Измена. Право на любовь - Катя Лебедева
Я обязательно к ней схожу завтра, главное, чтобы Максим ни о чем не узнал.
Когда выхожу из больницы, в нос ударяет свежий воздух. Я вдыхаю его полной грудью, становится как-то легко на душе. Ну как легко, относительно, потому что государственная больница или частная клиника, везде пахнет больницей, а я ненавижу этот запах.
Смотрю на парк через дорогу и иду туда. Все же тишина, красота, то, что нужно, когда не понимаешь, как жить дальше, какое решение принять. Смотрю на мамочек с колясками, на пожилые пары, которые решили провести хорошо день, и всем им завидую. Они такие счастливые ходят, а я не чувствую себя таковой.
Достаю из сумки телефон и думаю, звонить Люцие или нет. Да, я сказала мужу, что согласилась, но я ведь еще никому не сказала свой ответ кроме него, у меня есть время. Какие последствия меня ждут, если я уеду? Вот какие? И стоит ли бежать от проблемы через месяц, если месяц до побега еще надо как-то пережить?
— Соня, наконец-то я выловила тебя одну.
Глава 34
Соня
— Что вам от меня нужно и зачем вы меня искали? — спрашиваю у любовницы мужа и поражаюсь тому, насколько же она смелая и отчаянная одновременно, а может быть, это глупость, всякое возможно.
— Ооо, не гони так лошадей, Соня. Мне кажется, нам давно пора было с тобой познакомиться поближе, пообщаться, — присаживаясь на скамейку рядом со мной, говорит все это и опирается на спинку.
— Простите, но у меня не так много свободного времени, как вам кажется, если у вас ничего важного, то я, пожалуй, пойду.
— Я тебя не задержу дольше нужного, — останавливая меня, говорит все это Регина, кажется. — Ты не задумывалась о том, почему за сегодняшний день Максим тебе ни разу не позвонил, не написал? — поворачиваю к ней голову и встречаюсь с таким надменным взглядом победительницы, что неприятный холодок по коже проходит. Еще и ветер, как назло, резко поднимается и тоже такой пронзительный, ледяной.
— Пожалуйста, не ходите вокруг да около. Просто скажите, что конкретно вы от меня хотите, и что вам вообще нужно от нашей семьи? — спрашиваю у нее, но девушка не спешит продолжать, она выжидает паузу, доводит меня до грани.
Если она действительно караулила меня, что не вяжется с ее словами и поведением, то мне нужно быть осторожнее, и как можно меньше бывать в одиночестве, как сейчас, потому что ее глаза блестят как-то очень странно и непонятно. Она может сделать что угодно.
Во всяком случае, она так считает, ей так кажется, и это не может не напугать. Такие одержимые люди очень страшны, и с ними не хочется связываться. Интересно, если я сейчас подорвусь и быстро уйду, это как-то скажется на малыше?
Если бы у меня не было болей внизу живота, то я бы решилась на это, а так мне очень страшно.
— Да ничего особенного. Я просто хочу, чтобы ты поняла, насколько ты жалкая, никчемная женщина. В твоих руках был такой мужчина, но ты так безбожно его профукала. Хотя, такая, как ты, не способна удержать такого, как Максим.
Ее голос пропитан желчью, ядом, ненавистью, она буквально пытается отравить меня этими словами, но не знаю, после того, как я побыла сейчас у Тони, после того, как мы с ней поговорили, слова любовницы уже не трогают меня. Я о многом задумалась, и сейчас, глядя на девушку, которая пытается ухватиться за последний призрачный шанс, не испытываю ничего, кроме жалости к ней.
— Вы не пара, и никогда ею не были. Ты, скорее так, разминка для мужчины перед вступлением в серьезные настоящие отношения. Мне даже жаль тебя, ведь тебя вышвыривают уже в таком преклонном возрасте. Такого никому не пожелаешь, но что поделать, такова твоя судьба.
Судьба. А какая он — моя судьба? Не ей уж точно это знать.
— Но все же нет, мне тебя не жаль, потому что такие, как ты не заслуживаете жалости. Таких, как ты, надо наказывать, собственно, этим я и займусь, восстановлю справедливость и опущу тебя с небес туда, где тебе самое место.
Такие, как я не заслуживают жалости? Да, возможно, она и права, может быть, что-то в ее словах и есть, но это точно не ей решать. Как говорится, мели Емеля, твоя неделя. Тоже самое мне хочется сказать ей, но не вижу в этом смысла, она не услышит, не поймет еще и устроит публичный скандал, а мне меньше всего хотелось бы привлекать внимание посторонних.
— Регина, если не ошибаюсь, — она кивает мне и фыркает параллельно, — пожалуйста, переходите к делу. Вы сможете насладиться моей агонией после, но сейчас вы либо говорите, либо я встаю и ухожу. Я не желаю тратить на это свое время, но да не скрою, мне немного любопытно, зачем же вы здесь.
— Ну, это хотя бы честно, не совсем, но честно. Ладно, так и быть, сжалюсь над тобой, — снисходительным голосом выдает мне все это и достает из сумочки конверт. — Это тебе, маленькое послание от Макса. Он не хотел сам делать тебе больно, поэтому попросил все передать.
Удивленно выгибаю бровь и все же принимаю этот конверт, не запечатанный, кстати.
Открываю его, достаю бумаги, разворачиваю листы и пробегаюсь взглядом по ним. Документы для развода. Ничего не понимаю.
— Тебе только подпись поставить, где галочки, ручка там, в конверте, — увидев, что я перестаю читать, подталкивает к нужным действиям любовницу мужа, и я снова заглядываю в конверт, а там не только ручка, но и кольцо. Обручальное кольцо.
Достаю его и понимаю, что это кольцо Макса, потому что внутри наша гравировка: «Вместе навсегда М+С» и знак бесконечности, буквы наших имен в каждом завитке знака и плюс на пересечении.
— Я вам не верю. Если бы он хотел этого, он бы сделал это лично, — глядя ей прямо в глаза, говорю все это, а сама сомневаюсь в своих словах, ведь кольцо… кольцо у нее, и что это тогда, как не знак того, что он меня предал?
— Ну, ждать я ничего не собираюсь. Там, на конверте, есть адрес, по которому надо будет отправить эти документы. Хорошего дня, Соня, а мне уже тоже
