Серая мышь для магната - Жанна Софт

Но ясно видел одно: Влад не способен вести семейный бизнес. Он ещё пребывал в каких-то розовых мечтах. То возомнил себя плейбоем, потом вдруг решил остепениться и жениться. Но вот, с момента обручения прошёл год и свадьба не за горами. А невеста вдруг решает уехать на месяц, в какой-то модный тур по познанию себя.

Тревожный звоночек? Ещё какой.

Мы сидим в конференц-зале за больши́м круглым столом.

Моя мама — Надежда Александровна, в девичестве Самойлова, но теперь Киреева. Её брат — Эдуард Васильевич Самойлов, и мой дядя по совместительству. Вот уж им действительно тяжело скакнуть за одну жизнь от времени «без телефона и общение через почтовые письма», до биометрии и звонков по видеосвязи. По левую руку от Эдуарда — его сын, Влад, и будущая тёща — Эльвира Орехова.

Я стою, разглядывая соучредителей и наблюдая за тем, как каждый изучает документы по слиянию нашего бизнеса, в одного огромного мастодонта. Мы можем стать монополистами строительства по всей стране. Перспективы, что открывались после слияния — ослепляли. Всех, в том числе и меня. Впрочем, я понимал, что чем больше организация, тем более неповоротливой станет система.

Орехова вскидывает на меня строгий взгляд. Эта женщина была цепкой как бульдожка, при всей своей видимой женственности. Тонкая, сухая, с аккуратным каре седых волос, буквально пронзала взглядом. На лице — тонкая паутинка из морщинок, что говорило о её смелости и пренебрежению к современным чудесам косметологии. Строгий костюм а-ля Джеки Кеннеди, и нитка жемчуга на шее. Эльвира вела свой бизнес со вкусом и отличалась эпатажем наряду с остальными коллегами из нашей сферы. Объединиться с её фирмой было невероятной удачей. Каждый в «СтройГраде» понимал это. И намерен довести дело до конца, приложить все усилия, чтобы эта сделка состоялась.

Влад вдруг лениво откидывается на спинку своего кресла и небрежным жестом отодвигает от себя контракт.

— Слишком мелкий почерк, — кидает он шутливо и ослабляет галстук.

Эльвира бросает на него строгий взгляд.

— Какое удивительно пренебрежение, мой мальчик, — тянет женщина, — От этого зависит будущее каждого из нас.

Кидаю быстрый взгляд на мать. Та едва сдерживается, чтобы не сказать ничего лишнего. Я знаю, как ей не нравится Орехова. Она зовёт её сухой изюминой, и чванливой старухой. А сама является её противоположностью. Мама начинала строить бизнес в девяностые, и так в том времени и осталась. Крупная, высокая, решительная. Она ходит в спортивных вещах, коротко стрижёт волосы и практически не красится. Все вокруг знают эту её особенность и воспринимают как должное. К моему стыду, матушка моя ещё и жутко набожный человек, правда тщательно скрывает это. Но я довольно часто ловлю ее, когда она крестит меня в спину.

Отец Самойлова, заметив наш с матерью немой диалог, сводит мрачно брови. Солнечный свет отражается от лысины Эдуарда, едва ли не оставляя блики.

— Влад, соберись, — говорит сурово, после чего переводит взгляд на меня, — юристы составляли? Наши проверяли?

Киваю.

— Над этими документами работает штат в пятьдесят человек уже не одну неделю. И там выловили всех возможных блох. Вряд ли могут быть какие-то ошибки. Но я посчитал нужным назначить эту встречу, чтобы обсудить возможные вопросы…

Пока я говорю, Владислав достаёт свой «айфон» и нагло запускает игру. Ловит клубнички, или ещё какую-то хрень. Правда, мозгов отключить звук у него хватило.

Иногда хочется бросить всё и свалить в туман.

Когда отец ушёл из жизни, мать была разбита. И я вынужден был подхватить её дело в довольно раннем возрасте. Влада же принудили вникать. Но он так и не потрудился. Всё ещё игнорирует скучные встречи. Спустя столько лет?

В кармане вибрирует телефон. Я сказал ассистентке, чтобы звонила в самом крайнем случае. Поэтому тут же взял трубку.

— Прошу прощения, — киваю всем присутствующим и кидаю быстрый взгляд на часы, запоздало осознавая, что, кажется, опаздываю на следующую встречу, — Алло?

— Андрей Викторивич, вы просили напомнить за пятнадцать минут…

— Да, спасибо.

Обрываю связь и оборачиваюсь к соучредителям.

— Вынужден оставить вас не надолго, — заглядываю в лицо каждого присутствующего, — Прибыл наш заграничный специалист, и я должен высказать своё почтение и проводить до кабинета.

— Я с тобой, — подпрыгивает Влад с места, с такой скоростью, что его офисный стул закрутился.

Да, этому человеку тяжело высидеть хотя бы час на одном месте.

— Ты прочитал договор? — строго спрашиваю, пока старшее поколение бросает в нашу сторону неодобрительные взгляды.

Самойлов улыбается и, подталкивая меня в спину, словно школьник, отвечает:

— Ну ты же прочитал? Я тебе доверяю.

Мы выходим из конференц-зала в большую приёмную, и следуем к моему кабинету. Ассистент встаёт нам навстречу.

— Ваш гость ещё не прибыл, — говорит девушка в строгом сером костюме и гладко убранными волосами.

Самойлов её не замечает, и лишь когда мы входим в кабинет, говорит:

— Кого мы встречаем?

— Маркетолога конкурентов, — сухо отвечаю, поправив галстук и затянув его потуже.

Кидаю быстрый взгляд на личное дело. Прокручиваю в голове имя. «Янина Алая. Будто что-то знакомое. Но не уверен».

Фото на личном деле, впрочем, ни о чём не говорило.

— Поэтому сразу два директора? — хмыкает Самойлов, и, заскучав, идёт обратно в приёмную, — Пойду озадачу твою мышку…

Он осекается, но что там происходит, я не вижу. Стою спиной к входу, перечитывая резюме новой сотрудницы. Мы можем быть знакомы?

— Здравствуйте, — слышу голос Лиды из приёмной и понимаю, что Самойлов вдруг затих.

Лёгкий перестук каблучков словно бы заворожил его.

— Добрый день, — отвечает гостья сдержанно, но довольно уверенно, — Я к Андрею Викторовичу.

За спиной Влада я её не вижу, но судя по той оторопи, что охватила брата, он уже принял стойку на «свежую кровь».

— Проходите, он вас ждёт, — меж тем отвечает Лида и указывает на дверной проём, что загородил Самойлов.

Спешу к нему, во избежании конфузов. Влад порой ведёт себя как избалованный ребёнок. И наигравшись с одной игрушкой, требует новую.

Меж тем гостья приближается к нему с мягкой улыбкой. Я вижу красные губы, белый строгий брючный костюм и золото ярко-рыжих волос.

Улавливаю тонкий аромат духов. Не приторно-сладкий, как у Лиды. А лёгкий, невесомый и впечатляющий.

Гостья приближается, но Влад не спешит пропустить ее, освободив проход. Рыжая удивлённо вскидывает на него глаза — огромные, серо-зелёные глазища, и меня простреливает. Ну конечно! Это же та замухрышка, что работала у нас!

— Добрый день, — охрипнув, говорит она, глядя на