Цена выбора. На распутье - Надежда Карпова
— Вы что, пари предлагаете? — не поверила Кристин, пораженно уставившись на Ившина. Заметила лукавую усмешку и возмутилась. — Вам что, лавры священника покоя не дают? Или вы психологом на полставки подрабатываете?
— Нет, но идея хорошая, надо рассмотреть, — инспектор уже неприкрыто улыбался.
Распахнувшая дверь прервала их разговор. Она обернулась и удивилась: быстро отец вернулся. А то уже гадала, не придётся ли ей ещё одну ночь в камере провести.
— Я всё уладил и забираю дочь. Что нужно подписать?
— Вот здесь, — протянул готовый документ из прозрачного пластика инспектор.
Ричард поставил свою подпись лазерным стилусом и вопросительно поднял бровь.
— Можете идти, — кивнул на дверь Ившин.
Ричард, не прощаясь, покинул кабинет.
— До свидания, инспектор, — она поднялась и отправилась за отцом к выходу.
— До свидания, Кристина. Надеюсь, больше не увидимся.
Она хмыкнула и вышла в коридор. И почему все русские норовят переделать её имя на свой манер? Не то, чтобы ей это не нравилось. Просто странно. Это национальная особенность?
В участке было на удивление пустынно, только несколько инспекторов в форме прошли мимо, окинув Кристин взглядом. Ей снова стало стыдно за свой вид. Она плотнее запахнула халат и опустила голову. Одно дело доставать отца, и совсем другое перед посторонними мужчинами в таком непотребном виде ходить.
У крыльца участка уже ждал двухместный магбиль. Она быстро юркнула внутрь, стремясь спрятаться. По улице идти таким страшилищем тем более не хотелось. Отец сел рядом и приложил свой рутер к панели управления, оплачивая проезд и запуская магбиль.
— И что же ты придумал? — спросила Кристин, рассеянно глядя на улицу и не видя ничего, оборачиваться к отцу не хотелось. — Или будешь наказывать меня неизвестностью?
— Следовало бы, но дома тебе придется подписать некоторые документы, поэтому всё равно увидишь. Ты полетишь со мной в экспедицию к тланам.
— Что?! — она пораженно обернулась. — Но говорили же, что без образования не возьмут туда? А я только школу окончила.
— Там всё равно будет некоторое количество младшего вспомогательного персонала. Систематизировать и сортировать отчеты, носить некоторое оборудование, помогать с уборкой и прочие мелочи. Большого ума для этого не надо, как и особых знаний. Справишься.
— И с чего ты решил засунуть меня в экспедицию?
— Судя по написанному тобой вчера, тебе не всё равно, в каком виде люди предстанут перед тланами. Если тебе наплевать, как ты выглядишь в глазах людей, я думаю, тебе не захочется в таком же свете выставить себя перед братьями по разуму, как ты их назвала. Если по-другому до твоей совести не достучаться, есть только один выход. Так что я могу рассчитывать на твоё благоразумие?
— Посмотрим, — буркнула она, снова отворачиваясь. — Я могу отказаться?
— Нет, я уже оформил приказ и все документы, дома подпишешь. А если и в экспедиции вздумаешь что-нибудь выкинуть, посажу под замок. Будешь рядом и под моим присмотром, — отец отвернулся и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза.
Кристин же не знала, что и думать. Жизнь делала очередной крутой поворот, и как к этому относиться, пока непонятно. В реальность происходящего слабо верилось. Одно очевидно, инспектор Ившин был прав: всё может измениться в любой момент. Осталось понять, будет ли это к лучшему.
***
Улица ничем не отличалась от той, где жила Женька. Однотипные модульные дома мелькали за окном словно цветные кубики. Только расписанный цветами на углу бросался в глаза, выделяясь бельмом. Значит, уже недалеко.
У порога дома встречала мама. При виде дочери она пораженно ахнула.
Кристин с надеждой успела подумать: неужели беспокоилась? Но следующие слова матери оставили только разочарование.
— Крис, почему ты в таком состоянии? Какой кошмар! В таком виде нельзя на улицу выходить! Ричард, почему ты ей позволил?
— А что я должен был делать? Оставить её в участке? Или в мешок упаковать, чтобы никто не увидел? Вообще-то домой её привез именно затем, чтобы она себя в порядок привела. Где бы она ещё могла это сделать? Ты совсем последние мозги пропила?
— Да как ты смеешь?! — сразу завелась Элис.
— Так, всё, хватит! — прикрикнула Кристин. — Вы меня достали, оба! Пока не прекратите бессмысленно кидаться обвинениями, даже не выслушивая друг друга, ничего не изменится. А если так нравиться лаяться, идите делать это в спальне за закрытой дверью. Мне надоело каждый день вас выслушивать. Я чертовски вымотана, хочу в ванну и отдохнуть. Поэтому сделайте милость, сегодня не орите на весь дом, ладно?
Она полюбовалась вытянувшимися лицами родителей и с улыбкой отправилась в свою комнату. Накатило облегчение от того, что высказалась наконец. Давно следовало это сделать, а не молчать. Может, и не дошло бы до такой полной беспросветности. Определенно, надо в жизни что-то менять.
На руке завибрировал рутер, оповещая о вызове. Она и забыла про него в участке совсем. Подняла запястье к глазам: Женька звонит. Приняла вызов, и на экране появилась изображение подруги.
— Кристька! Наконец-то тебя отпустили! Что так долго? Инспектор говорил, что обвинения не будут выдвигать. Я звоню-звоню, испереживалась уже.
— Вообще-то, меня отец только полчаса назад из участка забрал. Там глушатся гражданские рутеры, сама же знаешь.
— И как ты? В порядке? Может, приедешь?
— Женька, ты наверно уже приняла душ после выпускного, переоделась, отдохнула?
— Да, но при чем…
— А я нет! Имей совесть, а?
— Ладно, тогда я приеду, жди! — и подруга отключилась.
— Вот же неугомонная. Нельзя было по рутеру поговорить? — Кристин вздохнула, вошла в комнату, скинула халат и жалкие остатки платья на пол, достала из стенного шкафа полотенце и замоталась в него. Потом отправилась отмокать в ванну. Набрала горячую воду, опустилась в неё и с блаженством растянулась, откинув голову на бортик. Хорошо-то как. Мышцы расслаблялись, напряжение уходило.
Она начала задрёмывать, но примчавшаяся через двадцать минут подруга ворвалась в дверь беспокойным ураганом и с громким возгласом: «Кристя, я уже здесь!» — подлетела ближе. Кристин от неожиданности ухнула под воду и резко села, сгоняя влагу с лица.
— Ты меня доконать решила? — откашлявшись, выдохнула она.
— Вот это видок! — оглядела её синяки, царапины и общую помятость подруга. — Ты как? Сильно Эдди
