Психо-Стая - Ленор Роузвуд
Я так долго пытался быть голосом разума. Тем, кто держит всех в узде. Но прямо сейчас, когда Айви зажата между мной и Призраком, и её тело дрожит на грани очередного оргазма… я не хочу быть разумным.
Я хочу позволить Альфе взять контроль. Потеряться в первобытной нужде заявить права, доминировать. Наказывать.
Мои руки сжимают бедра Айви до синяков, я вхожу в неё с новой силой. Она вскрикивает, её ногти полосуют мои руки, оставляя жгучие следы. Боль только подстегивает меня, раздувая пожар в венах.
— Вот так, — рычу я, прикусывая её за горло. Недостаточно сильно, чтобы прокусить — я не помечу её без явного разрешения — но достаточно, чтобы заставить её ахнуть. — Покажи ему, чего он лишен. Покажи, что он проебал.
Тело Айви натягивается между нами, балансируя на краю разрядки.
— Пожалуйста, — скулит она. — Я так близко. Сделайте это. Заставьте меня кричать.
Призрак издает звук, в котором больше от зверя, чем от человека; его бедра вскидываются с сокрушительной силой. Я подстраиваюсь под его ритм, и вскоре мы трахаем Айви с полным самозабвением. Узел удовольствия в моем животе затягивается всё туже с каждым толчком, грозя лопнуть в любой миг.
Но я не отпущу. Еще нет.
Не раньше, чем Айви рассыплется в наших руках.
— Одна минута, — выдавливает она вместе со сдавленным всхлипом.
Моя рука скользит между нами, между её ног; пальцы с привычной легкостью находят клитор. Я растираю набухшую плоть тесными кругами, впитывая отчаянные звуки, срывающиеся с её губ.
— Давай, малышка, — подгоняю я, голос охрип от напряжения и нужды. — Кончи для нас. Покажи Валеку, как хорошо тебе с нами.
Будто мои слова были приказом — финальный оргазм Айви обрушивается на неё, как цунами. Спина выгибается, голова откинута назад, из горла вырывается дикий крик. Её внутренние стенки сжимают нас, как тиски; ритмичная пульсация её финала высасывает наши члены.
Это чересчур. Удовольствие достигает пика — раскаленное добела и всепоглощающее. С ревом я вхожу в неё так глубоко, как только могу; моё извержение заливает её долгими, горячими толчками. Где-то вдалеке я слышу ответный рев Призрака — он следует за нами в бездну.
Долгое время единственный звук в комнате — наше рваное дыхание. Айви обмякла между нами, обессиленная и сытая. Я прижимаюсь носом к её шее, вдыхая дурманящий запах нашей общей разрядки.
А затем — едва громче шепота — её голос:
— Время вышло.
Я резко вскидываю голову, впиваясь взглядом в Валека. Я отвлекся ненадолго, но сразу вижу: он не нарушил правила. Он в плачевном состоянии — кожа раскраснелась и покрыта испариной. Грудь ходит ходуном от тяжелого дыхания, но по тому, как его пальцы впились в каменный пол, а костяшки побелели, я понимаю: он ни разу не коснулся себя.
Он выглядит так, будто сейчас сдохнет. Блять. Он реально это сделал. Не уверен, впечатлен я или разочарован.
Айви переводит взгляд на меня, потом на Призрака; её глаза затуманены, она всё еще тяжело дышит после того, через что мы её протащили. Когда она поворачивается к Валеку, я ненавижу то, что её губы изгибаются в слабой улыбке.
— Что ж, — говорит она охрипшим от криков голосом. — Полагаю, ты всё-таки заслужил это милосердие.
Смех Валека звучит ломано и хрипло.
— Как щедро с твоей стороны, маленькая омега, — выдавливает он; голос такой, будто он только что проглотил горсть битого стекла и гравия.
Я напрягаюсь, ожидая подвоха. Ожидая, что сейчас Валек выдаст, что всё это было частью хитроумного плана, и выхватит свой любимый нож. Но он просто сидит, тяжело дыша, совершенно раздавленный.
— Что теперь? — спрашиваю я, не в силах сдержать рык.
— Отпустите его, — просто говорит Айви. Она еще уютнее устраивается в наших объятиях, пока мы с Призраком инстинктивно смыкаем кольцо вокруг неё; его рычащее, прерывистое мурлыканье вибрирует у неё за спиной. — Он заслужил. К тому же, вы всё равно не сможете его догнать. Не тогда, когда ваши узлы только что раздулись снова.
Я не верю своим ушам. Она дает ему еще один шанс. Она не позволит нам его придушить. И не только это… Она поймала нас в ловушку.
Я слегка пробую шевельнуться на кушетке, но мой член намертво заперт внутри Айви. Та же мысль посещает и Призрака — судя по тому, что он делает то же самое и подозрительно косится на меня, а в его голубых глазах мелькает тень иронии. Мы застряли так же крепко, как и до этого.
Часть меня хочет спорить. Напомнить ей обо всех предательствах Валека. О том, как он предал её. Но я прикусываю язык. Это решение Айви.
И если быть честным с собой, в глубине души я чувствую облегчение. Убеждаю себя, что это потому, что с Валеком мы сильнее, чем без него. Что он доказал: он ценный актив для стаи, даже если он при этом — огромная, блять, обуза. И я никогда не признаюсь в том, что знаю глубоко внутри. В том, что мне до сих пор не плевать на него.
— Ты её слышал, — говорю я, сверля Валека тяжелым взглядом. — Ты остаешься. Пока что. Но если ты хоть раз посмотришь на неё не так…
— Да-да, — перебивает Валек, пренебрежительно махнув рукой. В его тон возвращается привычное высокомерие, но я вижу, как дрожат его руки. — Разорвешь меня на куски, я в курсе ставок, Тэйн.
Я открываю рот, чтобы огрызнуться, но Айви берет слово:
— Ты можешь идти, — говорит она ему. — Но тебе пока запрещено получать разрядку. И поверь, я узнаю.
Она одаряет его такой ухмылкой, что он уставляется на неё так, будто она только что произнесла самые невероятные слова, которые когда-либо достигали его гребаных ушей. Чокнутый ублюдок.
— Пока? — уточняет он хрипло.
— Посмотрим, — коротко бросает она.
— Проваливай отсюда, пока я не передумал, — рычу я.
Призрак тоже рычит. Надо отдать Валеку должное — дважды повторять ему не пришлось.
Глава 40
ВАЛЕК
Я поправляю шелковый шейный платок перед зеркалом, критически изучая свое отражение. Белый костюм, принесенный слугами Чумы, сидит идеально, хотя мне не хватает привычного тактического снаряжения.
И моего шарфа.
И всё же, я должен соответствовать образу Прителя, богатого финансиста, для нашей встречи с Николаем. Он вышел на связь сегодня вечером и согласился встретиться со мной — точнее, с Прителем — в какой-то забегаловке на самой окраине сурхиирских территорий.
Это может быть ловушкой, но что
