Хозяйка фиалковой долины - Оксана Лаврентьева
Странный, кокетливый и в то же время нервный. Я бы даже назвала его истеричным.
И я сразу поняла, кто это.
Виконтесса? В гостиной, в такое время?!
Но это могла быть только она, так как слуги спали в другом крыле дома. Да и вряд ли кто-нибудь из служанок осмелился так себя вести…
— Амелия, прекрати! — Ледяной голос виконта прорезал тишину ночного дома. После чего из гостиной послышалась какая-то возня, и я невольно замерла на месте. — Сейчас же иди к себе! Ты хоть понимаешь, что разгуливаешь по дому в непотребном виде?!
— Но сейчас ночь, и все спят, — томно мурлыкает в ответ виконтесса. — Дорогой, я пойду туда только с тобой…
— Еще чего! Я и пальцем до тебя не дотронусь.
— Но я же твоя жена!
— Ты?! Моей Амелии больше нет! Ты — всего лишь пародия на неё!
Я в ужасе затушила лампу.
Мне ведь не нужно, чтобы хозяин заловил меня здесь, подслушивающую его разговор с женой!
Поэтому я решила проскочить мимо гостиной незаметно. Но я все же не удержалась и бросила взгляд вглубь комнаты…
Виконт явно хотел выглядеть сейчас невозмутимым. Но то, как он небрежно откидывался на спинку дивана… В общем, его якобы непринужденный вид меня не обманул.
На самом деле Бастиан Фоске сидел там напряженный как натянутая струна. Я это чувствовала!
А вот Амелия была настроена совсем по-другому…
Неужели она пытается соблазнить собственного мужа?!
Глава 11
Не помню, как я оказалась в своей комнате.
В ушах оглушительно громыхало сердце, и я ничего не соображала от волнения и страха…
Сильнее этого было лишь ощущение невыносимого стыда.
Такое чувство, что я подсмотрела эту сцену в замочную скважину! Но я же не знала, что Амелии вздумается приставать к мужу прямо в гостиной!
Но настоящим потрясением для меня было все же выражение лица виконта Фоске.
Ведь он смотрел на свою жену с такой неприязнью, что ни о какой любви к ней не могло быть и речи! Но я слышала о них совсем другое!
Кухарка, которая не первый год работала в этом доме, и которой довелось прислуживать на их свадьбе, при мне как-то поставила на место одного из слуг.
Да она набросилась на него чуть ли ни с кулаками!
Причиной тому послужили язвительные слова этого работника о своих хозяевах. Хотя он всего лишь сказал вслух то, что думали о семье виконта большинство слуг в доме.
И я в том числе.
— Если ты сейчас же не закроешь свой поганый рот, то я надену этот чугунок тебе на голову! — Для убедительности пожилая женщина потрясла кастрюлей до краев наполненной чем-то горячим. — Ты бы видел ровейна Бастиана и ровейну Амелию в день их свадьбы… Счастливее их не было никого на свете!
— И куда их счастье подевалось потом? Улетело что ли?! — не унимался самонадеянный юноша, не желая уступать кухарке. — Виконтесса готова лечь под первого встречного, а виконт с горя стал что-то частенько наведываться в столицу. По важным делам, разумеется. Вот только об его «делах» мы потом узнаем из столичных газет…
И как бы мне не хотелось узнать местные сплетни, я поспешила тогда покинуть кухню.
Все-таки неприятно слушать подобную грязь о человеке, который дал тебе работу.
Но меня тогда прямо осенило. Я сразу поняла, почему фамилия Фоске показалось мне когда-то такой знакомой…
Газеты я читала редко, и в своем мире, и здесь. Несмотря на то, что в Греордании они были чуть ли не единственным развлечением. Особенно, колонки для женщин.
Но в доме графа Альтомир газеты лежали повсюду. Он даже завтракал, уткнувшись носом в листок, пахнущий свежей типографской краской. Поэтому иногда я тоже их просматривала. Особенно новости, касающиеся великосветских сплетен.
Именно в них мне и попалась когда-то заметка о «самом обольстительном мужчине королевства». В ней говорилось о виконте Фоске из Торнуила, который умудрился вскружить голову далеко не одной столичной красотке.
Кто бы мог подумать, что в ближайшем будущем я его тоже встречу?!
Но тогда для меня это казалось просто невозможным. Ведь у меня в то время уже имелся жених, а сама я была знатной ровейной, а не гувернанткой…
Не знаю, почему, но мне не нравилось, когда о виконте отзывались плохо. Особенно, его слуги.
Ведь как хозяину Бастиану Фоске цены не было!
Я еще ни разу не видела, чтобы он поступил с кем-нибудь плохо. Да, он был строгим, но справедливым. Так что он не заслуживал, чтобы его поливали грязью. Тем более, его собственные работники!
А что касается его отношений с женой…
Во-первых, меня это не касалось. А во-вторых, Амелия Фоске нравилась мне гораздо меньше, чем он.
Она же высокомерная гордячка! Да в любой служанке порядочности больше, чем в ней! И за что, спрашивается, ему её любить?! Ведь она позволяла себе такое, о чем порядочная ровейна боялась даже подумать!
Об отношении виконтессы к своей дочери и говорить нечего…
С каждым днем я убеждалась в том, что в этой семье неправильно было абсолютно все. Но больше всего меня поражало то, что Амелия Фоске не обращала на своего ребенка никакого внимания! Иногда мне даже казалось, что виконтессе даже в тягость присутствие своей дочери!
Не удивительно, что Лили льнула ко мне, как несчастный и недолюбленный матерью ребенок. Хотя Бастиан и делал все от себя возможное, чтобы его дочурка была счастливой. Он даже брал её с собой в свои деловые поездки, словно бы опасался оставлять девочку наедине с её матерью…
В прошлый раз он даже взял с собой и меня. В качестве гувернантки его дочери, конечно же.
И пускай мне не разрешалось покидать свою воспитанницу ни на секунду, я все же получила от этой поездки неслыханное удовольствие. Впрочем, как и Лили. Ведь именно там я впервые увидела, как девочка смеется.
За три дня мы исколесили весь Диртваен, Алгард и побывали даже на водопаде Радужных слез, самом красивом месте Греордании.
Нетрудно было догадаться, что делал это виконт только ради своей дочери. Так что у меня язык не повернулся бы сказать о нем что-нибудь плохое…
Конечно, как любой красивый мужчина, Бастиан Фоске знал себе цену. К тому же, у него имелся высокий титул и богатство.
Но несмотря на это, он не казался мне напыщенным и надменным, какими обычно были
