Звездочка неправильного рай-ши - Кира Райт
— Так что продолжайте свои старания. Будем ждать вас в резиденции. Особенно мама, — он сделал большие глаза, и Рай-Харр тоже выпучил свои шутливо.
Мне так нравилось, как они общаются между собой. Как эти два здоровущих гиганта делают вид, что правда боятся хрупкой женщины, которая по их правилам вообще-то по положению чуть лучше рабыни. Как подыгрывают ей, что на самом деле ведутся на её угрозы и требования. Ну и видимо, как сильно её любят — если оба не хотят расстраивать.
Это ли не счастье? Быть за такой двойной надёжной стеной? Иметь настоящую семью, которая за тебя горой. Один за всех и все за одного вон, говорит. Даже к императору не побоялся съездить его отец. Чтобы помочь сыну.
Я никогда подобного не видела, не была причастна к такой вот семье. И потому так растрогалась, что даже слёзы на глаза навернулись. Легонько их смахнула, надеясь, что никто не заметил. Но разве от этих вот что-то утаишь?
— Что ты, Майя? — удивился отец. — Или мой щалопай тебя обижает? — тут же нахмурился.
— Нет-нет, что вы, он хороший…
— Хороший, ишь, — усмехнулся с облегчением отец.
— У неё нет родителей, — вздохнул Рай-Харр.
Ему я рассказала свою печальную историю. И как родителей не стало в моём подростковом возрасте. И как воспитывалась я у дальней тётки…
— Сочувствую, девочка, — коротко кивнул папа. — Но теперь ты — часть нашей семьи. Так что не одна. И считай родители у тебя уже снова есть. Такой вот отец подойдёт? — он хлопнул себя огромной ладонью по широченной груди.
А я улыбнулась, кивнув.
Боже, ну конечно подойдёт! Они оба такие милые! Вот уж мне в голову бы не пришло, что в этом жутко-разобщённом обществе, в котором не принято показывать и испытывать положительных эмоций, может найтись такая вот семья. Славная, крепкая, настоящая. И совершенно неправильная с точки зрения самих рай-ши…
Рай-Харр тут же сграбастал меня вс вои объятия, целуя в волосы.
— Скажи же, чудо, да? — спросил у отца явно про меня, хвастаясь, будто бы чем-то невероятным. Словно добыл нечто уникальное. Хотя вообще-то ко мне он именно так и относился. Хоть и со страстью, но при этом очень осторожно — как к хрустальной вазе.
— Чудо, — усмехнулся он и, подмигнув мне, кивнул на сына.
Я тихонько рассмеялась. Папа же про него сейчас и сказал! Что он чудо! А мой славный Рай-Харр не понял, как его назвали. Потому что не видит двойных смыслов, не ищет второго дна. Потому что настолько увлечён мной, как и всегда, что вообще ничего вокруг не замечает! Самый замечательный мой…
Обожаю его! Своего синенького большого и доброго мишку…
Глава 11
Последние несколько дней меня жутко клонило в сон. Наверное, наши с Рай-Харром усилия по увеличению нашей пока скромненькой семьи меня доконали. В самом деле он мне даже передышки не давал! Где увидел, где поймал, там и начинал… хм… попытки по увеличению нашей пока скромной по численности семьи.
Будь то душевая, где я уже привыкла оказываться прижатой к его крепкой груди. Или кресло, на котором что и как мы только не пробовали. Про кровать и говорить нечего. Как и про пол… Рай-Харр сказал, что там ему удобнее — не свалишься же никуда… Так что да, там у нас тоже всё было.
Мы оба учились делать друг другу приятное, не видя в этом никаких запретов и предубеждений. Будто бы и правда мы были созданы друг для друга. Будто так оно и всё и было задумано. И моё появление здесь — не злой рок, не стечение обстоятельств, а судьба, желающая подарить мне вот такое огромное и синее счастье…
Резерв во мне рос с каждым днём. Наша связь стала настолько крепкой, что иногда достаточно было лишь прикосновений, чтобы забрать излишки его волн. Мне нравилось, что я могу вот так на него действовать. Рай-Харру тоже нравилось. Хотя он и рассказал мне, что некоторые рай-ши на станции ведут себя иначе с «сосудами».
Мой мужчина никогда меня так не называл. Говорит, что маму это бесит. И я её понимала.
А вот другие… Другие бы такого не поняли. Именно поэтому отец предпочитает не говорить о его матери с другими и не советовал делать это ему обо мне. Вроде как скрыть свои чувства к своим женщинам очень сложно, а нарываться на неприятности в этом мире пока не стоит. Зато очень было бы неплохо поскорее закрыть меня в своей резиденции.
Рай-Харр рассказывал, какая она огромная и просторная. Что там несколько этажей и много комнат. А ещё просторный сад с диковинными цветами и деревьями. Есть даже водопад, в котором мы обязательно поплещемся, когда прилетим. Он очень сожалел, что не может увезти меня сразу. Что согласно правилам, до беременности нужно жить на станции…
Но странным было то, что мы оба понимали то, чего не понимали составители правил. Жить в четырёх стенах — сложно. И не идёт ни в какое сравнение с жизнью в резиденции. Разумеется, даже чисто с точки зрения душевного спокойствия — там было бы куда проще зачать ребёнка…
— Не понимаю, почему всё так устроено, — сетовал мой славный рай-ши, осуждая собратьев. — А ещё бесит бессилие. Что я не могу всё исправить для всех…
Я его понимала. Но старалась успокоить.
— Ты можешь исправить всё для себя. Для меня. Для своей семьи.
— Да, — загорались его глаза. — Если у нас будет много сыновей, то мы всех воспитаем правильно, да ведь, Май? И чем больше будет наша семья, тем дальше распространится правильная точка зрения!
Я только посмеивалась над его планами по захвату Рай-Тара путём увеличения нашей плодовитости. Но по идее мне они нравились. Ничего плохого в таком подходе я не видела. Тем более, что выяснилось, что его мать беременна двойней… Это оказался просто беспрецедентный случай на планете. Впервые землянка не просто забеременела спустя почти тридцать лет как родила первого ребёнка, но ещё и двойня!
На мои вопросы, сколько же тогда лет его матери, Рай-Харр отмахнулся.
— После того, как землянок привозят сюда, ваши тела меняют. Они становятся похожи на наши. Более выносливые, более крепкие. Ну и сроки жизни увеличиваются. Если считать по человеческим меркам, то моей маме лет… пятьдесят,
