Подаренный Ангел - Юлия Витальевна Кажанова
– Ты не посмеешь! – огрызается и извивается на постели, пытаясь вырваться из моих рук. Но это только заводит меня сильнее.
– Запомни, Ангелок, я повторяю только один раз. – И, схватив за подол, рву платье на две половинки. А моя скромница, оказывает, лифчики не носит! Или я его просто не дал?
Вскрикивает и начинает вырываться ещё активнее, при этом пытаясь прикрыться, а у меня всё внутри горит. И как тут устоять? Я уже увидел упругую грудь с розовыми вершинками, к которым сразу захотелось прижаться. Лизнуть. Прикусить.
– Ангел, не доводи до греха, лежи смирно, – уже рычу, резко переворачивая её на живот и надавливая на спину. Она слишком большое искушение. Но я обещал себе не трогать её сегодня в полной мере. Хотя… кого я обманываю? Соблазн слишком велик, да и я в своём праве, ведь она уже носит метку.
Алана упирается руками в кровать и прогибается, а я накрываю собой такое манящее тельце. Буквально вжимаю пару в кровать, и она наконец-то затихает.
– Прошу, не надо, – вдруг шепчет и перестаёт дышать, когда я медленно перекладываю её золотистые волосы на одно плечо, оголяя шейку. Надо бы и сюда метку поставить, чтобы все видели, что эта женщина моя!
– Не надо делать что? Целовать? – склоняюсь к плечу и начинаю осыпать его лёгкими поцелуями, отчётливо чувствуя, как вздрагивает малышка. А ещё её аромат изменился. Больше не смердит страхом. Появились сладковатые нотки желания. Какая же она у меня отзывчивая!
Спускаюсь ниже и теперь целую лопатки, поглаживая руками талию и бёдра.
Как же от неё вкусно пахнет! Правду говорят: истинной не надышаться!
– Зачем вы это делаете? – спрашивает чуть дрожащим голосом. Но это уже не страх.
– Что делаю?
– Это! Эй! – вскрикивает, когда я, посмеиваясь, прикусываю аппетитную попку. А она молодец, следит за собой. Сидя дома, такую фигуру не сохранить.
– Я просто изучаю свой подарок, раз ты отказываешься быть парой.
– А у меня есть выбор?
– Уже нет. Но если тебе станет легче, я могу сказать, что и у меня тоже ничего не спрашивали. – Прижимаюсь губами к копчику и медленно поднимаюсь, прокладывая цепочку из поцелуев вдоль позвоночника.
Готов уже чуть ли не урчать, чувствуя, как она возбуждается всё сильнее. Мой Ангелок очень отзывчивый, и нам точно будет хорошо вместе.
– Неужели вас устраивает, что вами управляют инстинкты?
– Пока что мне всё очень нравится. А тебе?
– Нет!
– Не хочешь меня?
– Мечтайте! – Вот ведь упрямица! Но ничего. Люблю долгую охоту, тогда и добыча слаще.
– Сейчас мы это проверим. – И пока она не успела понять, о чём я, переворачиваю её и опять вжимаю в кровать. Остренькие вершинки тут же упираются в мою грудь, но я смотрю только в пылающие глаза, которые хотят и убить, и получить сладкое.
– Что вы задумали?
– Сперва отучу тебя выкать. Обращайся ко мне на ты!
– Вы старше меня! И намного! На кой вам сдался ребёнок?
– Я не такой и старый, Алана. Для мира оборотней мой возраст – только начало. Поверь, даже те, кому за девятьсот, и то выглядят отменно. А что они могут! Но мы сейчас не об этом. Так как нужно ко мне обращаться? – Склоняюсь к милому алому личику, в то время как рука проскальзывает между нашими телами и накрывает уже промокший лоскуток ткани.
– А говоришь, не хочешь. Вон какая мокрая, – урчу, размазывая влагу по её складочкам.
– Нет! Хватит! Я не хочу вас!
– Тебя! Повторяй, моя упрямица! Тебя! – И натягиваю ткань трусиков. Алана издаёт тихий стон и начинает извиваться. К чёрту их, хочу хоть пальцами войти в неё.
– Нет!
– Умница, поупрямься ещё, мне нравится! – И рву последний клочок одежды.
– Ай! Вы что…
– Ты, Алана! Ты! – напоминаю, разводя ножки и устраиваясь между ними. Сделать это непросто, так как, похоже, подо мной уже яростная кошка. Вон как царапается и шипит.
– Уберите от меня свои лапы!
– Очень плохо, мой Ангелок. Может, так? – спрашиваю и одновременно проникаю пальцем в изнывающее лоно.
Глазки Аланы расширяются, ротик открывается, и я не могу устоять и целую сочные губки. Одной рукой сжимаю шею, другой – увеличиваю темп проникновения, чувствуя, что пара уже на грани, впрочем, как и я!
Мой дикий ангел очень вкусный и горячий. Отстраняюсь, чтобы взглянуть, как она вот-вот кончит. Стенки её лоно сжимают меня всё сильнее, да и девушка больше не сопротивляется. Она наслаждается тем, что я ей даю, и меня самого от этого ведёт.
Наконец-то она стала уступать. А может, начала действовать парность? Она ведь должна понимать, что я не наврежу ей, просто не смогу.
Но наш урок ещё не окончен, а значит, нужно немного притормозить. Вынимаю пальцы и, посмотрев, как много на них смазки, начинаю водить по клитору и опухшим губкам. Стон недовольства сразу наполняет комнату.
– Всё будет, моя хорошая. Но сперва мы перейдём на ты! Скажи: «Ник дай мне кончить!»
– Никогда!
– Тогда ты не получишь разрядку. А ты ведь хочешь, правда? – И опять немного проникаю в неё, начиная распалять.
– Так нечестно, так нельзя!
– Почему же? Всё можно, Аланочка. Ну же, просто попроси! Разве тебе не хорошо?
Она закрывает глаза, качая головой, но и так видно, что лжёт.
– Хорошо. А так? – Убираю руки, но лишь для того чтобы поставить их по обе стороны её лица и теперь видеть каждую эмоцию.
– Ты про что? – вырывается у неё, и я довольно киваю. Вот мы и перешли на ты. Постель и правда сближает. Но мы ещё не закончили.
Переношу вес на руки и трусь о складочки своим каменным членом. Ох, как это заводит!
Карамельные глазки расширяются шире, а я, не разрывая зрительного контакта, начинаю медленно проникать в пару головкой. Узкая, очень узкая! Торопиться тут точно не стоит.
Чёрт, как же приятно будет расширять её каждый день!
– Стой! Я не…
– Тихо! Сама сейчас убедишься, что всё хорошо. Я даже не порву тебя! – говорю, перехватывая её запястья, и теперь удерживаю ещё и их.
Всё, теперь она полностью в моей власти!
– Зачем ты это делаешь?
– Чтобы наглядно показать, что мы совместимы, а твой страх – это просто страшная мысль в голове. Ты зря слушала чужие языки, мы не такие.
– Хочешь сказать, ты меня не насилуешь?
– Нет, конечно. Ты ведь уже не сопротивляешься. Ты хочешь меня так же сильно, как и
