Трилогия «Система» - Сия Тони

Она всецело принадлежала мне!

На миг лицо озарила самодовольная улыбка.

Ати была в моих руках, в моем распоряжении.

Я мог повелевать и властвовать, ни в чем себе не отказывая.

– Нет! – От собственных порывов я опешил. – Что это… со мной…

Во мне горела идея подчинения и обладания, то, что можно было утолить лишь силой. Но ведь на самом деле я жаждал ее доверия, искренней близости, а не того, чем упивался сейчас.

Увидев застланные иллюзорным блаженством глаза любимой, я испугался. Сердце сжалось, дыхание перехватило, руки на ее теле дрогнули.

Я должен был немедленно покинуть ее сознание, но что-то во мне сопротивлялось. Это притяжение порождала тьма. Я не хотел власти, я жаждал близости, но не мог справиться с этим новым, пугающим влечением. Мне нравилось чувствовать ее вот так, касаться ее души, видеть истинную Ати, которую никто и никогда не сможет у меня отнять. Я снова упивался своим триумфом, но разум тут же пронзило сомнение. Страх потерять ее оказался сильнее, чем голос разума. Я почувствовал, что теряю не только ее свободу, но и свою. Мне не следовало забывать, что не в обладании сила, а в том, чтобы быть рядом с ней, когда она свободна.

Любуясь любимыми чертами Ати, я не мог не признать, что был самым жадным человеком на свете. Случайно подчинив ее разум, я вдруг понял, что мне и этого мало. Но разве может любовь значить нечто еще большее?

Без ее свободной воли, без истинного желания быть рядом моя власть ничего не стоила. Сила настоящей любви заключалась в доверии, в свободе каждого быть тем, кто он есть.

Я хотел ее свободы, хотел быть рядом с ней, когда она сама меня выберет.

– Ати. – Мой голос заставил ее улыбнуться. – Мне так страшно тебя потерять…

Она ничего не ответила. Лишь медленно наклонилась и коснулась моих губ своими. А когда в этом мире не осталось ничего, кроме ее прикосновений, она вдруг отстранилась и проникновенно на меня посмотрела. Неведанное чувство единения охватило меня.

Казалось, не только я мог прикоснуться к душе Ати, но и она к моей. Только для этого сверхспособности ей не требовались…

Атанасия

Я пришла в себя, тут же в панике схватившись за шею.

– Ати? – позвал Лион, в объятиях которого я сидела.

– Что? Что это было? – Отличить реальность ото сна казалось невозможным. – Как ты? – спросила я, спешно осматривая его. – Ты в порядке?

Я привстала на колени, заглядывая ему за спину, и, не увидев прежних ран, с облегчением выдохнула.

– Спасибо, – виновато произнес он и, приподняв меня, уткнулся мне в живот.

– Твоя аура! – Я огляделась и прикрыла рот рукой, увидев замерших на месте Райана, Лира и женщину в его руках. – Что с ними?

– Я… подчинил их разум.

– Что? – Отсутствие эмоций на их лицах удивляло.

– Как только отпущу их, они придут в себя.

– Отпустишь? Значит, это твоя истинная сила? Подчинять чужую волю… – прошептала я, взглянув ему в глаза.

– Ати, сколько себя помню, я не испытывал ни страха, ни тревог, – начал Лион. – Я был пуст. Следовал правилам, подражая другим. Но чувства к тебе что-то во мне изменили. Я хотел защитить тебя от боли, а не становиться ее причиной. Думал, что поступаю правильно. Поэтому не сказал тебе об эксперименте. Только поэтому. И я обещаю, обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы остановить Земной Эксперимент Мироздания и Локальных Явлений.

– Правда? – ошарашенно прошептала я.

– Я смогу принять все, кроме твоего отсутствия. Поэтому, пожалуйста, – он крепко обнял меня, – не отвергай меня.

Его шепот дрожью отозвался в моем теле.

– Лион… – Я не могла поверить в услышанное. – Ты правда сделаешь это?

– Я сделаю все, что ты скажешь, только, прошу, смотри на меня как прежде… – закончил он, отстранившись и вглядываясь в мои глаза.

Что из увиденного заставило его встать на сторону землян? Я не могла поверить, что свидание в Аковаме сработало…

– Ты еще столького не видел… – Мысли метались и путались.

– Мне хватило и первых десяти минут, чтобы осознать бедственность положения этого мира. – Лион был серьезен. – Понадобятся десятилетия, чтобы все наладить. Но прекратить эксперимент нужно немедленно.

– Думаешь, есть шанс? – Сердце замерло, когда этот вопрос повис в воздухе.

– Да.

– И ты поможешь мне? Поможешь нам? – Услышанное все еще казалось нереальным.

– Обещаю.

– Не могу поверить… – Я задыхалась.

Я боялась, что все это какой-то сон, наваждение, иллюзия. Мужчина, взгляд которого был прикован только ко мне, был готов ради нас на все. Я не могла поверить, что этот миг реален. Зная, как он заботится о верумианцах, надеялась ли я на сострадание и к кому-нибудь из нас? Разве приостановка эксперимента не грозила Веруму ухудшением качества жизни? Чем Лион был готов пожертвовать, чтобы помочь нам?

– Спасибо, – расчувствовавшись, ответила я. – Спасибо, Лион…

– Могу я поцеловать тебя? – аккуратно спросил он.

Я улыбнулась и подалась вперед, безмолвно принимая его предложение. Я хотела этого, хотела, чтобы он был тем, кто спасет людей, тем, кому мы небезразличны. Если бы все это было правдой, я укрылась бы за его спиной, позабыв о страхе и безысходности.

– Лион… – прошептала я ему прямо в губы, прежде чем с упоением коснуться их. – Я так скучала.

Он крепко обнял меня. Наша близость была его наградой, ценностью, мечтой… Он целовал меня так, словно ничего вокруг не существовало. Не знаю, о чем он думал, но его руки, не сдерживаясь, сжимали мои бедра, талию и спину. Мы целовали друг друга, восполняя тепло, которого обоим не хватало. Все эти дни расстояние между нами причиняло мне боль. Злость и обида ранили меня так же сильно, как и его. Но, вновь открывшись чувствам, я наконец вернулась на свое место.

– Я люблю тебя, Ати, – прищурившись, будто от боли, произнес Лион. – Я люблю тебя. – Он хватал воздух губами.

Повторяй он это признание тысячи раз, мое сердце пропускало бы удар снова и снова.

Пытался ли он все эти дни отказаться от нас?

Хотел ли забыть меня?

Думал ли о расставании всерьез?

Я не знала. Но сейчас это не имело значения.

Чуть отстранившись, мы тяжело дышали, влюбляясь друг в друга еще сильнее. Поглаживая его скулу и бровь, я гадала, кого хотела обмануть, так дерзко отказавшись от этого мужчины. Лион не мог наглядеться на меня, словно впервые видел так близко. Растворяясь в его черных глазах, я поняла, что проиграла. Я не смогу