Скованная сумраком - Паркер Леннокс
— Секундочку, — попросила она, все еще не оборачиваясь.
— Ма.
Стеклянная флакончик выскользнул из ее пальцев, разбившись о пол. Она резко обернулась, лицо побледнело. Наши глаза встретились.
— Фиа? — голос треснул на моем имени, а я уже шла к ней, пересекая пространство между нами, слезы затуманивали зрение.
Ее руки сомкнулись вокруг меня с такой силой, что перехватило дыхание. Я уткнулась лицом ей в плечо, вдыхая знакомый запах горящего розмарина. Все ее тело дрожало, пока она держала меня, или, может, это я тряслась. Я уже не могла различить.
— Я думала… — ее голос надломился. Она отстранилась, положив ладони мне на щеки, взглядом лихорадочно ища мой, будто она до конца не верила в реальность происходящего. — Я думала… — по ее лицу покатились новые слезы. — Как это возможно? Как ты здесь оказалась?
— Прости меня, — прошептала я, и слов показались до смешного недостаточно. — Я хотела сказать тебе, что жива, но не могла…
— Где ты была? — голос снова сорвался, ее руки все еще дрожали на моем лице. — Все это время я думала, что те чудовища… — она замолчала, не в силах договорить.
Я перехватила ее руки.
— Ма, тебе нужно так много узнать. Все, во что мы верили… это неправда. Все не так, как мы думали.
Ее взгляд метался по моему лицу, лоб прорезала складка непонимания.
— О чем ты говоришь?
— Я только что из Рифтдремара.
Слова повисли между нами, и глаза Ма расширились.
— Что?
— Между мирами есть разломы, трещины, мы называем их Разрывы, — мой голос дрогнул, несмотря на все усилия удержать его ровным. — Когда я служила в Страже, мы знали только об одном, на Западе. Но есть еще один. В Рифтдремаре.
— Ты… все это время была в другом мире? — все еще дрожащими руками она убрала прядь волос с моего лица.
— Те Рейфы, о которых я рассказывала тебе в прошлый раз… — я тяжело сглотнула. — Это всего лишь способ скрываться. Они не монстры, Ма. Это люди. Такие же, как мы. Раса, называемая Кальфарами, — слова безостановочно посыпались. — Они нападали на западную границу, потому что были в отчаянии. Остров целое десятилетие воровал у них эссенцию. Их мир умирает из‑за Сидхе.
Ма опустилась на табурет, но глаз с меня не сводила. Я узнала этот взгляд — тот самый, который появлялся у нее, когда она начинала складывать части мозаики.
— Расскажи мне все, — тихо сказала она.
Я кивнула, и облегчение обрушилось волной, смывая последние сомнения.
— Это долгая история, — предупредила я.
— Я справлюсь.
— Сначала мы были в Рифтдремаре в поисках арканита. Мы нашли старые шахты, где…
— Арканит? — она моргнула, будто что‑то вспомнив.
— С этого все и началось, — я выдохнула, и тяжесть всего, что предстояло объяснить, вдруг придавила грудь. — Сидхе украли арканит из Рифтдремара. А потом сожгли его дотла, чтобы скрыть содеянное.
— Но зачем? — она подалась вперед. — Зачем он был им так нужен?
— Существует привязь… фокус, который может забирать эссенцию и переносить ее в другое место. Он называется сифон, — я внимательно на нее посмотрела. — Помнишь твои растения, Ма? Как арканит убивал их, когда ты думала, что он поможет им расти?
Что‑то мелькнуло в ее глазах.
— Нам солгали о том, что он делает. Он не создает эссенцию, он ее накапливает. Он может забирать ее у земли или отдавать обратно, в зависимости от того, как направлена энергия внутри него…
Взгляд Ма метался по комнате, будто она уже видела невидимые ниточки, протянутые между всем, что я говорила.
— Король Сидхе. Мы думаем, что он сифон, — наконец закончила я.
Ма откинулась назад, проводя руками по волосам, пока они полностью не рассыпались из пучка. После того, что казалось вечностью, она издала смех, больше похожий на капитуляцию.
— Я всегда знала, что Стража — гребаное зло.
— Я ошибалась насчет них, — я подошла ближе, встречаясь с ее взглядом. — Мне следовало доверять твоей интуиции. Она почти никогда не подводит. Но здесь гораздо большее. Король… он всем лжет. Большинство людей в Страже думают, что защищают наше королевство. Нам нужно как-то донести до них правду. Это единственный способ положить конец кровопролитию.
— Похоже… — она замолчала, снова посмотрев мне в глаза. — Я не понимаю. Почему ты?
Я сжала губы, подбирая слова.
— Они узнали меня, — наконец сказала я. — Ты же знаешь, что я никогда сюда не вписывалась.
— Узнали? — ее голос снова сдался шоку.
— Я одна из них, — мой взгляд скользнул к передней комнате. — Ну, частично… Мой отец был Кальфаром, а мать — Аосси. Они оба погибли в Рифтдремаре, когда он пал.
Ма осмотрела комнату, будто надеясь найти ответы, написанные на стенах.
— Проклятье Эсприта, — прошептала она.
— И еще кое-что… — я глубоко вздохнула. — Я пришла сюда не одна.
Ее бровь подпрыгнула.
— Один из Рейфов здесь?
— Он не Рейф, Ма, — я не удержалась и улыбнулась.
— Он прямо сейчас в лавке? — ее глаза сузились, обводя пространство. — Где?
— Эфир, — тихо позвала я.
Тени зашевелились рядом со мной, и вдруг Эфир оказался здесь. Видеть его так близко к столу, за которым я работала годами до того, как он появился в моей жизни, почти перевернуло мой мир: пустотные ожоги тянулись по его шее как темные вены, исчезая в ониксовых волосах. Металл пирсинга отражал свет огня под котлом, который, вероятно, разожгла сама Ма.
Его золотые глаза внимательно оценивали Ма, но к моему удивлению, она не дрогнула. Ее взгляд задержался на том, как его рука обвила мою талию, и румянец мгновенно залил мои щеки.
Прошел момент мучительной тишины, они просто наблюдали друг за другом.
Наконец Эфир безэмоционально кивнул.
— Рад знакомству.
Глаза Ма скользнули с меня на Эфира и обратно. Выражение было совершенно непостижимым. Наконец она выдохнула.
— Ну, вот это настоящий мужчина, если я когда-либо видела хоть одного, —
