Строптивая в Академии. Практика истинной любви - Ольга Грибова

Вэйд тряхнул головой, словно не принимая мои слова, не соглашаясь. Упрямо сдвинул брови к переносице и шагнул ближе. Но я попятилась.

— Не надо, — пробормотала я. — Вдруг это случится снова…

Я бросила беглый взгляд на дракона, намекая, что мы рискуем спровоцировать новый обмен. Вэйд правильно меня понял и остановился. Так резко, будто напоролся на стену. Рука, которой он тянулся ко мне, зависла в воздухе. Он побоялся дотронуться до меня.

В глазах мажора мелькнул страх. Что и требовалось доказать. Дракон для Вэйда — все. А я лишь страница в жизни, которую он перевернет и забудет. Честнее будет сделать это сейчас. И безопаснее для нас всех. Намного безопаснее!

Неприятно это признавать, но Вэйд всегда был прав на мой счет — это я во всем виновата. Я — потомок одного из воинов, во мне все эти годы дремала его сила. А теперь она пробудилась, и я стала опасна. Для Вэйда и, кто знает, возможно, для других.

— Значит, это все? — хрипло выдохнул Вэйд.

— Так надо, — попыталась я достучаться до него. — Мне жаль, что тогда в подворотне я ранила тебя. Прости. Жаль, что я забрала дракона, сама того не ведая. И за это тоже прости. Наконец, я могу сделать что-то правильно — оградить тебя от себя.

— О, так ты меня защищаешь, — губы Вэйда насмешливо скривились. — А я, видимо, должен быть благодарен. Может, еще «спасибо» сказать?

— Не надо, — пробормотала я. — Лучше отпусти меня.

То ли от стыда, то ли от неловкости я опустила голову вниз и теперь смотрела строго на дорожку из гравия. Разглядывала камушки, чувствуя, что Вэйд в свою очередь не сводит с меня глаз. В этот раз мне не было холодно от его взгляда и не было жарко, но мне точно было не по себе. Какие мысли крутятся в его голове? Я хотела это знать и в то же время боялась выяснять.

Нервничая, я непроизвольно сжала ладони в кулаки и поморщилась. Совсем забыла о порезе. Вэйд отреагировал мгновенно. Я опомниться не успела, как он, забыв о страхе, оказался рядом. Непозволительно близко, если честно. Я судорожно вздохнула и ощутила его запах. Голова тут же закружилась, и я задержала дыхание. Лучше задохнуться, чем дышать им.

— Дня не прошло, чтобы я не мечтал вернуть дракона, — произнес Вэйд, склоняясь надо мной. — И вот он снова у меня. Почему же я не чувствую себя счастливым? Может, ты мне ответишь, Арклей?

Ого, меня снова понизили до родового имени. Ну хотя бы не беспризорница, уже хорошо.

Взгляд, полный жадного интереса, скользнул по моему лицу и спустился ниже. Вэйд будто не смотрел, а трогал. По крайней мере, я ощущала это именно так.

— Не надо, — прошептала я. — Тебе же хуже будет. Вдруг опять лишишься дракона…

— Кошмарная угроза, — хрипло согласился Вэйд. — Так какого хрена она меня больше не пугает?

Надо же как он осмелел! Но это сейчас Вэйд спокойно рассуждает о потере Морока, но едва ли его хватит надолго. Что будет, если он опять его лишится и уже не сможет вернуть? Рано или поздно он обвинит в этом меня и возненавидит. Я боялась любви мажора, но еще сильнее меня пугала его ненависть. Я знаю, каким врагом он может быть. Лютым. Но самое противное, что я этого не вынесу.

— Кажется, я одержим тобой, Арклей, — признался Вэйд. — Я не должен это чувствовать. Вся моя жизнь распланирована заранее, но появляешься ты, и все летит к чертям. Что мне с этим делать, как вылечиться?

Я передернула плечами. Так себе признание. Словно я — болезнь, которую он никак не может побороть. Какая-то зараза, подхваченная им в грязной подворотне. Он бы и рад меня вывести, но никак не выходит.

— Хватит, — я тряхнула головой. Кому-то надо думать наперед. Сегодня Вэйд на это не способен. — Мы поменялись сателлитами обратно и должны быть благодарны. На этом все. Нам лучше не общаться. Для нашей же безопасности.

— Просто сделаем вид, что ничего не было? — судя по тому, Вэйд злился.

— Именно так, — кивнула я. — И каждый продолжит жить так, как жил до этого. Ты снова будешь самодовольным мажором, а я — бывшей беспризорницей.

Я все-таки вскинула голову и заглянула Вэйду в глаза. Ох, сколько там всего было! Злость, мольба, похоть. Аж дыхание перехватило от круговорота эмоций, что разом обрушились на меня. Не знаю, как я устояла в этом урагане.

Пришла в себя, лишь когда Вэйд на миг закрыл глаза. Вынырнув из его эмоций, я нашла в себе силы повернуться к нему спиной и поспешила прочь.

Уходила, а сама до рези в ушах прислушивалась — он идет следом? Но гравий шуршал лишь под моими ногами. И от этого тоже было больно.

Хватит плыть по течению и позволять другим управлять своей жизнью! С этой мыслью я направилась к женскому общежитию кафедры Менталистики. Надо решить насущную проблему с жильем. И на этот раз я буду жить там, где сама захочу.

К Вэйду в комнату я не вернусь. Это очевидно. К Грэйс тоже не пойду, я еще не выжила из ума. После бала она точно придушит меня подушкой во сне. Значит, мне нужна другая комната. Какая? Без понятия! Пусть комендант выделит хоть что-нибудь. В конце концов, это его работа.

Раньше я опасалась обращаться к коменданту. Еще донесет ректору или того хуже — гранту Арклею, но сейчас мне нечего было терять. Я была в отчаянии, а значит, способна на все.

А еще меня тревожило молчание Кати. Хотя с драконом было так же. Я не слышала его, пока не призвала в первый раз. Разберусь с комнатой и займусь сателлитом.

Несмотря на поздний час, комендант не спал. В его окнах горел свет. Все из-за бала. Служащие Академии в эту ночь не ложились допоздна, ожидая, пока все студенты благополучно разойдутся по комнатам.

Постучав, я услышала шаркающие шаги. Пусть с ворчанием, но комендант открыл дверь почти сразу. Глянул на меня и сощурился.

— Совсем допились на своем балу. Уже разгуливают в пижамах по Академии, — проворчал он себе под нос, а потом спросил: — Тебе чего?

Вежливостью старый смотритель не отличался. Впрочем, его можно понять. Более сорока лет работы в студенческом общежитии испортят характер даже святому.

— Мне нужна комната, — заявила я с порога.

— Как твое родовое имя?

— Арклей.

— Так у тебя целые хоромы на верхнем