Трилогия «Система» - Сия Тони

– О, Лион… прости меня, прости, – не в силах смотреть на его страдания, шептала я.

– Не… отвергай меня… – сказал он, прежде чем его глаза закрылись, а мышцы расслабились.

Глава 7

– Не могу поверить, – прошептал Райан, заглядывая в комнату, где его брат в истинном обличье лежал на кровати. – Но как такое возможно… – Его взгляд был прикован к Лиону, над которым замерла найденная ими врач.

– Я не могу, – еле слышно произнесла пожилая женщина с сумкой в руках, задыхаясь в удушающей ауре Лиона. Даже я чувствовала ее нарастающую силу, несмотря на то что все это время касалась его.

– Все будет хорошо. Прикоснитесь к нему, и вам станет легче, – почти умоляла я, потянув ее за руку. – Лир, и ты тоже.

– Впервые… сталкиваюсь с такой силой. – Недоверчиво глянув на меня, он все же положил ладонь Лиону на плечо.

– Нет, я… Я должна идти, – подытожила врач.

– Что? Нет! Вы должны помочь ему! Возьмите себя в руки! – Я кричала, совсем позабыв о леденящем ужасе, который окутывал нас с головы до пят. Женщина тяжело дышала, молча поглядывая по сторонам. – Говорите, что делать! Просто говорите, что делать, – снова взмолилась я.

– П-переверните… его, – еле слышно ответила она.

Сглотнув, Лир нерешительно пошевелился, поддев плечо Лиона.

– Так странно, – начал он, – головой я понимаю, что все под контролем, но тело не слушается. Даже дышать тяжело…

– Что дальше? – спросила я, когда Лир, удерживая Лиона за бедро и предплечье, перевернул его на себя.

– Нуж… нужно достать пули, – чуть ли не теряя сознание, прошептала врач. – Обработать раны…

– Райан! Иди сюда! Да помоги же ты, – завывала я, вынимая из окоченевших пальцев женщины лямку сумки с инструментами. – Чем, – обратилась я к ней, – это делается?

Райан взял женщину под руки, не отрывая взгляда от брата.

– Сосредоточьтесь! – Я быстро натягивала перчатки. – Лир, разрежь простыни.

Ненавистные курсы оказания первой помощи были сейчас как раз кстати, но нас не учили, что делать при пулевых ранениях. Я вытянула перед женщиной несколько удлиненных инструментов. Она указала на металлические тонкие щипцы.

– Райан, ты должен держать брата. Лир, ты тоже. Лион, тебе придется потерпеть, – в панике предупредила я, взбираясь на кровать.

Я не знала, слышал ли он меня. Его сознание ускользало, угрожающе надолго покидая нас.

Пальцы, касаясь окровавленного тела, дрожали, словно предчувствуя угрозу, но я не могла позволить себе сдаться. Кровь из раскрытых ран на плече пульсировала, и на долю секунды я замерла. Чувствуя невообразимую вину, я молилась, чтобы его боль стала моей.

Я торопилась, стараясь не замечать мучительных стонов Лиона. Не в силах терпеть боль, он плохо сдерживал судорожные вздохи и проклятия, когда приходил в себя.

– Прости, прости меня, – шептала я, сосредоточившись на поиске металла.

Не имея в этом никакого опыта, я даже не понимала, на что ориентироваться.

– Кажется, меня сейчас вырвет… – предупредил Райан.

– Не смотри, – отвлек его Лир. – Отведи взгляд.

Страшное шипение Лиона сковало мои пальцы.

Мне нужно было просто достать пули, просто освободить его тело, и тогда он сможет о себе позаботиться. Моя кожа покрылась холодным потом, а сердце забилось так сильно, будто стучало в унисон с его собственным.

Наконец инструмент стиснул твердый, неровный металл. Медленно и осторожно, замирая на мгновения, я начала вытягивать пулю.

– Первая есть, – не веря в собственный успех, огласила я.

– Не прикасайтесь… перестаньте… – с трудом простонал Лион. – Из-за вас… только хуже…

– Отойдите. – Я тут же поняла, что он имел в виду. – Он чувствует ваши эмоции.

– Что? – удивился Райан, тут же отпустив брата.

Лир сделал шаг назад.

Не знаю, как я выглядела со стороны, но состояние мое было премерзким. Словно в тумане, я следила за каждым движением, каждым шипением, каждым вздохом Лиона. Это была моя вина, и я хотела все исправить.

Вздох облегчения появился на свет так же неожиданно, как и следующая пуля.

– Последняя. Лион, осталась последняя, – чуть увереннее произнесла я.

Внезапно иглы боли пронзили тело, душу… и разум. Легкие застыли. Райан закашлялся, отшатнувшись от брата. Лир, застонав от боли, подхватил врача, которая рухнула в обморок.

Ощущая испепеляющую ауру Лиона, я использовала всю свою волю, чтобы отыскать последнюю пулю. Я вынула ее, когда перед глазами уже плясали черные пятна, а в ушах стоял белый шум.

* * *

Я пришла в себя, испытывая блаженное благоговение и легкость. Не задумываясь о причинах, я чувствовала, как по телу разливалось безмерное счастье. Тепло и безграничная свобода наполняли меня, обостряя все ощущения.

Я машинально подалась вперед. Почувствовав бархатистую кожу Лиона, я улыбнулась. Ладони скользнули по груди вверх, и я нежно обняла его за шею, зарываясь пальцами в волосы. Нежные объятия, полные самых светлых эмоций, сочетали в себе лучшие чувства из всех возможных.

– Лион… что ты делаешь? – чуть усмехнувшись, спросила я.

Его клыки приятно оцарапали мою шею, после чего с силой вонзились в нее.

Мышцы Лиона подо мной напряглись, когда он сделал первый глоток. Сладкий стон вырвался из его груди, стоило ему впиться мне в горло. Затем еще и еще. Я непроизвольно вдохнула, ощутив, как его губы прикасаются к моей коже, вызывая дрожь по всему телу. Казалось, я схожу с ума, чувствуя его рядом, наслаждаясь его теплом, его присутствием, его любовью. Сейчас, рядом с ним, я была полностью и абсолютно счастлива.

– Прости меня… – прошептал он, облизнув места укусов, которые мгновенно зажили. – Прости меня, Ати… – повторил он и снова погрузил в меня клыки.

Кожа покрывалась мурашками от его прикосновений, горячего дыхания, страсти, которая проникала в каждую клеточку моего существа. Я прижалась к нему сильнее, позволяя нашим телам говорить друг с другом. Все вокруг исчезло, осталось лишь взаимное притяжение, желание и любовь. Никто и никогда не смог бы отнять у нас это счастье, это чувство полноты и вечности.

Аурелион

Сам того не замечая, я ворвался в сознание Ати. Мир вокруг словно застыл: воздух сгустился, как перед грозой, звуки стихли, и даже время замедлилось. Сама реальность растворялась под натиском нашего взаимного желания.

Я властвовал над ней грубо, недостойно, впитывая все, что она могла мне дать. Чувствовал невообразимый прилив сил, но что-то в глубине сознания кричало, что это неправильно, жестоко, подло. Я вдруг стал животным, которое внезапно осознало голод. Хищником, инстинкт которого пробудился впервые.

Это не мог быть я, ведь все это время я искал не контроль, а связь, более глубокую и искреннюю, чем когда-либо…

Пальцы