Убита светом, рождена тьмой - Дара Мир
Загадочное поведение мужчины наводит меня на предостерегающие мысли и выводит моё недоверие из спячки. Он странно действует на меня, и, не буду врать, это привлекает, но я не могу иметь то, чего желает моё безнадежное сердце. Ни сейчас, ни в будущем. Никогда.
У меня нет времени на игры, пусть лучше сразу говорит, что ему надо или проваливает к черту.
– Позволь мне отвезти тебя домой, и ты узнаешь мои мотивы.
Коварная и вызывающая улыбка появляется на губах мужчины, когда он приближает своё лицо ближе к моему, видя мою растерянность.
– Договорились, – легко соглашаюсь, несмотря на все недопонимание ситуации. Я не тот человек, который уклоняется от вызова.
Мурашки бегут по коже от прохладного ветра и не только. Сканирующий взгляд не дает успокоиться нервозности внутри меня, он изучает меня и что-то ищет. Но что?
– Ты замерзла, – не спрашивает, а утверждает мужчина, смотря на открытые участки моей кожи.
– Нет, – мой голос тверд, но дрожащее тело выдает ложь.
Отхожу от мужчины, направляясь к выходу с озера, намереваясь сейчас отправиться домой и узнать мотивы странного незнакомца. Он идет следом за мной, снимая черную рубашку, которая была одета поверх черной футболки. Все наши встречи он был только в черной одежде, хорошо подходящей его ауре.
Темная, соблазнительная и опасная.
Мягкая ткань касается моей кожи, когда мужчина бросает мне на плечи рубашку, ожидая, что я надену её. Но у меня не остается выбора, судя по тяжелому взгляду незнакомца.
Если не надену, он сам натянет, а я не хочу ощущать тепло его рук на своем теле.
Удовлетворение наполняет кровь, мне приятно ощущать заботу. Но я не позволяю привыкать себе к подобным вещам даже от Лиама. Ведь ничего не вечно, а отвыкать всегда больнее.
Мужчина резко взял меня за руку, заставив все моё тело окаменеть. Он не должен так прикасаться ко мне, будто мы имеем какое-то значение друг для друга. Это ничего не значит и не будет. Я пытаюсь вырвать руку, но не добиваюсь никакого успеха. Хватка мужчины крепче стали.
Больше я не пытаюсь вырвать руку, не желая тратить силы и время. Я уже поняла, что он властолюбивый, нарушает личные границы, с наслаждением наблюдая, как это приносит дискомфорт другим. Но почему тогда я не чувствую даже доли негатива внутри? Я не чувствую, как нарушают мои границы, и нет бунта внутри, чтобы противостоять.
У меня слишком много претензий появилось к своему предательскому телу.
Мужчина подводит меня к огромному черному байку. Этот цвет действительно окружает всю его среду.
Татуированная рука протянула мне единственный шлем, тепло снова появилось в груди от осознания, что незнакомец беспокоиться о моем состоянии. Забота от Лиама всегда ощущается, как дружеская опора, но от мужчины, который заинтересовал моё тело в сексуальном плане – это имеет совсем другое значение. То, чего я не надеялась больше ощутить.
Еще больше претензий к себе. Теперь прибавилась и глупая голова, которая позволяет подобным мыслям появляться в моем сознании.
Без колебаний принимаю шлем, надевая его на голову. Руки мужчины потянулись вперед, помогая мне застегнуть его, и снова это вызвало тепло. Мне страшно позволять себе чувствовать что-то большее, чем влечение. После Адриана я ни с кем не чувствовала большего. Был только секс, не приносящий удовольствия. Он был нужен мне для того, чтобы справиться со своей травмой и не более.
Мужчина запрыгивает на байк, и это зрелище напомнило мне всадника на черном коне. Он чувствует мою заторможенность, поворачивая голову в мою сторону, чтобы не вызвать насмешку с его стороны, прерываю наблюдение и запрыгиваю назад, обвивая его талию руками.
– Возьмись крепче, – поворачиваясь ко мне лицом, командующим тоном произносит мужчина, прожигая взглядом.
Взгляд его глаз настойчивый, зрачки расширились, напоминая черную дыру. Темная бездна притягивает в свои объятия, и заставляет меня нервничать, паниковать. Ведь она под запретом для меня, но я всё равно ощущаю это желание.
– Мне и так нормально, – голос звучит приглушенным за счет шлема на голове.
Мужчина отворачивается от меня, резко заводя байк, рванув вперед. Меня приклеивает к его спине, приходится крепче ухватиться за талию незнакомца, прижавшись всем телом. Я чувствую вибрацию его тела, напряженность в каждой косточке, когда он ведет байк. Мышцы пресса прекрасно ощущаются, доказывая, что мужчина опасен. Он играет со мной и превосходит в физическом плане, я должна быть внимательнее, а не поддаваться эмоциям.
Но я так устала от всего: быть вечно сдержанной, готовой к худшему, глушить эмоции и ожидать опасности от людей. Я позволяю закрыть себе глаза, откинув голову назад, доверившись совсем незнакомому мужчине. Шум улицы уносит меня далеко, в другую реальность, где нет зла и монстров. Жизнь вокруг идет, движется, когда моя прекратила свой ход три года назад. Я и забыла, какого это доверять, без проверок временем и поступков. Взять и сделать это без причин. Это ощущается как свобода.
Пристальное внимание вынуждает меня открыть глаза, чтобы понять в чем дело, и я сталкиваюсь с глазами осеннего леса в зеркале заднего вида. Мужчина видимо наблюдал за мной всё это время, но его лицо совсем ничего не выражает, только морщины сгладились и ушла напряженность. Он расслаблен, словно почувствовал вместе со мной эту короткую блаженную свободу.
Но только сейчас до меня дошло, что я не говорила свой адрес, а он привез меня прямо к дому. Это значит одно – мужчина следит за мной, и все розовые мысли были обманом сознания. Ему что-то нужно от меня.
Гнев на себя, на него, на всю эту ситуацию вокруг вспыхивает во мне. Я снова позволила себе быть мечтательной дурой, когда обещала, что больше этого не допущу.
Полный провал, Ребекка.
Байк тормозит, и я спрыгиваю с него сразу же, желая разорвать любой контакт, связывающий нас. Агрессивно снимая шлем, разбрасываю свои волосы в разные стороны, бросая его мужчине в грудь, что вызывает в ответ только довольную ухмылку.
– Говори, – я практически рычу, вызывая этим ещё большую ухмылку у мужчины.
Он смотрит мгновение на мою грудь в области сердца, замечая очертания татуировки через белую майку. Стучу ногой, привлекая внимание к моему требованию.
– Мои мотивы, – делает паузу, заглядывая в мои глаза и ухмылка исчезает с его лица, сменяясь на сжатые губы. – Разрушить твои стены, узнать все твои тайны и сорвать маски, Ребекка.
Мое имя, срывающееся с его губ, пагубно влияет на мозг. Тембр его голоса с сочетанием моего имени вызывает желание ещё раз услышать это
