Взгляд зверя: его истинная - Сумеречная Грёза
– Помогите! – послышалось громкое, отчаянное, и вдруг заглохло.
И вдруг я понял, что в это слово она вложила свои последние силы. Рванул вперёд, выбивая дверь из комнаты номер «47», меня обдало горячим воздухом, подпаливая не только шерсть, но и кожу – заживать будет сутки, не меньше.
Даже не сомневался, что она спряталась в ванной, там, где можно было набрать побольше воды. Умная дамочка, продлила себе жизнь и получила шанс на выживание. Когда я ворвался в заполненную дымом ванну, она посмотрела огромными от страха глазами, не сразу поняв, кто перед ней.
Наверное, просто не рассмотрела, ибо от едкости слезились глаза даже у меня, а острое зрение ликантропа еле разглядело белесую мокрую голову, торчащую из-под воды.
Но тут я подошёл ближе…
– Аааа! – истошно завопила невесть откуда взявшая силы девушка при виде обращённого оборотня.
Экую она взяла высокую ноту, даже скривился от этого невозможного визга. Ненавижу, когда женщины визжат, это выбивает меня из колеи. Не стал петь серенады и уговаривать пострадавшую, просто подскочил вплотную, махом выудил ее из воды и сцепил хватку так, чтобы даже и вырываться не смела.
– Не двигайся, сиди тихо, – прорычал я, не заботясь об интонации – глотка ликантропа наполовину волчья, ей повезло, что она вообще слышит слова, – Северное пожарное отделение, меня зовут Конор Каллахан. Будет лучше, если ты не будешь сбивать меня своим визгом.
Девушку просто парализовало, она и не думала сопротивляться, повисла в моих руках, ошарашенная, только ноги ее торчали из-под длинной мокрой ночнушки.
Голос у нее снова прорезался, когда я вылез из здания через окно, начав спускаться по стене с четвертого этажа прямо с ней на руках. Зажал девушку в правой подмышке, а сам дробил камень левой когтистой лапой. Семь лет занимался альпинизмом, в работе пожарного это, как ни странно, очень помогало. Визжала она все дорогу, хоть я и надеялся, что дамочка охрипнет хотя бы на втором этаже. Откуда только силы берутся? Эх… А что я мог сделать? Возвращаться тем же путем, что и пришел было плохой идеей, девушку сожгло бы ещё в коридоре, если она, конечно же, не задохнулась раньше.
– Конор! – закричали коллеги, тушившие здание из брандспойта, – Бери левее, сейчас из окна полыхнет!
Я остановился, взял левее. Из окна неподалеку вырвался стремительный язык пламени, вываливая иссиня-черные клуб дыма. Ещё бы немного – и конец. Не мне, конечно, этой девчонке. Ей крупно повезло, что здесь собралась команда профессионалов, и что среди них оказался оборотень, хоть она и не слишком обрадовалась, когда меня впервые увидела.
Пятки почувствовали холодный мокрый асфальт, а девушку уже приняли заботливые руки медиков.
– Подождите, – прохрипела она сорвавшимся голосом, прежде чем ее увели сотрудники скорой. – Я могу узнать имя моего спасителя?
К тому времени я уже принял обличие человека и сосредоточенно затягивал пояс служебной экипировки, которую всегда расслаблял, когда мое тело увеличивалось. В конце концов, порвать одежду всегда влетало в копеечку, хоть и платили мне неплохо. Но как выяснилось, в пожарном департаменте не предусмотрено квот на дополнительное снаряжение, потому как ещё никто из оборотней не рвался в эту профессию. Приходилось выкручиваться.
– Конор Каллахан, – кинул я между делом, прислушиваясь, не едет ли полиция.
Грэг служил в том же районе, что и я, и всегда прибывал ко мне на точку прямо как по часам. Сейчас опять начнет выносить мозги.
Вдалеке звякнула полицейская сирена. Ну вот… закурить бы.
– Спасибо вам, Конор, – во взгляде девчонки читалось столько благодарности, что я ещё раз вспомнил, почему остаюсь пожарным, вопреки всем своим страхам, – А меня зовут Грейси Киллиан, и я навсегда запомню имя своего спасителя!
Грейси… Я вздрогнул. Тоже навсегда запомнил это имя… поэтому и не ответил ничего этой девушке. Просто молча наблюдал, как ее увозят на скорой и понимал, что это имя меня пугает больше, чем пламя, опалившее мою кожу. Оно будто выстрел в голову, которому, даже если захочешь, не сможешь сопротивляться… Мой персональный кошмар. Отправная точка, когда все пошло кувырком, разделив мою жизнь на «до» и «после».
Конечно же, это была не та Грейси, не та сумасшедшая девчонка с белыми косичками, сломавшая мне жизнь. Сколько лет прошло, но звук этого имени все равно проходился дрожью по коже, вызывая самые темные воспоминания прошлого.
Сел на залитый водой тротуар, отдышался. Закурил. Всё ещё был раздет до пояса, потому как вся кожа пошла волдырями и через сутки слезет, а ещё через половину сменится и я буду как новенький.
Боль адская, но терплю.
Наверное, курящий пожарный с обуглившиеся наполовину кожей – не самое приятное зрелище, но мне было плевать, а коллеги уже привыкли и не трогали меня. Нужно было подумать. Это будто медитативное состояние после острого напряжения. В этот момент мысли всегда идут хорошо, и мешать им смысла нет. Обычно это успокаивает… только не в этот раз.
Грейси… конечно же, я просто ушел тогда. Из стаи, из своей прошлой, полной надежд жизни. Вожак рвал и метал, ведь я облажался, и, честно сказать, сделал это по полной программе. Слияние мыслей кровных оборотней с моими так и не произошло. Тормунд Каллахан вынужден был оставаться на своем посту, а ведь ему перевалило уже за девяносто… стая медленно разваливалась, несмотря на то, что он был хорошим вожаком.
Вот только ликантропы – это ликантропы, а старый вожак – это старый вожак. Молодняк по большей части имел огромную энергию и мало мозгов. Разумеется, он начинал роптать. Такие понимают только язык силы. Тормунд был умен, но слаб, потому что стар. Оливера и остальных побежденных мною альф стая не приняла, ведь все они проиграли мне, а, значит, не являются лучшими из лучших. А их лучший из лучших оказался неудачником… в итоге место вожака пустовало и моя семья просто грызлась друг с другом. Поглощала саму себя из-за отсутствия жёсткого контроля – одним словом, волки. Что и говорить, мы и есть звери, хоть на какую-то часть.
Они все требовали имя:
– Скажи правду, Конор! – кричал Тормунд, – Скажи! Это были медведи? Или охотник? Что произошло?! Только не говори, что устал после боя – ты, двадцатилетний, полный сил альфа! Можешь эту лапшу вешать на уши кому-нибудь другому! Ты знаешь правила. Скажи его имя и сразись.
Они все думали, что это был медведь или очень сильный мужчина, а я угодил в его ловушку. По правилам стаи я должен был вызвать его на равный бой, чтобы совершить акт мести.
