Чудов в Новый год - Кэти Свит
— Да ладно?! — ухмыляется Лебедев. Он охреневает.
— А у меня есть выбор? — зло кидаю другу. Андрей понимает, что выбора нет.
Вот такая цена у спокойной жизни для Веры и Даши.
— Что я должен сделать взамен? — спрашивает Олег. Он принимает деловой вид, выпрямляется, смотрит на меня обнадеженно.
Противно. Но похрен!
Что только не сделаешь ради любимой женщины.
— Ты вымываешь эту квартиру до блеска, переписываешь свою долю на дочь, — начинаю выставлять свои условия. — Затем даешь согласие на отказ от нее в мою пользу, и исчезаешь из наших жизней.
— Но, — пытается возразить.
— Никаких “но”, — я его жестко перебиваю. — Денег я тебе дам с лихвой. Хватит и долг оплатить, и с соседями за потоп разобраться и свалить. Даже на первое время хватит, если особо шиковать не начнешь. Понял? — дожимаю ублюдка.
— Понял, — кивает.
— Вот и славно.
Спускаюсь вниз, беру телефон и набираю своему безопаснику…
Глава 22. Вера
— Настя! Наконец-то ты приехала! — с нескрываемой радостью обращаюсь к подруге и поскорее пропускаю в дом. На улице довольно морозно, не хватало еще простудиться для пущего счастья.
Меня успевает обдать волной холода как раз перед тем, как я закрываю дверь. Хорошо, что снегом не закидало.
За окном начинается вьюга.
— Вер, прилетела, как смогла, — щебечет подруга, снимая с себя заметенный снегом шарф. — Вот это погодка, — выдыхает.
— И не говори, — качаю головой. — Совсем недавно испортилась.
— Дальше будет хуже, — окончательно разбивает все мои планы.
Я только размечталась выйти и погулять, слепить снеговика или сделать с Дашенькой снежных ангелов… В общем, не судьба.
Придется в доме сидеть.
— Ничего, — Настька ободряюще улыбается. — Где наша не пропадала!
— Это точно! — соглашаюсь.
Боевое настроение подруги передается и мне, я чувствую прилив сил и понимаю, что готова с Илоной бороться. Пусть она законная жена Ромы, но ведь он ее сюда не приглашал. И вообще… Он с ней разводится!
Теперь, когда я не одна, Илона не сможет выгнать меня на улицу и это придает решимости.
Настя снимает с себя верхнюю одежду, я помогаю раздеться Егорке и провожаю его к Дашеньке в комнату. Дочка смотрит свой мультик про мишек и Егор его тоже любит, так пусть теперь вместе спокойно посидят.
Мне и Насте нужно разобраться с Илоной.
— Ну так что? — спрашивает подруга. — Где она? — кивает в глубину дома.
— Не поверишь, — отвечаю с легким нервным смешком. — Она спит!
— Да ладно?! — Настька в шоке.
— Я сама обалдела, когда увидела, — признаюсь.
Пожалуй только это и дало мне шанс спокойно дождаться подругу.
— Слушай, — глаза Лебедевой загораются азартным блеском. — Я что придумала!
— Что? — спрашиваю, заражаясь ее энтузиазмом.
Но Настя не спешит отвечать. Вместо этого она озирается по сторонам, хмурится и направляется на кухню. Я иду следом.
— Говоришь она привезла с собой кружевное белье? — спрашивает, ухмыляясь.
При воспоминании откровенного наряда Илоны мои щеки заходятся краской. Хоть я взрослый и достаточно раскрепощенный человек, но такой вольности в нарядах себе не позволяю.
Там такое… Просто кошмар!
А если честно, то тихий ужас.
— Ну да, — киваю, ища куда бы деть взгляд. Наряд Илоны стоит перед глазами. — Она в нем даже спать улеглась, — в итоге добавляю зачем-то.
— Отлично! — подруга мстительно потирает руки.
Мне становится страшно. За Илону.
Выражение, написанное на лице Лебедевой, не сулит ничего хорошего. Когда она находится в таком настроении, то от нее нужно бежать.
Настя добрейшей души человек, преданная жена и прекрасная мама, но если вдруг кого-то из ее близких обидят, то не поздоровится. Никому!
Она найдет обидчика и уничтожит. Самым действенным способом.
Наверное, когда я подсыпала слабительное в оставленную в квартире еду, я тоже нахваталась от Насти. Сама б никогда не додумалась до столь коварного поступка.
Все получилось само.
— Значит так, — с огнем в глазах произносит подруга. — Сейчас мы собираем детей и уходим в сторожку к Егорычу, — произносит совсем не то, что я ожидала.
— На улице метель, Насть, — напоминаю ей.
— Да плевать! — отмахивается. — Егорыч близко.
— Ну хорошо, — с сомнением соглашаюсь. — А что дальше?
— Дальше? — коварная ухмылка появляется на ее губах. — Здесь есть два варианта.
— Какие? — продолжаю допытываться.
Как по мне, вариант один. Нужно дождаться пока Илона проснется, все ей объяснить и выпроводить на такси в город. Спокойный, логичный и весьма здравый вариант.
Но Настька что-то мудрит. Явно собирается сделать иначе.
— Я вот все думаю, что лучше, — продолжает витать в облаках. — Позвать сослуживцев Андрея и пусть они тут отрываются, — у меня волосы становятся дыбом как только представляю эту картину. Мне вдруг становится жалко Илону. Они ж ее до смерти напугают!
И не только…
— А какой второй? — шепчу. Голос сел.
— Второй, — лукаво улыбается Настька. — Позвать девчонок и устроить девичник.
— И что здесь такого? — не понимаю.
Ну девичник и что? Подумаешь много девчонок. Какао, маршмерки или мартини и оливки… Все равно ерунда.
— Илона сбежит, — говорит со знанием.
— Первый вариант слишком жесткий, а второй слишком простой, — заключаю в конечном итоге. — Мож еще что придумаем? — с надеждой спрашиваю у нее.
— А давайте лучше придумаю я! — раздается за нашими спинами.
Оборачиваюсь.
На пороге кухни в полупрозрачном халатике стоит Илона. И она очень зла.
Кровь от лица отливает.
— Значит, ты новая подстилка моего мужа, — выплевывает с ненавистью.
Она проходит по мне оценивающим взглядом и кривится, видимо, я не удовлетворила ее своими формами.
— Мог и получше выбрать, — фыркает.
Проходит на кухню, достает бокал и наливает вина.
Присаживается напротив.
— М-да, Настя, — цокает, переводя внимание на Лебедеву. — Я, конечно, догадывалась, что ты спишь и видишь, как подложить под моего мужа свою подругу, но даже подумать не могла, что Роман поведется на это, — с презрением снова окидывает меня взглядом. Морщится вся.
Мне становится дико неприятно здесь находиться и я чувствую себя просто ужасно. Такое чувство будто взяла и влезла в чужую семью.
А ведь получается, что так и сделала. Илона ж официальная жена Ромы, а я… Я никто.
— Илон, Рома на развод подает, — жестко говорит Настя. — Тебе здесь не рады. Уезжай.
— Рома каждый раз, как только мы поругаемся, подает на развод, — фыркает, всем своим видом показывая несерьезность его намерений. — Но что-то до сих пор не подал. Ведь так? — с вызовом смотрит подруге в глаза.
Настя теряется.
— Вот и я про то же, — продолжает давить на Лебедеву, окончательно размазывая меня.
Еще раз проходится взглядом по мне, кривит губы.
— Значит так, — победоносно откидывается на стуле и
