрен чуть заметно напрягся.

Дарвен посмотрел на него.

— Кровь лорда Морвента в нём никто не отрицает.

— Тогда что отрицают?

— Право этой крови быть названной первой.

Слова легли на стол как нож.

Арина почувствовала, как в ней снова проснулась вчерашняя злость, но удержала её зубами. Кричать сейчас было бы приятно. Бесполезно, но приятно.

— То есть проблема не в том, что Ноэль чужой. А в том, что он слишком свой, но неудобным способом.

Роган тихо хмыкнул.

Дарвен не улыбнулся.

— Грубо, но не совсем неверно.

— Тогда я предлагаю другой грубый вопрос. Почему ребёнка, который может оказаться важен для рода, годами держали так, будто его надо стереть из памяти замка?

Селеста посмотрела на неё с лёгкой жалостью.

— Потому что его важность могла стать причиной беды.

— Нет, — сказала Арина. — Это объяснение, почему его могли охранять. Не почему ему было холодно. Не почему его кормили через унижение. Не почему ему запрещали книги, сад, оранжерею, родовой знак на пуговицах и собственное имя в приличном тоне. Вы всё время прячетесь за словом «опасность», но почему-то эта опасность всегда очень удобно била только по ребёнку.

В зале стало тише.

Кайрен не вмешивался. Сидел во главе стола, лицо каменное, пальцы неподвижны. Но Арина уже начинала понимать разницу: раньше его молчание было стеной. Сейчас — разрешением ей говорить, пока он удерживает зал от удара в ответ.

И это странно грело сильнее, чем хотелось.

Дарвен медленно произнёс:

— Вы намерены обвинить дом Морвентов в сознательном вреде мальчику?

— Я намерена разобраться, что происходило в доме Морвентов, пока все важные взрослые называли это порядком.

— На каком основании?

Арина усмехнулась.

— Я его мачеха, кажется. Плохая должность, но раз уж мне её выдали, начну читать обязанности мелким шрифтом.

Илана опустила глаза, пряча улыбку.

Селеста шагнула от окна.

— Вы забываете, что ещё вчера сами подписали прошение о его передаче южной ветви.

— Не забываю. Именно поэтому начну с документов.

Кайрен повернул голову.

— С каких документов?

— С тех, которые прежняя Элира подписывала, не читая или читая слишком хорошо. С расходов на детскую. С распоряжений по кухне. С записей кастеляна, кто закрывал оранжерею и по чьему приказу. С писем о южной ветви. С имен людей, которые годами решали, что Ноэлю не положено быть ребёнком.

Селеста холодно улыбнулась.

— Вы решили устроить хозяйственную проверку вместо родовой?

— Нет. Я решила, что прежде чем проверять ребёнка у главного камня, неплохо бы проверить взрослых у обычной бумаги.

Роган рассмеялся негромко, но быстро замолчал под взглядом Дарвена.

Кайрен откинулся на спинку кресла.

— Разрешаю.

Селеста резко повернулась к нему.

— Кайрен.

— Леди Элира получит доступ к хозяйственным записям, распоряжениям по северному крылу, переписке, касающейся Ноэля, и архиву старой оранжереи.

Дарвен нахмурился.

— Архив оранжереи закрыт после смерти леди Миры.

— Я знаю.

— Открытие личных записей покойной может вызвать вопросы.

— Вопросы уже пришли сами и зажгли половину замка, — сказал Кайрен.

Арина чуть не посмотрела на него с благодарностью. Удержалась. В этой комнате благодарность между ними сразу превратили бы в слабость или сговор.

Селеста тоже поняла.

— Значит, ты доверяешь ей?

Кайрен задержал взгляд на Арине. Недолго. Но достаточно, чтобы воздух между ними стал слишком заметным.

— Нет, — сказал он.

Арина ощутила неприятный укол, хотя должна была ожидать именно